Если что, звоните Эви

3.19

Моя истерика уложилась в пять минут и завершилась прежде, чем Телецкий успел поставить крест на моей вменяемости. А потом я всё же не удержалась и сказала то, что рвалось с языка с самого начала:

— Я была права! Ну кто устанавливает отцовство по цвету волос спустя столько лет?

— Зато смотри, какое приключение получилось, — непривычно мягко улыбнулся Олег и провёл большим пальцем по моей щеке, вытирая остатки слёз. — К тому же, если придираться к вопросу, в твоей бумажке ничего не сказано о том, что обладателем второго ДНК‑материала был Антипов. Вдруг были ещё кандидаты?

— Если ты сейчас скажешь хоть что‑то плохое про отца, я тебя ударю, клянусь.

— Да больно надо. Даже если весь состав «Форварда» вдруг окажется…

— Убью.

— У‑у‑у, какая кровожадная. Ладно, я тоже думаю, что у Андрея был лишь один кандидат на роль внебрачного отпрыска. Но исключать тот факт, что наши выводы сшиты белыми нитками, было бы наивно.

Я тяжко вздохнула и… согласилась.

— Мне нужно поговорить со Стёпой.

***

Олег гнал по городу так, что я трижды порывалась выскочить из машины на светофоре. И вполне вероятно, что, если бы не заблокированные двери, я бы так и сделала.

— Ты — псих, — резюмировала я, буквально выпадая из салона его внедорожника. — Земля!

— Да ладно тебе.

— Не ладно! Либо на обратном пути я сажусь за руль, либо иду домой пешком.

— Не преувеличивай. У меня всё в порядке с реакцией, — отмахнулся он и направился широкими шагами к воротам, ведущих на базу.

— Ага, — засеменила я за этим гигантом, продолжая фонтанировать эмоциями. — Только если тебя лишат прав, я не виновата.

— Не лишат.

— На дорогах полно камер…

— Эви, — вздохнул Олег, резко остановившись, отчего я чуть не врезалась в его спину. — Я — генеральный менеджер «Форварда». Так или иначе, на меня молится половина этого города. Как ты думаешь, как часто мне приходят штрафы за превышение скорости?

— Ах ты! — воскликнула я в сердцах. — Это называется злоупотребление властью!

— Может быть. Но сейчас это тебе только на руку.

— С чего это вдруг?!

Телецкий демонстративно поднял запястье и глянул на часы.

— Через пятнадцать минут команда отбывает в аэропорт и улетает на сборы. Ты хочешь поговорить с Антиповым сейчас или предпочтёшь подождать?

— Чёрт! — выругалась я под нос и на всех скоростях понеслась к жилому корпусу, где обычно проводили время парни перед погрузкой в автобус.

***

Встретили меня восторженным свистом и аплодисментами.

— Эй, Эви! — крикнул кто‑то из ребят, но я даже не остановилась, пролетая через общий холл.

— Не сейчас!

Стёпка интуитивно нашёлся в одной из комнат: рассчитанной на троих обитателей, она была заставлена огромными хоккейными баулами. Он лежал на кровати, закинув руки за голову и что-то усиленно разглядывал на девственно чистом потолке; других игроков, к счастью, не наблюдалось.

Влетев в комнату, я замерла в проходе, неожиданно сообразив, что совершенно не знаю, что ему сказать. Степан, среагировав на шум, приподнял голову и уставился на меня немигающим взглядом. Ему потребовалась пара мгновений, чтобы осознать, кого занесла к нему нелёгкая.

— Эви! — воскликнул парень и резко подскочил на ноги.

— Стёп, я…

— Нет, подожди, — в два шага он подлетел ко мне и замер, при этом сделавшись красным как морковка. Я тоже так реагировала, когда волновалась… — Я хотел извиниться перед тобой за то, что мы с Алиной свалились тебе на голову ни с того ни с сего. Просто… знаешь, я всё детство мечтал, что Андрей Петрович окажется моим папой. Без всяких на то оснований… просто обычные мечты детдомовца. Мы все о чём‑то таком мечтаем… о родителях, о семье, о том, что однажды вдруг придёт кто‑то и скажет: «Я — твой родитель. Вот пришёл за тобой». А тут книга и фото. Мы сначала с Алинкой просто начали шутить, что, мол, прикинь, если бы у тренера был роман с твоей мамой. А там уже слово за слово… И всё так хорошо легло на мои фантазии, что я сам невольно во всё это поверил. Я ни в коем случае не претендую на какие‑либо права. Просто… просто иногда так хочется знать, что есть кто‑то на этой земле с таким же набором генов, как у тебя.

Говорил он быстро и трогательно. Немного по‑детски, но при этом рассудительно и искренне. Я даже не сразу вспомнила, за что вообще на него разозлилась.

Наверное, нужно было рассказать ему всё напрямую — про сомнения отца, анализ ДНК, разговор с Игорем… но я не смогла. Наверное, потому что тоже нуждалась в ком‑то близком и родном.

— Если хочешь, мы можем сделать тест на родство, но… независимо от его результатов, ты был для папы настоящим сыном. И для меня было бы большой честью называть тебя своим… братом.

***

— Что ты сделала?! — заорал на меня Олег минут через десять, после того как я пересказала ему итог нашей со Стёпой встречи. Мы стояли возле его машины и наблюдали, как хоккейный клуб «Форвард» грузился в автобус. Благо, парковка была большая, и вопли генерального менеджера потонули в уличном шуме.