Если в полночь ты умрёшь...

Пролог

Всегда знал, что со мной что-то не так. Не то чтобы я переживал из-за этого – скорее, любопытствовал. Как биолог наблюдает за муравьями под стеклом, так и я наблюдал за людьми. Их эмоции были странными. Шумными. Неэффективными. Особенно отцовские – эти вспышки гнева после пятой рюмки, слюнявые извинения утром. Помню, как в десять лет анализировал его лицо, искал хоть каплю искренности в заплетающемся языке. Не нашёл. Тогда же понял: люди – сложные, но очень хрупкие механизмы. И я захотел узнать, как они ломаются.

Университетская жизнь дала идеальный полигон. Психфак, ирония судьбы. Я был призраком на лекциях – тихим, вежливым, с идеальными конспектами. Никто не догадывался, что для меня их теории – не абстракции, а инструкции. Моей главной лабораторией стала общага и тусовки.

Была Лиза. Рыжая, громкая, вечно витающая в облаках романтики. Она выбрала меня своей следующей «большой любовью». Я позволил. Почему бы не проверить теорию привязанности на практике?

— Ты такой загадочный, Алекс, — шептала она как-то ночью, её пальцы впивались в мою руку. — Иногда мне кажется, я вообще тебя не знаю.

— А надо? — ответил я ровным тоном, глядя в потолок. — Разве не интереснее так?

Я методично создавал дистанцию. То пропадал на днях, то был холоден, то вдруг осыпал вниманием. Её смятение было наглядным. Слёзы, истерики, попытки «поговорить по душам». Я записывал реакции в блокнот, мысленно отмечая: «Этап 3: Тревожность. Повышенная потребность в подтверждении. Прогресс.»

Потом был Макс, мой сосед по комнате. Настоящий халявщик и манипулятор. Он считал себя крутым, умеющим «разводить лохов». Идеальный объект для изучения нарциссизма. Я стал его тенью, незаметным подпевалой, подпитывающим его иллюзии. Пока однажды не «случайно» не слил в общий чат переписку, где он откровенно обсуждал, как использует нашу общую знакомую Соню. Хаос был восхитителен. Его маска «крутого парня» рассыпалась в прах за считаные часы под шквалом гневных сообщений. Я наблюдал за его метаниями из угла комнаты, с карандашом в руке. «Реакция на социальную изоляцию: Агрессия -> Апатия -> Панические попытки восстановить статус-кво. Предсказуемо.»

Но настоящий эксперимент начался с Артёмом. Он был другим. Тихим, как я. Но не пустым – в его глазах читался острый, наблюдательный ум. Он видел меня. Не образ, который я проецировал, а что-то глубже. Это было неприятно. Как луч фонарика в темноте, куда не следует светить. Мы столкнулись в ночной пустой библиотеке. Он улыбнулся, но не доброжелательно – скорее, оценивающе.

— Интересные методы, Алекс. Лиза, Макс... Кто следующий в твоей коллекции?

Ледяная волна пробежала по спине. Не страх – предвкушение. Наконец-то достойный субъект.

— Коллекция? — сделал я удивлённое лицо. — Не понимаю.

— Не притворяйся, — его голос был тихим, но резал как лезвие. — Я следил. Ты играешь людьми как куклами. Зачем?

Вместо ответа я шагнул ближе. В его глазах не было страха. Любопытство? Вызов? Это было ново.

— Потому что могу, — сказал я просто. — Потому что это единственное, что вызывает хоть какой-то интерес. Они все предсказуемы как часы. Ты возможно, менее.

Мы стали встречаться. Не как друзья – как два хищника, осторожно вынюхивающие друг друга. Разговоры были игрой в шахматы. Он пытался заглянуть в мою бездну, я изучал его попытки. Он был умнее Лизы и Макса вместе взятых. И опаснее. Он понимал, что я не просто социопат. Что во мне нет вообще ничего человеческого. И это его заводило. Извращенец.

Однажды ночью мы были на заброшенном мосту за городом. Луна освещала его бледное лицо. Он говорил о том, как общество – тюрьма для таких, как мы. Как мы выше правил.

— Мы? — перебил я его. — Ты ошибаешься, Артём. Ты чувствуешь. Злость. Превосходство. Даже ко мне – что-то вроде извращённой тяги. Это делает тебя слабым. Уязвимым. Я же пуст. И в этой пустоте – абсолютная свобода.

Он замер. В его глазах мелькнуло то, чего я раньше не видел: настоящий, первобытный ужас. Он понял разницу. Понял, что стоит рядом не с таким же «изгоем», а с чем-то принципиально иным. С пустотой в форме человека.

— Ты монстр, — прошептал он.

— Нет, — поправил я мягко, шагая к нему. — Монстры чувствуют. Я следующий шаг эволюции.

Его отступление к краю моста было неосознанным. Я не планировал этого конкретного исхода. Но момент был чистым. Лабораторным. Я увидел переменную – его страх – и решил довести её до логического завершения. Просто чтобы увидеть.

Он оступился. Или я слегка подтолкнул? Неважно. Падение казалось бесконечным. Я наклонился над перилами, наблюдая, как его тело превращается в маленькую тёмную точку, а затем исчезает в чёрной воде. Ни крика. Только тихий всплеск.

Никакой паники. Никакого волнения. Только удовлетворение от завершённого эксперимента. Я проверил реакцию на предельный стресс – свою и его. Его реакция – смерть. Моя – абсолютное спокойствие. Данные собраны.

Уходя, я чувствовал не вину, а лёгкое раздражение. Артём был самым интересным экземпляром. Теперь придётся искать нового. Но в этом и был смысл, не так ли? Бесконечный эксперимент под названием «Человечество». А я – бесстрастный учёный в его эпицентре. И моя лаборатория ещё очень велика. Очень много образцов для изучения.

Приглашаю вас в самый напряжённый, жёсткий и необычный литмоб: 18+ "Не кричи"