Если движется небо

Глава 2

* * *

В длинном фиолетовом платье и на каблуках Фелис чувствовала себя не в своей тарелке. Непослушные вьющиеся волосы – "подарок" от бабушки, у родителей волосы были прямые, она собрала на затылке, скрутив в узелок и спрятав в расшитую жемчугом сеточку.

– Идём поближе, – Йоши властно схватила её за руку, потащила за собой, пробираясь к открытой сцене-"ракушке". Наверху музыканты как раз заканчивали саунд-чек.

Фелис улыбнулась. Она любила эту группу, исполнявшую старые-престарые джазовые хиты, а в основном играющую виртуозные импровизации.

– Вот вы где, – Артано не без труда протиснулся сквозь толпу, кое-как удерживая в руках три бокала шампанского.

– За нас, – Йоши поспешно взяла один бокал. В пышном платье – наверняка подол постоянно попадает под ноги, с рубиновым ожерельем на шее, с волосами, уложенными в сложную многоярусную прическу она была неописуемо, сногсшибательно красивой, а главное – чувствовала себя при этом как рыба в воде.

Фелис подавила вздох, с некоторым удивлением осознавая, что не испытывает вполне закономерной зависти.

А чему, собственно, завидовать? У неё есть всё то, что есть у Йоши. Красота, молодость, образование. Перспективы.

Всё. Разве что кроме удачи.

– За нас! – Артано поднял свой бокал, широко улыбаясь.

– За наше будущее, – уточнила Йоши. – И за успех.

Фелис молча кивнула. Добавить к этому было нечего.

Хотя небо уже потемнело, на площади Жак Рюэфф было светло как днём от уличных фонарей и парящих в воздухе дронов. Силуэт Эйфелевой башни пронзал иссиня-чёрную ширь, усеянную яркими точками звёзд и куда более яркими – орбитальных станций и спутников. Как забавно. Звёзды несравнимо крупнее искусственных спутников, но из-за последних их и не разглядеть толком.

Порой истинная ценность и значимость не имеет никакого отношения к производимому впечатлению. Фальшивые побрякушки блестят сильнее алмазов.

Музыка лилась со сцены, таяла в ночной прохладе, растекалась по серой брусчатке и возносилась к небу, а Фелис думала, что когда-то очень давно, тысячи и тысячи лет назад люди точно так же поднимали взгляды к небу и видели в нём не рукотворные спутники – а одни лишь звёзды. А ведь эти самые звёзды, кажущиеся её современникам тусклыми и невыразительными, когда-то вдохновили её предков отважиться на рискованный шаг: шагнуть не вперёд, а вверх, воодушевили на подвиг, презрев смертельный страх, оторваться от земли и воспарить в небеса, чтобы хоть немного приблизиться к вожделенным звёздам – таким притягательным, таким манящим и таким мучительно недосягаемым.

– О чём задумалась, Фелис? – Артано легонько пихнул её в бок. Под шумные овации музыканты, раскланявшись, покидали сцену. Начался антракт.

– А? – девушка вздрогнула. – Да так... Ни о чём.

– Эй, давайте-ка встанем на фото, – кто-то достал камеру. – Народ, не разбредаемся! Давайте, давайте, все сюда!

Фелис устало подумала, что это лишнее: у них есть профессиональный фотограф, который запечатлеет банкет в наилучшем виде, а групповое фото "на память" они сделали ещё на прошлой неделе. Но спорить не стала. Йоши шагнула вперёд, вставая рядом, с другой стороны подошло ещё несколько человек, Артано в последний момент скользнул к ним, ловко втиснувшись посередине, по-свойски приобняв девушек за плечи.

Фелис нервно заправила за уши вечно выбивающиеся прядки. При весьма и весьма недурных внешних данных она была до крайности нефотогеничной, что, разумеется, отнюдь не прибавляло ей уверенности в себе.

– Кучнее, кучнее, что вы как неродные, в самом деле, – энергично командовал паренёк с камерой. – И улыбочку! Ну-ка, все дружно: "Се-ессия!"

Чудодейственное слово, призванное растянуть губы в широкой улыбке, сделало своё дело.

– Так, внимание... Снимаю!

Старательно улыбаясь ("се-ессия"), Фелис покосилась на Артано, исподтишка ставившего кому-то "рожки", тут же перевела взгляд вперёд, на объектив камеры – и громко ахнула, прижав ладони ко рту.

От верхней обзорной площадки Эйфелевой башни, которая была сейчас прямо за спиной фотографа, отделилась крошечная фигурка и, кувыркаясь в воздухе, камнем полетела вниз.

– Фелис! – Артано обернулся на неё, но проследив за её взглядом, побледнел и смачно выругался.

– Боже мой, – испуганно пискнула Йоши. – Он же разобьётся насмерть!

Щёлкал затвор, но на фотографировавшего их одногрупника уже никто не обращал внимания. Все взоры были устремлены в сторону разворачивающейся на их глазах драмы, вот-вот грозившей обернуться трагедией.

– Не могу на это смотреть... – Йоши закрыла лицо руками, всхлипнула.

– Его столкнули!

– Или он сам прыгнул.

– Ребята, глядите... – прошептала Фелис.

У самой земли фигурка внезапно замедлила падение, зависла в воздухе, словно в невесомости, и пёрышком опустилась вниз.

По толпе зевак пробежал вздох облегчения. Фелис тоже облегчённо перевела дух. То, что несчастного случая удалось избежать, выглядело чудом, не иначе.