Если что, звоните Эви

11.

Парковку оплачивал Кривой. Я даже не стала смотреть на квитанцию, что так щедро выдал мне автомат при выезде с территории аэропорта.

— А ты как хотел? — заметила назидательно. — За всё приходится платить…

К чести парня, спорить со мной он не стал, лишь молча протянул свою карту. А я решила, что не такой уж он и пропащий, дрессировке вполне поддаётся, возможно, и сможет взять себя в руки и совладать со своей эмоциональностью.

— Тебя куда? — спросила, вырулив на крупную магистраль.

— Давай, наверное… к родителям. Маму проведаю.

— Давно отдельно живёшь?

— С восемнадцати.

— Крут.

Разговор мы поддерживали на автомате, я старалась всё больше следить за дорогой, а Дэн, за время пути подрастерявший свой праведный гнев, плавал где-то в своих мыслях.

— Эви, — чуть смущённо позвали меня, и опять словно бы по-детски: — А как я оказался у тебя дома?

— П-ф-ф-ф, — фыркнула под нос, — не помнишь? Усвой, первое правило взрослой жизни: не умеешь пить — не берись.

Мой собеседник неожиданно густо покраснел.

— Да я… это…

— Нажрался, полез в драку… и огрёб бы, если бы я не оказалась в баре.

— А как ты там оказалась? — подозрительно.

— Случайно.

— А если честно?

— А если честно, то случайно. Если ты мнишь себя великим спортсменом, к которому приставили охрану, — зря.

— Да я не про это! Просто… ну не бывает же таких совпадений.

— Бывают. Ещё какие, — вздохнула я, случайно вспомнив своего ночного незнакомца с его приглашением на танец.

Кривых немного помолчал, явно обдумывая мои слова, после чего выдал свой следующий гениальный вопрос:

— А почему я спал в твоей кровати?

— А это я должна у тебя спросить.

— В каком смысле?

— В прямом! Куда я тебя должна была девать пьяного посреди ночи? Не на базу же тащить. Слава богу, у тебя ещё хватило извилин самостоятельно запихнуться в такси до моего дома, иначе ночевал бы где-нибудь… в сугробе. До квартиры я тебя кое-как дотащила. А дальше ты всё сам. Я пока тебе диван разбирала, как умный разделся и завалился в мою кровать.

Денис нервно икнул.

— А ты?

— А что я? — удивилась искренне. — Вообще-то, это моя кровать! И не родился ещё тот товарищ, который выживет меня оттуда. Считай, что это было дело принципа.

В салоне повисла тишина. Наш юный хоккеист о чём-то сосредоточенно размышлял. Наверное, чтобы в конце неожиданно выдать:

— А я помню твоего отца. Он был классный…

— М-м-м, был, — промычала я невнятно в ответ, старательно игнорируя такую знакомую боль в области груди.

***

Многоэтажку, где жил Игорь с семьёй, я помнила. Несколько раз бывала в юности вместе с папой и Ариной и, кажется, заезжала за какими-то бумагами год или два назад. Время близилось к десяти утра, поэтому народ уже успел покинуть свои жилища и опустошить придомовую парковку.

— Спасибо, — в конце выдавил из себя Дениска и протянул мне руку. Я саркостично изогнула бровь, но он выдержал. — Нет, правда, спасибо. За всё. За то, что в клубе не оставила и теперь…

— Да ладно… Как мне недавно некоторые напомнили: это — моя работа.

Он хотел было сказать что-то ещё, но совсем засмущался и вышел из машины, мягко прикрыв дверь. Я ещё какое-то время просидела, наблюдая, как силуэт в фирменной куртке с огромным баулом и клюшкой наперевес удаляется в сторону подъезда. А потом, тихо выругавшись себе под нос, резко выпрыгнула из машины и крикнула вдогонку парню:

— Эй, подожди, я с тобой!