Если движется небо

Глава 10

* * *

Когда они добрались до места, ливень немного поутих, и в разрывах туч пару раз даже мелькнуло местное солнце – щедрая на тепло рубиново-красная звезда.

– Идёмте, – не дожидаясь, когда пропеллеры остановятся, Цисс-Эрьи выскочил из кабины вертолёта и целеустремленно зашлёпал по мокрой земле.

Алан выбрался наружу, помог выбраться минору – для него ступенька была высоковата, и осмотрелся.

Возвышавшееся перед ними здание явно промышленного назначения на первый взгляд выглядело заурядным и даже скучным: серые стены с круглыми глазками окон, плоская кровля, хромированные спирали пожарных лестниц. Вдалеке, почти у самого горизонта виднелись толстые трубы, выкрашенные в контрастную оранжево-белую полоску, в которых безошибочно угадывались градирни ядерной станции.

Алан нахмурился. Сооружение ничем не выдавало свою принадлежность какому бы то ни было ведомству. Впрочем, гадать на кофейной гуще инспектор не собирался.

– Куда ты нас привёз? – спросил он у орнитта, но их провожатый не ответил: он разговаривал по телефону. В трубке приглушенно чирикнули, Цисс-Эрьи чирикнул в ответ.

– Сейчас за нами придут, – перевёл До-фа-соль.

– Это один из корпусов ФИМ – межрасового института фундаментальных исследований материи и ядерной физики, – пояснил Цисс-Эрьи. – ФИМ подчиняется непосредственно Комитету по научным изысканиям Ассамблеи, им же и финансируется; планетарным службам правопорядка он неподконтролен. И участок этот, насколько я знаю, является экстерриториальной единицей, – добавил он. – То есть, с юридической точки зрения это – не земля Птероса. В порядке исключения нам было позволено совершить посадку внутри периметра, поскольку гостевая парковка очень далеко – мы топали бы сюда целый час.

– Раз уж нам было сделано такое одолжение, видимо, случай исключительный, – глубокомысленно промолвил минор. Цисс-Эрьи ничего на это не ответил.

К счастью, долго томиться в ожидании им не пришлось: не прошло и минуты, как наружная стена, кольцом опоясывающая здание, разомкнулась, являя их взорам платформу, скользящую над самой землёй. Стоящий на платформе сотрудник Института, заметив визитёров, приветственно махнул им, направляя платформу в их сторону.

Конечно, на любой планете сейчас можно было встретить иноземца – эпоха расовой сегрегации давным-давно канула в Лету. И всё же Алан подсознательно ожидал увидеть орнитта. Однако на платформе стоял минор.

При виде своего соплеменника До-фа-соль мгновенно подобрался, приняв самую почтительную позу; когда же минор поздоровался с ними, он склонил голову так низко, что почти задел носом мокрую после многодневных дождей траву.

– Моё имя Ля-фа, – представился минор. – Я – ведущий лаборант отдела особых исследований. – Не будем терять времени. Прошу вас, – он жестом указал на платформу, и только они вскарабкались – тонкий лист полупрозрачного, похожего на стеклопластик материала даже не покачнулся, платформа плавно рванула вперёд.

– Приношу свои извинения за все эти формальности, – сухо сказал Ля-фа. – Объект режимный и строго охраняется, а изыскания, что ведутся в этих стенах, требуют неукоснительного следования правилам.

От внимания Алана не ускользнуло, что его напарник избегает смотреть на Ля-фа и вообще старается держаться на максимальном расстоянии от своего соплеменника, насколько позволяло ограниченное пространство платформы.

– Разумеется, у нас имеется внутренняя служба безопасности, – бросил Ля-фа небрежно, – однако ситуация нешуточная, я бы даже сказал, чрезвычайная. И задействование планетарных служб правопорядка – резонно и оправдано.

– Можете не сомневаться, мы сделаем всё, что в наших силах, – вежливо заверил его Алан. В отличие от своего спутника, никакого особого благоговения перед Ля-фа не испытывающий, он не видел смысла ходить вокруг да около. – Итак, ближе к делу.

– Как вам будет угодно, – Ля-фа, похоже, тоже не видел необходимости в излишних экивоках. – Наш центр занимается преимущественно фундаментальными исследованиями. Однако если изыскания находят практическое применение, мы не оставляем такие разработки в зачаточном виде. Один из самых масштабных наших проектов привёл к созданию поистине революционного устройства. У него ещё нет официального названия, но если бы оно и было, вряд ли я смог бы... – он многозначительно замолчал, давая понять, что уже и так сказал едва ли не больше, чем ему было позволено.

Платформа притормозила у проходной, и Алан уже хотел было сойти с неё, но минор приложил к турникету круглый оранжевый жетон, висевший на цепочке, и платформа вновь пришла в движение.

– И в чём же его польза, этого устройства? – деловито осведомился Алан. – Нет, если это коммерческая тайна, можете не отвечать. Но коли уж дело имеет отношение к предстоящему расследованию, имеет смысл предоставить нам побольше конкретики, а не только расплывчатые намёки. Мы не работаем вслепую.

– Данные засекречены, как вы понимаете, и раскрывать многие детали я не имею права, – Ля-фа качнул головой, и уши его колыхнулись. – Вам достаточно знать, что устройство это позволяет манипулировать с материей, перемещая её в пространстве. Знаю, вы вспомнили о двигателях космических кораблей. Да, принцип создания нуль-перехода уже давным-давно не военная и уж тем более не коммерческая тайна. Но наше изобретение позволяет выстраивать прямые переходы в любой среде и при любом уровне гравитации. Понимаете, что это значит? Порталы. Не квантовые ретрансляторы, передающие информацию, а настоящие порталы, пассажирские и грузовые. Контейнеры с товаром можно будет пересылать с планеты на планету напрямую, минуя космос. Колоссальнейший прорыв, ещё вчера бывший научной фантастикой! – глаза минора азартно сверкнули.