Если ты меня не любишь

Глава 10

Одинокий вечер, как и сотни предыдущих за последние годы.

Пустая гостиная, диван и работающий фоном телевизор.

На время уже давно не смотрела. Перелистывая страницу за страницей фотоальбома, позволяла памяти уносить меня в прошлое.

Здесь мы ещё молоды и даже выглядим счастливо. Новый год… Дашке три годика. Она сидит на плечах у папы и водружает на макушку зелёной ели ярко-красный шпиль. Меня нет на фотографии, но я точно знаю, что улыбаюсь в этот момент. Ещё бы не знала! Это же я фотографировала… Запечатлела счастливый момент на нашу первую «зеркалку» — Nikon D90 (даже до сих пор помню название).

Я долго рассматривала фотографию. Немного грустила и, почти так же, как и пятнадцать лет назад, улыбалась.

Входная дверь тихонько отворилась. В коридоре нарастал шум, и я на автомате повернула голову — это не Дашка вернулась домой. Дочка не умеет быть тихой: если приходит — то с порога даёт о себе знать. То что-то уронит, то ключи упадут на пол…

Так тихо может быть только Лёша.

Он вошёл в гостиную, когда я уже успела спрятать фотоальбом и теперь сидела с умным видом, держа пульт в руках и уткнувшись взглядом в телевизор.

— Добрый вечер, Таисия… — неторопливо прошёлся по комнате, замер напротив свободного кресла.

— Добрый…

И замолчала. Почему-то именно сейчас мне не хотелось с ним говорить. Пусть уже побыстрее проваливает — куда он там шёл, а я останусь тет-а-тет со своими мыслями и прошлым — там я хотя бы была счастливее.

— Ты что-то ищешь? — спросила я, не выдержав взгляда Волкова. Он едва шею себе не свернул, рассматривая всё вокруг.

— Ты без игристого сегодня?

— Это вопрос или претензия? — так же нагло посмотрела ему в глаза.

— Я просто спросил… Обычно игристое — твой верный спутник по вечерам.

Проглотила колкие словечки, хотя язык так и чесался выплюнуть их. Нет, повода для скандала я не дам! Только не сегодня, не сейчас…

Но Волков не торопился уходить. Видя моё нарочитое равнодушие, он умостился в свободное кресло и тоже уставился в телевизор. Это показалось мне подозрительным.

Ах да… Он же ответа ждёт. Свободные отношения, немоногамия и всё такое…

— Ты подумала над моим предложением? — всё-таки не выдержал муж, и я поймала себя на мысли, что Лёшка весьма предсказуем. Хех.

— Подумала, — ответила холодно, не удосужив его даже взглядом.

— И?

— Ничего нового я тебе не скажу. Хотя… нет, всё же скажу.

Лёшка напрягся. Это я почувствовала по его тихому вздоху.

Помедлив несколько секунд, я сумела аккумулировать все силы, чтобы через мгновение встретиться с мужем взглядом. Мы смотрели друг на друга долго и неотрывно. Просто глаза в глаза.

И мне уже плевать было на то, что он сейчас скажет. Я для себя всё решила. УСТАЛА. Сил больше нет жить так, как мы живём.

— Волков, давай разведёмся? — мой голос даже не дрогнул. Чего нельзя было сказать о сердце — оно в этот момент скакало по всей грудной клетке. Бух. Бух. Бух…

— В смысле? — вздёрнул бровь, напрягся.

Явно не ожидал такого поворота.

Ну да…

За восемнадцать лет нашего «брака» — это впервые, когда я предложила развестись. Да что там — предложила! Мы с Лёшей вообще никогда не обсуждали тему развода.

— Лёш, ты же всё хорошо услышал. Ты предложил мне свободные отношения — я отказалась. И теперь хочу развестись, — выдала, как на духу.

Волков захлопал ресницами.

— Ты сейчас серьёзно, Тая? — пытался выглядеть спокойным, но получалось плохо. Я видела, как он перебирал пальцами — обычно он всегда так делает, когда нервничает.

— Серьёзно. Мы давно чужие друг другу люди. Дочка почти взрослая. Она нас поймёт. Не вижу никаких препятствий.

— То есть, из-за того, что я предложил тебе свободные отношения, ты сразу решила подать на развод?

— Не сразу. Но решила.

— Почему? Давай поговорим.

Кривая ухмылка расползлась на моих губах.

А толку от этих бесчисленных разговоров?

Если мужик тебя не любит — ты хоть с обрыва сигани ради него, не оценит!

— Лёш, мы уже разговариваем. И ничего нового друг другу не скажем. Ты меня не любишь. Никогда не любил. Сдержал своё слово, как и обещал своей Юльке в день нашей свадьбы.

— Она не моя… — ответил с горечью.

А я больше не могла смотреть в родные глаза. Было слишком много боли… Чтобы не показать, как мне хреново, как я переступаю через своё сердце, просто подошла к окну.

Обняла себя за плечи обеими руками, хотя мне не было холодно.

— Это и всё, что ты можешь мне сказать, Лёша? Юля — не твоя… Спасибо, я в курсе. Ты тысячу раз говорил. У меня хорошо с памятью, я ничего не забываю.

Услышала, как он поднялся с кресла. Как размашистым шагом миновал разделяющее нас расстояние и оказался за моей спиной.

— Тая, ты сейчас говоришь глупости. Дело ведь совсем не в этой женщине. Её давно нет… Но ты постоянно о ней вспоминаешь. Зачем? Тебе нравится жить прошлым? Я же извинился… чёрт! — он замолчал ненадолго, а затем я почувствовала, как его сильные руки обняли меня. — Я же хотел как лучше, дурочка…

— Для кого лучше, Лёш? — вырвалось у меня с истерической ноткой.

— Я видел, как ты несчастлива. И подумал, раз у тебя появился ухажёр — может, это знак? У нас сейчас семейный кризис. Трудно — я согласен. Но развод? Тай, ты хорошо подумала?

— Подумала, Лёша. Мне не нужны свободные отношения. Мне НИКТО и НИКОГДА не был нужен, кроме тебя. А несчастна я лишь потому, что всю жизнь была твоей нелюбимой. Знаешь, каково это — когда твой муж относится к тебе как к предмету интерьера?

— Я много работаю.

— Работаешь, конечно… Волков, если ты меня не любишь — отпусти к чёртовой матери! — прошептала я, задыхаясь. А он ещё сильнее сжал меня в своих объятиях.

— Не могу. ТЫ. МОЯ. Родная душа… — прохрипел он мне на ухо.

Я хотела уйти, а он упорно не отпускал.

Держал, как клещами, словно, если хоть немного ослабит хватку — я исчезну в ту же секунду.