Если сакура станет снегом

Глава 18.

Я сидела у окна в своих покоях, наблюдая, как тени удлиняются, превращая сад в лабиринт полумрака.

В руках — книга, но строки расплывались, не желая складываться в смысл. Мысли крутились вокруг одного: действительно ли я любила Юйчэня?

Возможно, это была не любовь.

Возможно, лишь иллюзия — хрупкая, сотканная из вежливых взглядов, редких прикосновений и слов, которые он так и не решился произнести.

А он… холодный, расчётливый, верный лишь долгу. Эгоист, который ставит приказы выше чувств.

«Ты просто придумала себе чувства», — шептал внутренний голос. — «Потому что боялась остаться одна».

Я закрыла книгу, прижала ладони к вискам. Нужно было что‑то решить. Но что?

На следующий день я вышла в сад с Хаинь. Мы шли по извилистой дорожке, усыпанной лепестками сакуры, и говорили о пустяках — о цветах, о погоде, о дворцовых сплетнях.

Хаинь смеялась, и её смех звучал как колокольчики, разгоняя мои мрачные мысли.

— Ты сегодня светлее, — заметила она. — Это хорошо.

Я улыбнулась, но не успела ответить — из‑за поворота вышла девушка.

Молодая, стройная, в бледно‑зелёном платье, с волосами, уложенными в сложную причёску, украшенную нефритовыми шпильками.

Её глаза — холодные, оценивающие — остановились на мне. В них читалась не просто неприязнь, а какая‑то глубинная, почти звериная настороженность.

— Госпожа Юймэй, — произнесла она с лёгким поклоном, но в голосе не было ни капли почтения. — Я — Сюэ‑Мэй. Будущая жена генерала Юйчэня.

Хаинь напряглась рядом со мной. Я же сохранила спокойствие, хотя внутри всё сжалось.

— Приятно познакомиться, — сказала я ровно. — Чем могу помочь?

Сюэ‑Мэй улыбнулась — тонко, почти насмешливо:

— Я просто хотела увидеть ту, кто делила с ним постель. Теперь понимаю — ничего особенного.

Хаинь резко шагнула вперёд:

— Вы забываетесь.

Сюэ‑Мэй лишь приподняла бровь:
— Разве я не права? Вы — просто жена, и то..скоро бывшая. А я — будущая госпожа.

Я подняла руку, останавливая Хаинь, которая уже открыла рот для ответа.

— Будущая госпожа? — повторила я, глядя ей в глаза. — Но пока вы — никто. Вы пришли сюда не как гостья, а как претендентка. И это… неуважительно.

Её улыбка дрогнула.

— Вы думаете, что можете говорить со мной так? — процедила она.

— Могу, — ответила я. — Потому что я — уже жена. А вы — лишь тень, которая надеется занять моё место. Но даже если это случится, вы не станете мной. И не станете частью его жизни так, как была я.

Хаинь шагнула ближе, её голос зазвучал твёрдо:

— И ещё кое‑что, Сюэ‑Мэй. Вы говорите о чести, о статусе, но забыли главное: уважение. Вы пришли в чужой дом, к чужой женщине, и начали оскорблять её. Это не достойно ни будущей жены генерала, ни просто благородной дамы.

Сюэ‑Мэй побледнела, но не отступила:

— Вы обе… вы просто боитесь потерять то, что вам не принадлежит.

— Мы не боимся, — перебила я. — Мы знаем цену себе. А вот вы… — я окинула её взглядом. — Вы ещё не поняли, что здесь нет победителей. Есть только те, кто умеет держать лицо. А вы… — я слегка склонила голову. — Вы уже проиграли.

Она открыла рот, но не нашла слов. Лишь сжала кулаки, развернулась и ушла, оставив после себя лишь шелест платья и запах жасмина.

Вечером я вернулась в свои покои. Служанки зажгли лампы, но я попросила оставить меня одну. Сидела у зеркала, разглядывая своё отражение, и думала: «Что дальше?»

Дверь тихо открылась. Я обернулась — в проёме стоял Вэй Линь.

— Можно? — спросил он, не входя.

Я кивнула. Он шагнул внутрь, закрыл дверь.

— Я видел, что произошло в саду, — сказал он, подходя ближе. — Вы были… великолепны.

— Это не комплимент, — ответила я сухо.

Он улыбнулся:

— Нет. Это правда. Вы не позволили ей унизить вас. Но… — он замолчал, подбирая слова. — Это лишь начало.

— Что вы хотите сказать? — я подняла взгляд.

— Она не отступится. Император настаивает на союзе. Юйчэнь… — Вэй Линь запнулся. — Он не сможет отказать. Этот союз принесет императору дружбу с кланом Цай.

— А мне что с того? — я скрестила руки. — Я не собираюсь бороться за то, что уже потеряно.

Вэй Линь сделал шаг вперёд, улыбнулся.

— Тогда позвольте мне предложить вам другой путь.

Я замерла.

— Юймэй, — его голос звучал тихо, но твёрдо. — Выходите за меня.

Я рассмеялась, но смех вышел горьким:

— За вас? Наследного принца?

— Да. Вы станете императрицей. Ваш род возвысится. А ваша честь… — он посмотрел мне в глаза. — Она останется незапятнанной.

Я молчала, обдумывая его слова.

— Если Юйчэнь женится во второй раз, — продолжил Вэй Линь, — ваш статус упадёт. Вы станете бывшей женой генерала. А это… — он не договорил, но смысл был ясен.

— Вы предлагаете мне спасение? — спросила я.

— Я предлагаю вам шанс. Шанс начать заново. Без боли, без унижений. С человеком, который… — он запнулся, но продолжил. — Который видит в вас не просто жену генерала. А женщину, достойную большего.

Я встала, отошла к окну. За стеклом — ночь, тихая, звёздная. Вэй Линь не торопил, ждал.

— Почему вы? — наконец спросила я. — Почему именно сейчас?

— Потому что я видел, как вы держитесь. Потому что вы… — он вздохнул. — Вы не похожи ни на одну из тех, кого я встречал. Вы сильная. И вы заслуживаете большего, чем быть тенью его прошлого.

Я повернулась к нему:

— А если я откажусь?

— Тогда я не стану настаивать. Но знайте: этот шанс может быть последним.

Я долго смотрела на него. Потом тихо сказала:

— Дайте мне время.

Он кивнул, слегка отойдя от меня:

— Конечно. Но помните: время — роскошь, которую нельзя терять.

Он ушёл, оставив меня одну с моими мыслями.

Я не успела лечь — дверь снова открылась. На пороге стоял Юйчэнь.

Его лицо было бледным, глаза — тёмными, как ночь. Он вошёл, закрыл за собой дверь, но не подошёл.

— Я слышал, что произошло, — произнёс он глухо.