Эсми в Академии Трёх стихий

Глава 39

– Может, надо было меня послушаться? – недовольно пробурчала она.

– А, может, надо было сразу закричать, что пол здесь стрёмный? – фыркнула я. – Что теперь делать? Как, вообще, пол может всасывать людей?

– Ну, значит, может как-то, – фыркнула Тиффани. – Что теперь делать будем?

– Надо попробовать до чего–нибудь дотянуться, – задумалась я. – Хотя, опасно. Вдруг пола коснёмся руками, и в самой неудачной позе застынем. Мало ли, сколько потом так мучиться.

Мы стояли и молча рассматривали помещение. В тишине мы с лёгкостью услышали скрип колёс и дружно закричали: «Остановись!».

– Чего орёте? – послышался голос Райана. – У вас что–то произошло?

– Треугольник, нас немного пол кушать собрался, – сообщила другу. – Можешь что–то придумать, чтоб он подавился и выплюнул нас?

– Глупее описания не могла придумать? – фыркнула Тиффани.

– По крайней мере, попыталась объяснить, в отличие от некоторых, – пробурчала я в ответ.

– Вы можете сказать, что мне делать? – спросил парень.

Райану говорить было тяжело. Не то, что спасать девушек. Но он был единственным, кого не приклеил к себе пол. И ждать помощи было не от кого.

– Попробуй отыскать, может, какую–то кнопку, или что–то похожее, чтоб нас освоболида, – сказала я. – Увы, больше некому.

– Понимаю, – коротко ответил Райан, и скрип коляски известил о том, что парень отправился на поиски.

Остались с Тиффани мы вдвоём, не в силах пошевелить ногами.

Время шло, а парень не возвращался.

– У меня затекли ноги, – пожаловалась Тиффани.

– А у меня пятка чешется, – ответила ей.

– Как думаешь, Треугольник долго будет искать способ спасения?

– Главное, чтоб он, в принципе, спас. Думаю, мы, уж, как–то дождёмся.

– Эсми, а ты, хоть, что–нибудь помнишь до того момента, как мы здесь появились?

– Полная пустота, даже, не уверена, что это моё имя.

– Я ничего не могу вспомнить и понять. Как возможно, чтоб люди вообще ничего дружно не помнили? Может, мы только родились?

– Не знаю. Я случайно Треугольника Райаном назвала. И такое ощущение, что это его имя.

– Странно, что из всех, ты вспомнила его. Может, вы пара?

– Ну, не знаю, он симпатичный и интересный. Но как–то, к нему не тянет. Ну, ты понимаешь, что я имею в виду.

– Не замираешь при его виде и не чувствуешь бабочек в животе, когда он рядом?

– Ну, ты и описала. Впрочем, да, что–то такое. Может, он мой брат?

– Сводный, разве что. Вы вообще не похожи. Хотя, в характерах есть что–то общее.

Послышался знакомый скрип колёс. Но никто к нам не обратился.

Что-то в этой затянувшейся тишине пугало меня. Райан не имел привычки молчать. Этот Треугольник, которого я знала всего пару часов, был чрезмерно болтлив, как для парня.

Я хотела попробовать обернуться к нему. Но слишком неудобно были приклеены мои ноги. Боясь упасть, я продолжала стоять спиной ко входу и ждать.

Тиффани тоже заметно напряглась в ожидании.

– Ну, вы и наломали дров! – раздался звонкий голосок. – Готовьте свои затылки.

– Ты кто? – от напряжения Тиффани присела.

– Ты не Треугольник! – я попыталась обернуться, но увидела только край колеса коляски.

– Кто? Вам совсем мозг та штука промыла? – возмутился всё тот же голосок. – Его зовут Райан. И он в жутком состоянии, потому что ему нельзя было покидать зону ожидающих.

– Какую зону? – удивилась Тиффани.

– Ту, которая вам мозг промыла, – фыркнул голос. – Потом расскажу. Сейчас надо вам память вернуть. А–то, всыпят вам, а вы и знать не будете, за что вас песочат.

– Ты подожди угрозы рассыпать, – фыркнула я. – Мы немного заняты. Прилипли. И очень хотим узнать, где наш товарищ.

– Да, здесь он, – раздался щелчок, после которого тяжесть в ногах ушла, и пол уже не сдерживал нас. – Я привёз его с лифта. Там он уснул. Кстати, я Джейкоб.

Казалось, я это имя уже слышала.

Обернувшись, я увидела мальчишку, лет шести. Тот смотрел на меня недетским взглядом и недовольно качал головой.

– Главное, самому под горячую руку не попасться, – пробормотал он. – Что ж, пошлите, путешественники аматоры. Будем мозги вам лечить.

Он покатил назад Райана. Вернее, хотел покатить. Но споткнулся и упал на причинное место.

– Довыделывался? – усмехнулась я.

Но, всё же, подошла к мальчику и помогла подняться. Что–то в нём было знакомое. А ещё странное, и немного пугающее. Эти глаза, со взглядом мудрого старца, не сочитались с пухлыми щёчками и смешным задранным носиком.

Мальчик надулся от моего пристального рассматривания и отошёл в сторону.

– Пошлите, нам надо торопиться, – пробурчал он. – Если не успеем, мне нечем будет вам помочь. Потом на меня насмотришься. Вернее, вспомнишь меня, и смотреть будет неинтересно.