Если бы не ты

48. Не изменить

Тимур.

 Сумбурная и бестолковая выдалась неделя! Целая неделя с момента, когда Миронов ворвался в мой дом. На что был похож тот день, когда пропала Ксюша, лучше даже не вспоминать. До сих пор в голове крутился мой разговор с этим медведем, пока мы ехали в его машине. 

– Допустим, ты мне сейчас не врешь и отцу ничего не сказал, но тогда где, черт побери, она может быть?! –  Миронов стучал кулаком по рулю. Не следовало мне ехать с ним, есть же своя тачка, да и искать одному сподручнее, но я хотел все знать. 

– Даже если отец что и заподозрил, так быстро не среагировал бы. Горского точно исключаете? –  У меня были варианты, где и у кого ее искать, но сначала мне нужна была правда. 

– Тимур, ты с виду не дурак! Вроде, понял уже, что не от Николая угроза. Так что за тупые вопросы?! – взбеленился Миронов. 

– А что, отец не может за дочь волноваться? Вы ее ссылаете то в Лондон, то еще куда. Вот и перехватил. Нет? – Я валял дурака, как мог. Ну, давай же, «папа Гена», говори! 

– Горский к ней близко не подойдет, не переживай! – отчеканил Миронов.

– Почему? –  Черт, каждое слово из этого медведя приходилось клещами тянуть! 

– Кто такой Горский, ты знаешь? –  Я кивнул в ответ. Если в былые времена город держали два человека – мой отец и отец Ксюши, то сейчас Горский взял на себя все полномочия. – Такие, как Николай, не могут иметь слабых мест – никаких,  никогда. Его устраивает, что дочь якобы погибла четыре года назад. 

– Полный абзац! Устраивает его?! – Во мне все кипело от ярости и негодования. Получалось, он прекрасно знал, что Ксения жива. – Какого черта он тогда мстил отцу? За что он убил Киру? 

– А кто тебе, сынок, сказал, что Горский убил твою сестру?– Миронов мельком посмотрел на меня, а потом отвернулся обратно на дорогу. 

 А у меня в горле все пересохло. А действительно, кто? Я застал передел собственности в городе, когда между отцом и Горским шла нешуточная война. Все неприятности, которые с нами случались, так или иначе, были следствием действий Николая против Черниговского. Поэтому, когда прогремел взрыв, иных вариантов, как повесить все на старого врага, не возникало.

– То, что покушение на Ксюшу готовил твой отец, Горский знал и по-своему отомстил, конечно, – продолжил Миронов. – Помнишь, может, у вас был завод  «Аксол»?

– Помню, он сгорел дотла. –  За год до смерти Киры отец потерял часть бизнеса, свое любимое детище – огромный деревообрабатывающий завод. Думал же он на Горского, но так и не доказал.– Так, значит, это его месть? 

– Да, – сухо подтвердил Миронов. 

– Кто же тогда стоит за взрывом? 

– В этом я тебе не помогу, не знаю. Но то, что твой отец винит Ксению, меня пугает не на шутку. Поэтому ей лучше уехать. –  Его опасения были мне понятны.

– Почему ей правду не сказали? Она же реально не того человека опасается! –  Неужели сложно было все девчонке объяснить?! Сейчас она была бы в большей безопасности. 

– А вот это, Тимур, не нашего с тобой ума дело. Почему Соболев с Горским так решили, ни тебя, ни меня не касается. Даже то, что я тебе рассказал, это все только для твоих ушей. Ксении, когда её найдем, ни слова! Уяснил? – Миронов опять грозно сверкнул на меня глазами, но, не дождавшись от меня никакого знака согласия, продолжил: 
– Тимур! Ты парень, может, и хороший, я не спорю, но Ксюхе голову не дури! У нее один выход: исчезнуть с радаров твоего отца, да и Горского нервировать не стоит. Так зачем ей голову засорять? Был только чокнутый отец, а так еще и его враг – долбаный психопат! Пожалей ее, а? 

 Но я молчал. Что он нес? Во что меня хотел впутать? 

– Неужели ты не понимаешь, – уже почти рычал на меня Миронов?!– Вам друзьями не быть: ты – Черниговский, она – Горская. Вы изначально рождены врагами. Этого не изменить. Вражда ваших отцов не на бизнесе завязана, она глубоко личная. Не надо ей ни о чем знать. Просто поверь! 

– В «Кофеин» заехать надо, с ее друзьями поговорить. Сначала вы. Давите на жалость, мол, дочь потеряли. Потом я надавлю побольнее.– Я решил сменить тему. Я так и не дал Миронову обещание молчать, но задумался.

 В тот день мы искали ее до вечера. В кофейне все же разделились. Приехали мои ребята, и поиски я продолжил с ними. Миронов, так ничего и не добившись, решил поездить по ее университетским знакомым, а я решил сделать ставку на жирдяя и не прогадал. Нет, конечно, глядя мне в глаза и испытывая неподдельный ужас, он все же не сдал девчонку, за что я его немного зауважал, но вот конспиратором он оказался хреновым. В этот же вечер Ксюшу мы нашли, проследив за телодвижениями Винни-Пуха. Вместе с кучерявым парнем они вывезли ее на другой конец города в закрытый жилой комплекс. Миронову, конечно, сообщать не стал: хотел, чтоб помучился и поискал. А сам все чаще задавался вопросом, что же такого Ксюша нашла в этом парне, Потапове, что в сложную минуту обратилась за помощью к нему. Не позвонила мне, выбрала его. Было ли мне обидно? Да! Но было и другое чувство, которое потихоньку начало изводить мою душу. Я ревновал, сильно! А еще постоянно прокручивал про себя слова Миронова: «Вы изначально рождены врагами: ты – Черниговский, она – Горская". По сути, он был прав, и Ксюша права, что выбрала не меня. Вот только как самому избавиться от наваждения, я не знал. 

 Оставив пару ребят следить за Ксюшей, уехал в  «Розмарин». Артур как раз был в городе, а значит, не мешало совместить приятное с полезным. Мне хотелось отвлечься, выкинуть ее образ из головы, забыться. Ощущал себя слабаком, пускающим слюни на девчонку, которая даже не хотела смотреть в мою сторону и предпочла мне жирного коротышку. Стоило только представить, как тот распускал свои руки, целовал мою девочку, хотелось рвать и метать. У меня было желание сорваться к ней посреди ночи и доказать, что я лучше, но побоялся ее напугать. Ей хотелось спрятаться – что ж, пусть думает, что ей удалось. Даже друг заметил, что со мной что-то происходит, но посвящать его в свои переживания я не стал, просто сослался на усталость.
 Шумные басы и подвыпившие красотки никак не помогали сбежать от самого себя, и я, плюнув на все, вернулся домой. Вот только уснуть мне не дали. 

– Короче, те два парня ушли быстро, полчаса не прошло. Она одна дома, – докладывал Вадик,– но тут другая проблема. Не одни мы ее пасем.

– Кто еще?– насторожился я. 

– Хрен какой-то на черном «БМВ». Похоже, девочка серьезным людям дорогу перешла.– Вадик явно забывал, с кем говорил.– Фото тебе скинул. Но, знаешь, странно себя тачка ведет. Даже не пытается быть незамеченной. Все время на виду. 

 Номера попытался пробить сразу, но они оказались левыми. Что ж, тем интереснее. 
Позвонил Миронову. 

– Выдохни, парень, нашлась. Сама позвонила. Сняла квартиру где-то за городом, – устало сообщил тот. 

– Где именно? – Я разыграл недоумение. 

– Не знаю пока, но найду. Главное, жива-здорова, – выдохнул мужик. 

 По всему выходило, не его тачка присматривала за Ксюшей. Тогда чья? Отца я отмел сразу: это не его методы. Горский? Но зачем ему за ней следить? Сам же отказался от дочери! Загадка эта не давала покоя. А сама девчонка, отсидевшись несколько дней в квартире, и вовсе осмелела, начала спокойно выходить из дома, даже до универа добралась и в упор не видела ни моих ребят, ни черного огромного внедорожника – ничего и никого, кроме своего жирдяя. То, что у них далеко не дружеские отношения, я начал понимать еще в среду. Тогда Винни проторчал с ней наедине почти до ночи, а их прогулка в субботу просто добила меня. Еще днем отпустил Вадика, хотел, наконец, поговорить с Ксюшей, но жирный опередил. Два лопуха, ей Богу! Ходили, смотрели друг на друга влюбленными глазками, смеялись и не видели два хвоста за собой. К слову, владельца черной тачки я так точно и не вычислил, но подозрения в отношении Горского только укоренились. Еще в начале недели Миронова подключил. Он сначала напрягся, а потом, когда понял, кому она принадлежит, успокоился и мне велел. Придурок! Но выводы я сделал: опасности для Ксюши она не представляла – скорее, наоборот. Что-то вроде личной охраны. Возможно, Горский все же решил вспомнить, что у него есть дочь. Но все эти мысли уходили на задний план, стоило только взглянуть на эту парочку.
Простой прогулки им показалось мало. Когда Потапов решил остаться на ночь у Ксюши, я думал, взорвусь. Внутри все кипело. Хотелось ворваться в квартиру и вынуть из парня душу. Но он слишком быстро решил уехать сам, еще и в каком-то странном состоянии. Черт с ним! Главное – ушел! И я за ним следом! Нам пора было поговорить. Вот только Потапов не был пьян и далеко уезжать не собирался. 
 Зачем и от кого опять сбежала Ксюша, я не понимал, но менять безопасный район на чертову «хрущевку» было не самым умным ее решением. Радовало только то, что Михайло Потапыч исчез из поля зрения. 

– Да, – задремав прямо в салоне, резко ответил на поздний звонок. Я сидел в своей машине у соседнего дома. По уму давно пора было вернуться домой, но что-то останавливало меня. 

– Здравствуй, Тимур! Это Ксюша. Есть разговор,– каким-то безжизненным голосом произнесла девчонка, а у меня все замерло внутри. Позвонила. Сама. 

– Слушаю, – постарался придать голосу побольше равнодушия. Что-то, а знать о моем волнении ей точно не стоило. 

– Я не отвлекаю тебя? –  От чего, чёрт, она могла меня отвлекать в это время?! 

– Нет. Говори! –  Мне не терпелось узнать причину ее звонка. Не зря дежурил под окнами. 

– Мне нужна твоя помощь!– неожиданно выдала Ксюша.

– Прямо сейчас? – Я не смог скрыть удивление. Что там у нее стряслось? Огляделся – с виду, вроде, все спокойно было. 

– Да,– неуверенно ответила Ксюша. 

– Тогда приезжай, адрес знаешь. –  Выдавать себя, что следил за ней, я не собирался.

– Нет, что ты! Это личное! Ни к чему твоей невесте знать. Мы можем...– Она не успела договорить. 

– Кому знать?! Какой, к черту, невесте?! –  Я просто взорвался. Что она себе напридумывала?! 

– Да мне, в принципе, без разницы, кто она тебе. Не в этом суть. Просто не хочу вам мешать. –  Она продолжала нести чушь, а я просто поражался ее глупости.– Может, мы сможем утром встретиться и поговорить? Это важно! 

– Нет! – рявкнул на Ксюшу. Черт, до утра она успеет меня женить и пятерых детей на шею повесить!

– Хорошо, когда тебе удобно? Днем? –  Ждать до завтра я не собирался точно. 

– Сейчас. Адрес свой диктуй.