Если что, звоните Эви

Эпизод 4. Позвони мне, Эви, позвони мне

«Я заболела, — торжественно гласило сообщение, прилетевшее на телефон. — Посиди завтра в приёмной. Пожалуйста».

Недовольно клацнула зубами и быстро застучала пальцами по виртуальной клавиатуре:

«Ничего, что вечером большое руководство возвращается?!»

«Вот поэтому и подмени».

Чертыхнулась себе под нос и едва удержалась, чтобы не запульнуть смартфоном куда‑нибудь в стену. Нет, Верочку я, конечно, любила и действительно иногда брала на себя её обязанности, но не в день же прилёта Олега?

Прошёл практически месяц с нашей последней встречи у подъезда моего дома. Это было увлекательное время для команды и Телецкого. По крайней мере, я так предполагала, ибо спросить напрямую не могла — мы не общались. Он не писал, я молчала… В этой истории все решили быть гордыми и неприступными до самого конца.

Ощущения были дурацкие: вроде как взрослые люди, а вели себя как два подростка. Впрочем, он мне ничего и не обещал, как и я ему. Разве что только встретить после сборов в офисе и вернуть ключи от автомобиля. Что ж, просьба Верочки никак этому не противоречила, скорее даже наоборот…

В голову грешным делом закралась мысль: а уж не связана ли неожиданная болезнь Верочки с коварными происками Телецкого? Но я тут же на корню постаралась её задушить… Мысль, конечно же, а не Верочку.

«От Олега лучше вообще ничего не ждать», — постановил голос разума ещё в самом начале сборов, и я с ним согласилась. Да и страдать особо было некогда — дел, как обычно, хватало с головой. Дни пролетали один за другим. Временами даже начинало казаться, что в моей жизни никогда не было никакого Олега.

Как‑то неожиданно всё вошло в привычную колею, и вот я уже бегала по городу по делам клуба, решала чьи‑то проблемы, периодически бурча себе под нос вечную мантру о том, как же меня достал этот детский сад. И пусть основная команда пахала на сборах, остальные члены нашей большой хоккейной семьи продолжали «отжигать»: чужие жёны и девушки, дети и прочие родственники, юниоры и воспитанники академии.

Всё началось с несчастного Григория Воробьянникова, так неудачно влюбившегося в свои пятнадцать лет. Неудачно потому, что юная пигалица, выбранная на роль объекта воздыхания, не придумала ничего лучше, чем бросить нашего Гришку в самом разгаре спортивных лагерей. А наш Воробушек не придумал ничего лучше, чем сбежать с загородной базы и отправиться пешком в город.

Искала всю ночь. Нашла. Провела профилактическую беседу, выслушала кучу возражений, посочувствовала и решилась отвезти парня в город — посмотреть в глаза той самой… единственной и неповторимой. Посмотрели. Поскандалили. Постарадали в ближайшем фастфуде и с гордо поднятой головой вернулись в лагерь, постановив, что эти женщины сами не знают, чего хотят.

Через пару дней тесть Ткача залетел в реанимацию с подозрением на инфаркт. Пришлось поддерживать Дашку и её маму, успокаивать Ткача на другом конце страны и уверять его, что мы справляемся; сидеть с детьми, налаживать связи с врачами… и что‑то там ещё. В итоге кризис миновал: инфаркт не подтвердился, тестя подлатали и отправили в ближайший санаторий на восстановление, а бледная Дашка вновь стала похожа на человека.

Но стоило мне выйти из квартиры Ткаченко, как выяснилось, что девушка Ваньки Александрова нарвалась на мошенников и перевела какому‑то «майору ФСБ» кругленькую сумму денег…

В общем, скучать мне действительно было некогда. Да и в те редкие минуты спокойствия я теперь налаживала связи со своим новоявленным «родственником». Практически ежедневно мы со Стёпкой обменивались лёгкими сообщениями, слали друг другу мемчики или забавные видосики. Я всё ждала, что игра в сиблингов быстро наскучит, но неожиданно всё происходящее оказалось крайне увлекательным. Антипов обладал тем редким умением держать баланс между серьёзностью и непосредственностью, что в свою очередь не могло не подкупить.

Связь между нами крепла, и я нашла в себе смелость рассказать обо всём Арише. Реакция мачехи откровенно удивила.

— Эх, — вздохнула она печально с экрана моего ноутбука, — жалко всё‑таки, что Стёпа не сын Андрея.

— Думаешь?

— Да. Представь, как было бы здорово встретиться с ещё одной частичкой Андрюши.

Оспорить сие утверждение было сложно.