Если ты попала в книгу, или Осторожно, мысли материальны

Глава 5

— Аринэлия?

Я замираю на пороге, со смешанными эмоциями наблюдая, как прежнее безразличие точно панцирь нарастает на его лиц. Он откидывается на спинку кресла и внимательно смотрит на меня, как и всегда.

— Вы что-то хотели?

Хороший вопрос. Замечательный вопрос, я бы даже сказала! Даже сама не знаю, на что я надеялась, стучась к нему в кабинет и вторгаюсь в его минуты пребывания наедине с собственными мыслями. По-хорошему, мне бы извиниться и уйти, но мне совершенно не хочется этого делать.

Недовольный произвол разум начинает лихорадочно придумывать достойную причину, по которой я потревожила императора в столь поздний час. Мой взгляд со скоростью света оглядывает кабинет и останавливается на спасительной бутылке, притаившейся на книжной полке и содержащей нечто явно алкогольное.

Пьянство - не выход, но отличная почва для сближения! А уж там и до душевных разговоров и поддержки недалеко.

— Ваше величество, — я впервые с момента нашей встречи приседаю в реверансе, а потом неловко улыбаюсь и предлагаю: — Выпейте со мной?

Бровь монарха вздергивается, на мгновение нарушая безучастное выражение лица.

— Вы еще не совершеннолетняя.

А он ведь и правда считает меня ребенком. И это не удивительно… Сильные маги живут очень и очень долго, поэтому возраст Аринэлии для него, вероятно, просто детский сад. Такой расклад меня не устраивает. Девушка и правда была еще юна, но я-то не она! И свои законные тридцать положено отжила на белом свете.

— Вы думаете, я могу инсценировать свою смерть, предать семью, сбежать к темным, отречься от светлой магии и при всем этом мне будет дело до того, считаюсь ли я совершеннолетней по законом Эситрена, или нет? — спрашиваю его, позволяя себе короткую усмешку.

И на мгновение, я клянусь, вижу как что-то вспыхивает в его глазах. И то ли он и правда задолбался, то ли просто решил проявить снисхождение к глупой девчушке из Белого двора, но мужчина неспешно поднимается, проходит к книжной полке и, взяв бутылку, по пути захватывает пару бокалов.

Тем временем не дожидаясь приглашения, я умещаюсь в небольшом кресле напротив него и наблюдаю за тем, как он со стуком опускает бокалы на массивную столешницу.

— Это крепкий напиток, — предупреждает он.

— Так даже лучше, — улыбаюсь я.

На самом деле, будучи в своем прошлом теле я действительно лучше переносила тот же виски или коньяк, чем шампанское, вино или, упаси Боги, различные коктейли. Я уже привыкла к этому древесному горькому вкусу, огнем обжигающему горло и приятной пустотой отдающемся в голове. Поэтому мне остается лишь надеяться на то, что изнеженное тельце Аринэлии не упадет в сонный обморок после первого глотка крепкого алкоголя.

Тиэрэн разливает напиток по бокалам и пододвигает один ко мне. Я обхватываю пальцами хрустальный сосуд и подношу его к носу, вдыхая терпкий и немного кисловатый запах. Интересно, как это будет на вкус. Но перед тем, как пригубить напиток, я протягиваю бокал императору и тот, едва заметно хмыкнув, чокается со мной, отчего по кабинету разлетается звон хрусталя.

Вкус приятнее и мягче коньяка, но вот горло обжигает даже сильнее, однако, я лишь улыбаюсь, давно привыкнув к подобным ощущениям, и неспешно делаю второй глоток.

— А вы видимо уже привыкли к подобному, — замечает мужчина.

Я ловлю его пустой взгляд и пожимаю плечом.

— Доводилось пить нечто подобное раньше.

— Крепкий алкоголь запрещен в светлых землях, — произносит Тиэрэн, и я замираю, не сделав новый глоток.

А вот это уже нехорошо. И действительно, откуда бы леди Белого Двора смогла попробовать нечто такое? Если я верно помню, то Аринэлия даже не чихала рядом с легким алкоголем, что уж говорить про какое-то лютое пойло, которым потчует меня сейчас император.

Но разум уже сильно ослабляет вожжи, поддаваясь действию градусов в напитке, и поэтому я, совершенно не беспокоясь, отвечаю:

— Официально запрещен, Ваше величество.

— То есть вы признаете свою связь с подпольным миром? Я могу подумать, что вы шпионка, посланная в Эситрен, и уже завтра ваше тело будет болтаться на виселице.

Я отмахиваюсь от его предположения и, откидываясь в кресле, забираюсь с ногами на сидение. Поза становится очень удобной и комфортной, отчего я удовлетворенно вздыхаю. Одним глотком опустошаю бокал и ставлю его на столешницу.

— Зачем мне действовать так радикально, если я шпионка? Но самое главное, зачем кому-то нанимать в шпионки леди Белого двора? Мужчина подошел бы больше, просто потому, что в Аирэносе жуткий патриархат. И для того, чтобы леди отправилась в самостоятельное путешествие в темную империю без сопровождения мужа или родственника, солнце должно встать на западе и сесть на востоке.

Мужчина подливает мне алкоголь, я благодарно ему улыбаюсь и, снова делая глоток, продолжаю свои рассуждения:

— Эситрен мне нравится в этом плане куда больше. Здесь женщина не является бесплатным дополнением к мужчине и может прожить самостоятельно, без опеки мужа и семьи. Вас это не злит? — я смотрю на него, желая отыскать в своем собеседнике поддержку своих взглядов. — Меня вот жутко! Любой мужчина, достигнув совершеннолетия, может идти, куда захочет, но женщина в Белом дворе словно драгоценная ваза переходит из владения семьи во владение мужа.

— Что произошло с вами в поездке, отчего вы так переменились в своих взглядах?

Я ощущаю на себе пристальный взгляд мужчины и фыркаю, вспоминаю это кошмарное приключение с Трайниэлем.

— Лучше спросить, чего там не произошло! Подумать только, этот козел хотел жениться на шестнадцатилетней девушке! А еще и хотел заставить меня рожать ему детей! То же мне… Принц несчастный…

В разговоре повисает пауза, в процессе которой я вновь погружаюсь в воспоминание тех дней и снова уверяюсь в том, что сбежать - было самым верным решением из возможных. Но потом я понимаю, что мы уже довольно долгое время молчим, и я оборачиваюсь к Тиэрэну, желая проверить, не заснули ли он часом.