Если что, звоните Эви

3.16.

Я даже расслышала, как пару раз с крана упали капли, кап‑кап, заставив меня вздрогнуть. Нервы сегодня были ни к чёрту.

— Представляете, — затараторила резко, — ко мне вчера домой заявился Антипов с предположением, что, возможно, мы с ним брат и сестра. Я ему книгу про жизнь отца подарила, а там на одной фотографии якобы его мама заснята. Ну совпадение и совпадение… Так они с его девушкой мне целую лекцию прочитали про гены и наследственные признаки: видите ли, мы с ним оба рыжие. Ну не смешно же?

Боже, как же мне хотелось, чтобы в этот момент они засмеялись, подтверждая бредовость Стёпкиных догадок. Но хозяева оставались серьёзными: Люба смотрела на меня с сочувствием и лёгкой растерянностью, а Игорь… А Игорь за считанные мгновения успел трижды поменять цвет лица — покраснеть, побелеть, а потом и вовсе посереть. И это было настолько красноречиво, что я едва удержалась, чтобы не разреветься от обиды.

— Не смей, — выставила ладонь вперёд, — не смей…

— Эви…

— Нет, — замотала головой. По‑детски и глупо. — Это же не может быть правдой…

— Да подожди ты, — перебил меня Игорь. — Я не знаю. Не знаю наверняка.

Мы с Любашей уставились на него во все глаза. И бледный Кривых неожиданно смутился и в очередной раз сменил цвет лица, на этот раз сделавшись пунцовым.

— Понимаешь, Андрей сам не знал…

— Это как? — выдавила из себя, только сейчас осознав, что сижу не дыша. Вдох‑выдох.

— У нас был с ним разговор один… незадолго до его смерти. Он говорил, что допускает наличие у себя сына. Но он сам был не уверен и никому об этом не хотел говорить раньше времени, чтобы не расстраивать тебя или Арину. Ну или не обнадёживать того парня.

— Антипова?

— Я не знаю. Имён он не называл. Но, судя по всему, Степан вполне подходил на эту роль. Андрей сильно в него вкладывался и переживал за него…

— То есть хочешь сказать, что отец с самого начала всё знал?! — Разгон от онемения к ярости у меня был буквально секундный.

— Да нет же! — в ответ мне рявкнул Игорь, наверняка среагировав на мой тон. — Ничего он не знал… Только догадывался. Если он и подозревал что‑то такое, то это случилось именно в последний год перед его… смертью. Думаю, что всё, что было до этого, — одна сплошная случайность.

Закрыла лицо ладонями, ощутимо надавив пальцами на глаза и рвано выдохнув.

— Ничего не понимаю. Отец предполагал и ничего не предпринял? Вроде как что‑то сказал тебе, но ничего конкретного… А спустя четыре года вдруг Антипов тоже что‑то там предполагает… Да это же сюжет для индийского сериала. Только разлучённых в детстве близнецов не хватает. Или это всё розыгрыш? Рофл. Меня снимает скрытая камера? Эй, народ! Выходите, это не смешно.

Но, конечно же, никто не вышел. Даже не улыбнулся — одна лишь Люба сочувственно коснулась меня.

— Мне так жаль…

— И что мне со всем этим делать? — спросила я ни у кого. Перед глазами всё расплывалось, словно терялась связь с реальностью. Новости были настолько ошеломляющими, что я буквально слышала треск, с которым ломалась моя картина мира.

Кривые немного посидели в молчании, после чего Игорь неожиданно поднялся и вышел из кухни.

— Я уверена, что у всего этого есть какое‑то логическое объяснение, — предприняла попытку приободрить меня Люба. — Скорее всего, можно ещё найти какие‑то концы…

Какие концы она собиралась искать, я так и не узнала, ибо Игорь вернулся на кухню и положил передо мной конверт с синей эмблемой в виде цепочки ДНК.

— Вот. Андрей получил его незадолго до смерти, почти перед самой игрой. Поэтому не вскрыл. Мы сидели у него в кабинете… И он сказал, что, каким бы ни был ответ, он не осилит его в моменте. Поэтому — всё потом… А потом, как ты знаешь, не наступило.

— Но… откуда это у тебя? — говорить было тяжело, но ещё тяжелее было отвести взгляд от куска бумаги, в котором, возможно, хранилась самая страшная тайна моей семьи.

— Когда пришло известие из больницы… я решил его забрать. Сначала получилось как‑то на автомате, а потом… Я решил, что вам с Ариной сейчас только этого не хватало. Я думал рассказать позже, когда будет более удачное время. Но…

Он замолк, а Люба тут же с чувством ударила мужа в плечо.

— Кривых, я тебя убью сейчас! Ты куда влез?!

— Нет, ну а что я должен был сделать?!

Они начали бурно спорить о чём‑то, но я уже не слушала, проведя кончиком пальца по краю конверта.