Если боги всё же обжигают горшки?

Глава 31.

Высоко над плоскостью эклиптики звёздной системы возникла огромная переливающаяся всеми цветами радуги сфера червоточины. Спустя долю секунды яркость цветов угасла, и теперь возникший в космосе объект больше напоминал прозрачный стеклянный шар. Нутро шара подёрнулось дымкой, а затем наружу, сквозь тонкую границу появилась маленькая чёрная точка. Стоило этой точке отдалиться, как прозрачная сфера лопнула, словно мыльный пузырь, оставив вместо себя гигантское буро-зелёное существо, очень похожее на осьминога. Его щупальца, вытянутые вдоль оси, начали волнообразные движения, и громадное существо, словно отталкиваясь от водной глади, начало движение в сторону третьей планеты этой звёздной системы. Чёрная точка, казавшаяся крошечной, на фоне эдакого гиганта, пристроившись в фарватере космического осьминога, неотрывно следовала за ним.

- Звезда спектрального класса G2V, товарищ капитан. Жёлтый карлик, - Котова внимательно изучала данные со всех датчиков. – По всем параметрам почти идентична нашему Солнцу.

- Ник, - Меньшиков обратился к бортинженеру. –Что у нас по развдке?

Спанидис долго проверял какие-то цифры, прикидывал что-то в уме, и наконец, выдал ответ.

- Дайте мне часа три, и у нас будет полный набор зондов для изучения системы, но потом потребуется пополнить запасы некоторых элементов.

- Действуй. Поля, что в эфире?

- Сканирую все частоты, товарищ капитан, полная тишина. Никаких признаков наличия цивилизации.

Чего-то подобного Александр и ожидал, но всё же надеялся, что ошибся. Скорее всего, командный центр таинственных и могущественных Пракх, к которому вёл их Род, давным-давно перестал существовать. За пятнадцать тысяч лет могло произойти всё что угодно. Если верить словам Ррлона, то последнее упоминание об этом народе было около пяти тысяч лет назад, и за всё это время никто не смог найти ни одного артефакта этой расы. Раз нет никаких следов, значит их подчистили. Следовательно, это не вымирание, не гибель от рук другой расы, а нечто другое. Что? Может быть ответ найдется на поверхности планеты, к которой они летели вместе с живым наследием расы Пракх, а может и нет.

- Олег, сколько времени займёт полёт?

- Пару недель, товарищ капитан.

- Чья очередь дежурить? - Меньшиков встал с кресла. Лановой, который уже успел настроить автопилот таким образом, что бы он считывал данные с курса их проводника и следовал за ним, молча поднял руку.

- Переходим к стандартному для длительных переходов распорядку. Остальные свободны, Алиса проследи за графиком дежурств.

- Есть, товарищ капитан. Олег Михайлович, ваша вахта продлится ещё семь часов. Следующий, старший лейтенант Меньшиков.

Остальной экипаж не торопился расходиться, оставаясь на своих местах. Их можно было понять, последние действия старпома вызвали желание не оставаться наедине. Капитан лишь тихо вздохнул и направился проведать жену.

В мед отсеке он застал очень занимательную картину. Его супруга, сидя на ложе медицинского аппарата, пыталась с него слезть, а Аркадий всеми силами старался её удержать на месте и даже уложить обратно. Такая молчаливая потасовка немного позабавила. Они даже не обратили внимания на облокотившегося о дверной косяк Александра, с увлечением наблюдавшим за тихой борьбой двух упрямцев. Несмотря на свои навыки, Даля схватку проигрывала, и ещё несколько мгновений и Бернштейн её таки уложит.

- Отставить, - голос капитан не повышал, но Даля и Аркадий застыли, как от грома. – Объясните, что тут происходит?

- Он. Меня. А я, – вялым голосом пыталась оправдаться Меньшикова.

- Не Вы, Далия Таджимовна, - спокойно, но требовательно остановил её Александр. – Аркадий Ефимович, почему у Вас пациент сбежать пытается?

Бернштейн обернулся и вытянулся по стойке «смирно».

- Товарищ капитан, лейтенант Меньшикова, получила лёгкое сотрясение мозга, и рассечение в затылочной части. Рану обработал и закрыл биогелем. Ввёл глюкозу, витамины и мощное седативное. В остальном, никаких угроз здоровью нет. Предписал покой, а затем обильное количество жидкости, а она рвётся Славе голову открутить. Я ей объясняю, что скоро уснёт, уже вон глаза слипаются, а она не слушает.

У сидящей Дали и правда уже стали закрываться глаза, но она усилием воли старалась держаться.

- Гад он, - не понятно про кого начала говорить Меньшикова, то ли про Славу, то ли про Аркадия. Голос у неё стал словно у пьяной, видимо препарат уже подействовал. – Друг называется… сослуживец… эбн улькальби… со спины… эбну аува…

Бернштейн подскочил и, подхватив норовящую свалиться набок Далию, аккуратно уложил её.

- Идхаб иль альжахейми, шахсон шарагу, - продолжала бормотать Меньшикова, уже засыпая.

Александр приблизился, погладил жену по щеке.

- Этнам амерти, - прошептал он ей на ухо, а потом нежно поцеловал её в лоб. После этих слов Даля обмякла, из уголка глаза выкатилась слезинка, и она спокойно заснула.

Бернштейн всё это время державший её за руку с нескрываемым любопытством смотрел на Александра.

- Что она сказала?

- Ругалась на Славу.

- Это я понял, а точнее.

Меньшиков ещё раз нежно погладил Далю по щеке.

- Назвала сыном собаки, шакалом и свиньёй, а ещё послала.

Бернштейн осторожно уложил руку Далии вдоль тела.

- А ты ей что сказал, - продолжал любопытствовать медик.

- Спи моя принцесса.

Аркадий хмыкнул.

- Принцесса значит.

- Что такое «аль Амира» в её имени, знаешь? – Александр с нежностью во взгляде смотрел, как мирно спит его жена и не торопился убрать свою ладонь от её щеки.

- Полагаю «принцесса»?

- Да, «принцесса».

- А ведь Вы, товарищ капитан, так и не ответили на заданный ранее вопрос, - спросил Бернштейн, после некоторой паузы, во время которой он продолжал внимательно смотреть на Александра. – Откуда Вы знаете арабский?

- Выучил, Аркадий Борисович, - в голосе Меньшикова прорезалась сталь. – Сколько она будет спать?