Если б не было меня...

ГЛАВА 27

Из всех, с кем мне удалось встретиться в этой реальности, папина жизнь сложилась лучше всего. После того, как он уволился с авиационного завода, он открыл собственный бизнес. Он начал продавать подержанные автомобили. Сначала это был совсем маленький бизнес. Папа купил старенькую машину за копейки, загнал в гараж, перетряс, покрасил и продал почти вдвое дороже. Потихоньку дело пошло. Руки у отца золотые, а в механизмах он разбирается лучше некуда. Его покупатели получали за относительно небольшие деньги весьма качественный товар. Вскоре за подержанными автомобилями выстроилась очередь желающих. Сначала он работал один. Потом пришлось нанять помощников. Сейчас у папы целый автомобильный рынок.

Я представилась журналисткой, попросила дать мне интервью, и он с радостью согласился. Мы немного поговорили об авиа-моделировании. Папа рассказал, как ему пришла идея открыть клуб, как он собрал вокруг себя ребят, увлекающихся построением моделей самолетов, показал старые газетные вырезки. Я даже не догадывалась, что для него это так важно, что он до сих пор их хранит. Он так увлеченно рассказывал, в глазах горели озорные огоньки. Мне кажется, в тот момент он снова почувствовал себя подростком.

Постепенно я подвела его к рассказу о личной жизни.

– Владимир Сергеевич, расскажите нашим читателям немного о себе. У вас есть семья, дети?

– Да, я женат. Уже во второй раз, кстати. У меня есть дочь, красавица и умница.

Папа заулыбался при этих словах. Сразу видно, что он ею очень гордится.

– Как зовут вашу дочь? Чем она занимается?

– Олеся фотограф. Занимается художественной фотографией. Со своей фотокамерой она объездила уже полмира. Вы бы видели, какие шедевры она привозит из поездок! – С восхищением восклицает папа. – А я вам сейчас покажу некоторые работы. Уверен, вам понравится.

– С удовольствием посмотрю! – улыбаюсь я.

Все-таки, Олеська молодец! Ничем ее не свернуть с намеченной цели. Всегда восхищалась своей сестренкой. Папа приносит альбом, и мы добрых полчаса рассматриваем Олесины работы.

– Ваша дочь необычайно талантлива. Она и сейчас в поездке?

– Да, уехала в Индию. Скоро должна вернуться.

– Могу я задать вам еще вопрос личного характера?

– Да, конечно, Ася, спрашивайте, о чем хотите.

– Вы сказали, что женаты во второй раз. Первый брак был неудачным?

Выражение папиного лица сразу становится серьезным. Наверное, он не очень любит вспоминать отношения с мамой.

– Он был скорее печальным, чем неудачным. Мы были молодыми. Это была моя первая любовь. Самая большая и чистая. Я до сих пор испытываю самые теплые чувства к своей первой жене. Она, определенно, человек, достойный уважения. Только одного я не могу ей простить. Тогда не смог, и до сих пор не могу.

– Что произошло? – вставляю я реплику, чтоб поддержать разговор.

– Она забеременела. Мы тогда еще были студентами. Сами понимаете, денег не было, жить тоже негде было. Она решила, что мы пока не готовы заводить детей. Я был другого мнения. Были живы родители. В любом случае, не бросили бы, поддержали. Она приняла решение, и, не посчитавшись с моим мнением, сделала аборт.

Я сглатываю подкативший к горлу ком. Хоть эта история уже была мне знакома, но даже слышать ее второй раз было тяжело. По сути, эта была история моего убийства.

– Я был очень зол, когда узнал. Мы ссорились из-за этого, чуть не расстались. Но потом все постепенно улеглось. Жизнь продолжалась. Я очень люблю детей. Всегда мечтал, что у меня их будет, как минимум, четверо. Мы окончили ВУЗы, устроились на работу, получили квартиру, но, как мы не старались, больше она так и не смогла забеременеть. Врачи поставили диагноз – бесплодие. Результат ошибки молодости… Для меня это был страшный диагноз, а для нашей семьи – приговор. Снова начались размолвки. Я вспомнил старую обиду. Естественно, обвинял ее во всем.

Папа хмурится, видно, что для него эти воспоминания мучительны.

– Долго так продолжаться не могло. В итоге, мы расстались. Я еще очень долго ее любил, но мы так больше ни разу и не встретились после развода. Она сделала блестящую карьеру, многого добилась в жизни. Я очень рад за нее. А я живу и радуюсь успехам своей дочери. Вот такая вот история.

– Да, действительно, очень печальная история. А вы не думали тогда о том, что ребенка можно было усыновить? Тогда вы остались бы вместе с любимой женщиной.

– Тогда не думал… Впоследствии, я прокручивал разные варианты развития событий. Конечно, можно было. Но я так сильно злился в тот момент, что вариантов у меня не было. Все, что занимало мой мозг – это то, что она собственными руками лишила нас возможности стать родителями. Я часто вспоминаю о ней. Наверное, очень тяжело, когда у тебя нет детей. Это ведь такая радость – видеть, как они растут, делают свои первые шаги, помогать им, когда тяжело, направлять, когда они нуждаются в совете.

Папа встает, убирает альбом с Олеськиными работами, и я понимаю, что это сигнал к окончанию разговора.

– Я постоянно задаю себе вопрос, а правильно ли я тогда поступил? И когда я смотрю на свою дочь, то понимаю, что правильно.

Я благодарю его за то, что уделил мне время. Он пожимает мне руку на прощанье. Она такая теплая, не хочется отпускать. Хочется бросится к нему в объятия, положить голову на грудь и стоять вот так целую вечность, но вместо этого я прощаюсь с ним и ухожу.