Эсми в Академии Трёх стихий

Глава 29

Достаточно быстро я достигла третьего этажа и заглянула в окно, расположенное рядом с лестницей.

За ним был длинный коридор. Как открыть его снаружи, я не знала. По этому, обмотав руку рукавом куртки, выбила стекло. Сунула руку в появившуюся дыру и открыла окно.

Теперь стоило, только, аккуратно вползти внутрь, стараясь не порезаться.

Получилось у меня это почти идеально. Пара незначительных царапин во время удара об стекло, не в счет. Сейчас меня волновало только одно. Найти Райана.

Представив, где, примерно, то окно, за которым следила, я побежала вдоль коридора и ворвалась в дверь палаты.

Здесь, как всегда, горел свет, и было чисто. Тихо пищал какой-то незнакомый мне прибор. А на кровати лежал Райан. Узнала я его по родимому пятну, которое виднелось среди кучи трубок, прицепленных к другу.

– Эх, Рай, кто ж тебя так? – с ужасом я подошла к кушетке и рассмотрела парня.

Он весь был в синяках, а на шее темнел след от удавки.

Я растерянно смотрела на него, не зная, что дальше делать. На столе лежала его карточка. Я раскрыла её и бегло ознакомилась с подробным описанием его состояния. Здесь указывалось, что после нанесения нескольких десятков ударов, его пытались задушить. И что кислородное голодание вызвало необратимые реакции в мозге.

Заключения врачей я сфотографировала на телефон и вернула карточку обратно.

Хотелось еще побыть с другом, как дверь палаты раскрылась, и в неё вошел мистер Фокс.

– Вон отсюда! – прошипел доктор. – Немедленно!

Я хотела попытаться объясниться. Но, видя настрой медика, решила оставить свои объяснения на другой раз. А сейчас быстро выбежала с палаты.

– Ещё раз тебя здесь увижу – назначу такие процедуры, что ты сама больше не захочешь появляться здесь! – кричал он мне вслед.

Я быстро оказалась в холле. Даже, крик санитарки: «Ходят тут всякие, следят в коридоре!», не остановил меня. Остановившись возле удивленного вахтера, я открыла кошелек и положила ему на стол пару купюр:

– Это должно покрыть расходы на установку стекла на третьем этаже, – борясь с отдышкой, сказала я. – Остаток возьмете себе на чай.

– Ты совсем совесть потеряла, – пробурчал тот, забирая деньги. – Слишком много себе позволяешь, дочь министра.

– Вы только что её взятку приняли, так что, не умничайте, – хмыкнула я. – Кстати, сюда мою подругу приводили. Не в курсе, как она?

– Второй этаж, палата номер пять, – недовольно ответил охранник и указал на лестницу в конце коридора.

– Слона–то я и не заметила, – пробурчала, осознавая, как я сглупила, не найдя лестницу.

После этого я, не спрашивая разрешения, побежала в указанную палату, чавкая мокрыми кроссовками по полу.

У палаты я остановилась, осознавая, что ко всем проблемам добавилась испорченная обувь. И за неё родители по голове не погладят. Всё же, это были фирменные кроссовки

Я постучалась и вошла внутрь, где мне были не рады.

– Глупую ты придумала затею, – поторопилась мне сообщить Тиффани, поправляя прическу у зеркала. – У неё нашли кучу болячек и теперь продержат с неделю.

– Не хочу здесь быть, – всхлипывая, сообщила Дженни. – Здесь скучно и страшно.

– Хорошая идея, ведь оказанная вовремя медицинская помощь – залог быстрого выздоровления, – я подошла к стулу и села у компьютера.

Тут же в голову полезли воспоминания об Алексе и нашем общении с помощью напечатанных букв. Внутри всё сжалось, и я прикусила губу, чтоб не давать воли эмоциям.

– Не умничай, а рассказывай, что узнала, – потребовала Тиффани.

– Я была у него, – перешла сразу к делу. – Состояние у него жуткое. Вам лучше не видеть. Судя из того, что я прочла, его ещё пытались в конце задушить. Но, видимо, до конца не вышло. Вокруг него куча аппаратов. Будем надеяться, что он поправится.

К концу моей речи Дженни громко зарыдала и полезла под одеяло. А Тиффани пошла её успокаивать. Что-то начало мне подсказывать, что между Райаном и Дженни нечто большее, чем просто дружба. Но сейчас об этом спрашивать быть неуместно.

Поэтому я тихо вышла с палаты и направилась к выходу под крики всё той же санитарки о том, что я наследила в коридоре.

Дождь уже кончился. И я могла спокойно идти по тропинке в сторону своего факультета, не переживая, что ещё сильнее промокну.

Кто–то окликнул меня. И я, нехотя обернулась.

Оказалось, это Рихард. Брат Райана и надзиратель в их домике.

– Разве, тебе не запрещали ходить по темноте одной? – он подошел и недовольно осмотрел меня. – Или снова в больницу захотела?

– Не запрещали, а давали рекомендации, – насуплено ответила я. – И не хочу я здесь больше лежать. Просто, приходила Райана наведать.

– Я тоже был у него, – вздохнул парень. – Не представляю, кто его так? Он же ни с кем не конфликтовал. У нас в семье он всегда придерживался роли пай-мальчика.

– Да и здесь у него была похожая роль, – согласилась я со словами Рихарда. – Прости, я не хотела, чтоб подобное случилось.