Если боги всё же обжигают горшки?

Глава 23.

Уже приближаясь к командной рубке, Меньшиков остыл. Не время сейчас выяснять отношения с бортинженером, следует решить более насущную проблему. Винтовка была поставлена на предохранитель, а в уме Александр досчитал до двадцати, так, на всякий случай. В рубку он входил уже абсолютно спокойным и сосредоточенным. Все, кроме Далии, были на своих местах, даже переодеться успели. Капитан довольным взглядом окинул помещение и, задержавшись взглядом на медике, легким броском отправил в полёт винтовку в его сторону. Аркадий вовремя среагировал, ловко подхватил брошенное оружие и видимо сразу догадался, что ему хотел приказать капитан.

- Отнесу в оружейку, - Бернштейн сорвался с места словно спринтер, а у Александра уровень настроения подскочил до максимума. Такую боевую обстановку он любил. Как на «Китяже», во время учений, они понимали друг друга с полуслова, а то и вообще без слов. Уверенность в том, что им удастся покинуть станцию, теперь была стопроцентной. Он опустился в своё капитанское кресло, открыл справа экран с общими показателями систем корабля, а слева тактическую карту.

- Двигатель готов, капитан! – отрапортовал Спанидис.

- Оружейные и защитные системы в норме, - отчитался Беспалов.

- Штурман готов, - Лановой выглядел расслабленным, но капитан точно знал, насколько обманчив этот внешний вид и Олег, хоть и исполнял роль не только штурмана, но и пилота, сейчас сосредоточен, как никогда.

- Экипаж и корабль готовы, капитан, - подытожил Таранец. – На посту отсутствуют медик и офицер по безопасности.

- Я здесь, - Далия влетела на мостик, перепрыгивая через две ступеньки и умудряясь при этом застегивать китель. – В отведённые десять минут уложилась, даже раньше, разрешите занять своё место, капитан?

Александр кивнул, и девушка, только что стоявшая по стойке смирно, молниеносно переместилась к своему креслу.

- Вертер спрашивает, готовы ли мы к вылету? – Котова бросила короткий взгляд на капитана, а потом вернулась к единственному открытому перед ней экрану.

Сзади по ступеням поднялся Аркадий, судя по дыханию, он не сбавлял взятый с самого начала спринтерский темп и путь от рубки к оружейной комнате и обратно преодолел довольно быстро.

- Что ему ответить, капитан? – напомнила связистка, поскольку Меньшиков всё ещё молчал. Пауза затягивалась, и все стали украдкой поглядывать на Александра, который всё это время продолжал сидеть и потирать подбородок. Как покинуть станцию Меньшиков уже почти придумал, но вот что было делать дальше? Куда лететь? Нужно было время и место. Самый очевидный вариант, всё же рискнуть и вернуться к той самой планете на орбите голубого гиганта. Мог Ррлон рассказать им, где они повстречались? Мог. Однако противник имел лишь варп двигатели, и настичь он их сможет через месяц. Должно хватить на то, чтобы определиться с дальнейшим будущим. Значит, пора.

- Пелагея Станиславовна, передайте Вертеру, чтобы полностью выключил освещение в ангаре.

Котова продублировала просьбу капитана,  и спустя минуту ангар погрузился во тьму.

- Арсений Максимович, включай маскировку.

- Есть, включить маскировку, - Беспалов вдавил кнопку на подлокотнике.

Меньшиков уже хотел было передать просьбу Вертеру, что бы он открывал ангар, как в голове словно взорвалась сверхновая.

«ЖДИ!»

Перед глазами закружил хоровод разноцветных искр. От боли на глазах появились слёзы. Как Александр не заорал в тот момент, было совсем не понятно. Каждый нерв в его теле звенел, словно натянутая струна. Такого мощного псионического вторжения в свой разум он не ощущал ни разу. Те, жалкие попытки Вертера, не шли ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас. Некто очень могущественный хозяйничал в голове Меньшикова, перелистывая воспоминания и просматривая все закоулки памяти, причиняя неимоверные страдания телу. От напряжения мышцы свело судорогой. С ужасом Александр понял, что даже не в силах дышать и от нехватки кислорода стало мутнеть в глазах. Сознание уже готово было ускользнуть в небытие.

«ТЕПЕРЬ!»

Давление исчезло так же внезапно, как и появилось. Всё тело содрогалось, перед глазами стоял туман, в ушах звенел большой колокол Собора Святой Софии в Константинополе, а желудок норовил выскочить наружу. Слёзы смешивались на подбородке со слюной и стекали по шее на грудь, а из носа капала кровь.

- Открывай ангар, выходим, - еле прохрипел Александр.

Бледный как мел Бернштейн стоял рядом с креслом капитана и вкалывал стимуляторы в руку Меньшикова инъектором прямо сквозь китель, непрерывно наблюдая за показаниями на своем планшете.

- Саша, ты чего это, помирать вздумал? – шептал он так тихо, что бы остальные члены экипажа не услышали.

- Капитан, прямо напротив ангара огромный обломок корабля, - доложил Лановой. Он, как и остальные члены экипажа, ничего не заметил.

- Прячемся за ним, - голос уже пришел в норму, но туман перед глазами ещё не рассеялся. Думать было тяжело, но эта мысль, почему-то крутилась в голове, словно её туда кто-то посадил.  – Так они не заметят открытый ангар.

«Гагарин» медленно вышел из недр станции и проём в корпусе моментально закрылся, едва корма пересекла внешнюю границу. Обломок продолжал величественный танец вокруг станции, полностью скрыв момент выхода корабля от посторонних глаз.

- Самый малый вперед, отходим подальше и прыгаем обратно к той планете, откуда прибыли, - продолжал командовать Меньшиков, не смотря на то, что Бернштейн бесцеремонно елозил салфеткой по его носу и подбородку, а головная боль хоть и стихла, но всё ещё ощущались её отголоски.

- У тебя все показатели подскочили, - всё так же тихо шептал Аркадий. – Симптомы инсульта, тахикардии и ещё чёрт знает чего. Я даже не сразу смог определить, что тебе вколоть. А теперь, твоё состояние такое, словно ничего и не было. Никаких отклонений. Что это было?

- Потом, - так же тихо ответил капитан.

- Уверен? – получив утвердительный кивок, медик перестал вытирать лицо капитана, и спрятал окровавленную салфетку в карман. – Пойду, гляну, как там Далия.