Если увидишь скелеты в моем шкафу, обещай не бежать

Личные границы

Солнце неизбежно взошло, затопило комнату. Высветило беспорядок после бессонной ночи: смятую кровать, сброшенные на пол подушки. И нас - все еще не разомкнувших объятия. Наши разумы близки, как и наши тела, границы между нами размыты.

Локи смотрит на меня, его глаза сейчас - два светлых осколка. Чарующие… и серьезные. Признание его не оглушило. Как будто тайком от меня он уже думал об этом - перебирал слово «любовь», примерял к себе, но побоялся произнести.

Я чувствую, как краска заливает мои щеки - сама сказала так легко, смеясь. А теперь это слово повисло в воздухе, меняя все. Становясь точкой отсчета, вокруг которой еще перестроится наша связь.

Между нами был негласный уговор, но один его нарушил - заговорил о чувствах. А второй... его сознание, всегда державшее дистанцию, теперь скользит ближе. Но ко мне приходит не образ, а ощущение - теплое давление в груди, которое он испытывает оттого, что я рядом.

«Кого винить? - думаю я, пока его мысли трогают мои, осторожно, будто проверяя лед. - Не я ли искала в нем убежище от своих ночных кошмаров? Или это он, привыкший прятаться за масками, захотел, чтобы его увидели?»

И теперь - желания одного не получится скрыть от второго. Чувства откликаются, как дрожь листьев под ветром. Такова наша связь. Этому можно сказать «нет»… но ни один не спешит отстраниться. Вместо старого уговора возникает новый, молчаливый: исследовать это.

Наши мысли наполняются вниманием друг к другу. А затем - взаимной тягой. Мой язык пробегает по губам - абсолютно невольно. Локи переживает мое движение, словно свое собственное, я знаю это по тому, как - абсолютно невольно - его грудь расправляется.

Воздух становится густым, тягучим. Мы замираем, обоим начинает не хватать дыхания. Оба медлим, растягивая момент, где еще можно сделать вид, что меду нами ничего нет.

- Ты хочешь этого? - спрашиваю я, хотя вопрос уже лишен смысла. Он нужен не для ответа, а как ритуал, последняя формальность.

Желания не спрашивают разрешения, они заполняют собой все пространство. Тепло, доверие, жажда близости - это струится сквозь связь. Переполняет потребностью верить, не думая. Просто чувствовать.

И выдержка дает сбой - Локи тянется навстречу. Но не телом. Его магия, столько лет служившая лишь инструментом воли, непослушно рвется ко мне первой. Льется из груди волной - из самого центра.

Внезапно ткань одежды перестает что-либо значить. Пространство вокруг моего тела наполняется - не прикосновением, а его предчувствием. Легкая щекотка, слабый ток, ощущение присутствия - сразу повсюду. Это не больно. Но неожиданно много.

- Послушай… - пытаюсь я что-то сказать, но голос предает. Локи еще не ласкает меня, но его магия уже делает это за него. Там, где шея встречает ключицу. Под тканью вдоль линии ребер.

Его тело еще неподвижно, и это так странно. Магия между тем прокладывает маршрут - осторожно, будто сама не уверена, можно ли. Она искушает, дает обещания. И моя кожа горит. Мне не хватает воздуха.

Все существо сосредотачивается на одной задаче - удержаться, не вздрогнуть всем телом. Не выдать весь восторг и испуг разом…

- Не бойся, - шепот касается слуха, и сам звук его голоса кажется мне частью волшебства. Низкий, вибрирующий, он окутывает так же, как магия. Но не пленяя, а поддерживая.

И что-то внутри отвечает на эту опору - руки на его плечах слабеют, разжимаясь сами собой. С губ срывается выдох, который я не успеваю поймать. Локи слышит этот звук - почти стон - и улыбается. Теперь уже уверенно.

Его ладонь описывает дугу над моей грудью - медленно, нарочито медленно. Он не касается, но магия следует за движением, создавая невыносимое, идеальное напряжение.

Во взгляде, скользящем с моих губ на грудь, читается немой вопрос: «Насколько сильно ты этого захочешь, прежде чем я, наконец, коснусь?»

- Хватит игр! - мой голос грубый от нетерпения. - Я хочу тебя, а не твои фокусы…

Локи замирает. На миг мне кажется, что его глаза светятся алым - в них не отблеск страсти, а испуг, желание спрятаться в метель. Этот знакомый, острый страх колет мне сердце - страх открыться. И быть отвергнутым…

Но это длится лишь до того, как я протягиваю к нему руку. Касаюсь щеки. Он двигается ко мне - резко, почти с обреченностью. Прижимается всем телом. Губы на губах, приникают, захватывают.

Мир сужается до этого: до солоноватого вкуса, тепла, давления. Легкой дрожи в его нижней губе - и внезапного, всепоглощающего восторга. А он тем временем стягивает с моих плеч одежду - сдергивает нетерпеливым движением.

Я слышу, как пуговицы блузы со щелчком покидаю петли. Чувствую, как ткань соскальзывает вниз, открывая лиф. Холодный воздух касается меня лишь на миг, его тут же вытесняет тепло - близкое, живое.

Этот резкий, до мурашек, контраст заставляет меня вздохнуть прямо в его рот. И Локи отвечает - углубляет поцелуй, подхватывает мой вздох, превращая его в общий, сбитый ритм дыхания.

Его пальцы бегут по складкам блузы - прямой крой, практичная ткань. Униформа, отталкивающая взгляд. Такая же часть моего прошлого, как стилет, который выскальзывает на простыни.

После секундной паузы Локи сметает оружие на пол. И ткань под его ладонями просто исчезает - растворяется в воздухе. А затем и строгие брюки - превращаются в легкую дымку в солнечных лучах, падающих из окон.

Он будто не раздевает, а снимает с меня чужие ожидания, отрывает слои навязанной, чужой воли. Тает последний барьер - бесцветное белье, купленное когда-то партией, как часть экипировки.

На мгновение я чувствую кожей память о той тяжести: о весе бронежилета, о давящих ремнях снаряжения. О невидимом, но постоянном грузе долга. А затем - только воздух.

- Так лучше… - в его голосе непривычная нежность. Но сквозь связь я ловлю отзвук чего-то иного: изумления и почти болезненного внимания.

Его взгляд, всегда такой осторожный, теперь открыто пьет меня. Запоминает не линии тела, а саму эту открытость, само согласие быть увиденной. И я не прячу наготу, не пытаюсь прикрыться.