Если я не вернусь...

Глава 18.

Глава 18.

Альмос открыл дверь, пропуская бледную, трясущуюся  эмису Олену в коридор.

- Вы – чудовище. – прошептала женщина, дрожащими руками поправляя свою прическу.

Его Высочество, склонив голову,  улыбнулся краешком губ и обратился к караулу, дежурившему у дверей.

- Проводите эмису в ее камеру.

Они окружили все еще вздрагивающую женщину и повели вперед по коридору, а она всю дорогу оглядывалась, словно боялась, что Альмос пойдет следом.

Свежий воздух… ему срочно нужно на свежий воздух.

Альмос дождался, когда они скроются за поворотом и приоткрыл дверь в допросную.

- Перерыв. – провозгласил Его Высочество,  снимая свое пальто с вешалки у входа.

Следователи кивнули, не отрываясь от экранов планшетов, подробно записывая все, что только что услышали.

Альмос, одевшись, твердыми шагами направился в дворцовый парк. Пристроившиеся за ним телохранители почтительно сохраняли дистанцию, зорко следя, чтобы сакзанский принц не оказался жертвой неожиданного покушения. С тех пор как стало известно, что с его помощью удается разузнать  важные сведения о заговорщиках, после которых были облавы на благородные семейства, ранее не вызывавшие подозрений, на жизнь Альмоса было совершено два покушения. И это за неполный месяц.

Значит, отловили еще не всех, и Его Высочеству придется здесь еще торчать темный знает сколько.

Никто не знал, как он это делает, но факт оставался фактом. Сакзанский принц безошибочно и планомерно разоблачал заговорщиков, всего лишь присутствуя на допросах.

Альмос улыбнулся пробегающей мимо горничной.

«Да, малышка, ты тоже ничего. О, даже так?»

 Он оглянулся вслед девушке, чьи эмоции успел уловить.

«Надо же», - хмыкнул про себя Его Высочество. И потер гудящую голову.

В сад… срочно. Желательно туда, где нет ни одной живой души женского пола. Иначе его просто разорвет…

Шквал чужих эмоций, неожиданно обрушившийся на него, заставил Альмоса покачнуться и схватиться за голову.  Охрана подхватила начавшего оседать на пол принца и прислонила к стеночке.

- Ваше Высочество, врача?!

- Нет, - прохрипел Альмос, - сейчас пройдет…

Злость, обида, отчаяние бились в душе, заставляя скрежетать зубами. Но сильнее всего был страх. Он накрыл его с головой, мешая сосредоточиться  и отгородиться от чужих эмоций. Альмос, задыхаясь, тонул в нем, судорожно хватая ртом воздух под ошарашенными взглядами растерявшихся охранников.

Так четко, так ярко, так сильно он еще никого не чувствовал. Ее переживания рвали его изнутри. Он в полной мере ощущал всю их невообразимую силу. Сколько же в ней боли!

Внезапно пришедшая волна решимости на секунду дала ему передышку и возможность хоть немного отгородиться. Полностью перекрывать канал он не стал и порадовался своей предусмотрительности, потому что тут же за решимостью пришла обреченность. Альмос с усилием скрутил в клубок мечущиеся внутри чужие чувства и закрыл их плотной завесой, оставив маленькую ниточку, ведущую его к их обладательнице.

Отдышавшись, он выпрямился, отказавшись от помощи нервничающих телохранителей, и закрутил головой, соображая, куда бежать. Ее след он нашел сразу, спустившись в дворцовый парк. Беснующиеся в нем эмоции четко указывали к ней направление, становясь все сильнее по мере его приближения.

- Ждите здесь! – на ходу приказал он своей охране.

Выскочив из-за причудливо подстриженного ярко-желтого куста в форме летящей птицы, Альмос едва успел перехватить ее руку, в которой блеснул тонкий кинжал.

- Что ты творишь, девочка?

Он прижал спиной к себе тонкую фигурку, сжав ее запястье, и кинжал с тихим звоном упал на гравий дорожки.

- Они все равно не оставят меня в живых. – едва слышно даже для сакзанца прошептала она. – Я теперь не нужна, а знаю… многое…

Он на вытянутых руках отстранил ее, крепко держа за худенькие плечи, и осторожно развернул, чтобы заглянуть в ее лицо.

Одета не по погоде в одно только сиреневое платье, а на улице уже конец осени, и вот вот пойдет холодный моросящий дождь. Совсем молоденькая, еще почти ребенок. Огромные, испуганные, полные тоски и отчаяния серебряные глаза встретились с его настороженными темно-синими, и мир замер.

Утешить, защитить, спрятать…

ЛЕЙАНА

Альмос недоверчиво моргнул, пытаясь понять, откуда у него вдруг взялись эти чувства к ней? И с каждым вдохом их требовательный посыл звучал все сильнее. Он мотнул головой, попытавшись как обычно их закрыть, но не получилось…

Утешить, защитить, спрятать!

- Кто ты? – прошептал Альмос, чуть ослабив хватку, вдруг испугавшись, что может причинить ей боль.

- Лейана Орилана, - тихо ответила девушка.

Альмос осторожно разжал руки и на всякий случай наступил на валяющийся под ногами кинжал. Что-то он перестал что-либо соображать.