Espérer - значит "надежда"

FUMER TUE (XX A.D.)

FUMER TUE

Мастер, Мастер, вот чёрт бы тебя побрал.
Серый дым сигарет улетает в бездонное небо.
Мастер, Мастер, от жизни своей ты, наверно, устал.
Как это грустно, печально.
Это так-же смешно и нелепо.

      Мелисса Тейлор разламывает сигарету надвое, и скидывает с балкона. Пора бы и избавиться от старых привычек, ведь так? Всё наконец начинает налаживаться, но в груди не дающее покоя чувство, что всё не так просто.

      — Курение убивает.

      За спиной кто-то вдруг смеется, и Тейлор быстро оборачивается, щелкая зажигалкой. Незнакомец шарахается от огня как черт от ладана и примирительно поднимает руки вверх, не прекращая улыбаться.

      — Кто ты такой? — голос Лисс немного хриплый и нетвёрдый, а сама она и пальцем пошевелить почему-то не может.

      — Меня зовут Алистер, — мужчина медленно подходит ближе и отводит её руку с зажигалкой в сторону. — но ты можешь называть меня мастером. Знаешь, я наблюдал за тобой. Сильная женщина, но со своими слабостями, разве не так? А я смогу дать тебе то, о чём ты мечтаешь по ночам.

      Его глаза чёрные и бездонные, словно затягивают в свою глубину. И эта белоснежная улыбка, которую видно даже во тьме ночи.

      — И что же? — Мелисса скептически разглядывает незнакомца.

      — Стабильности, уверенности в завтрашнем дне. Власть над жизнью и смертью. Над самим временем.

      Он смотрит на неё — сама серьёзность, и Тейлор почему-то не считает его сумасшедшим. Она почти хочет сказать «да».

      Алистер отходит на другой конец балкона и облокачивается на металлические перила. А потом задаёт последний вопрос, такой, от которого мурашки по коже.

      — Ты готова убивать ради выживания?

      — Да.
 

***

      Мелисса не может заснуть, и виной этому не простая бессонница. Она физически не может этого сделать, и, поверьте, это совсем не так шикарно, как может показаться на первый взгляд.

      Она появилась дома спустя месяц, потому что не могла исчезнуть насовсем без причины. Без адекватных объяснений. И сама мысль того, что её сын будет расти без матери алкоголички/наркоманки/проститутки (смотря на чём остановятся люди) наводила чистый ужас.

      — Я тебя разбудил? — тихо спрашивает Джек, закрывая холодильник, когда Лисс появляется на пороге кухни. Девушка качает головой и отмахивается. Если бы он только знал.

      — Нет, и я, наверное, пойду прогуляюсь. — она смотрит на часы, которые вот-вот пробьют четыре часа утра. — Проветрю голову перед работой.

      Джек вздыхает, но ничего не может с этим поделать. Его жена в последнее время стало странно себя вести, а еще эти её перепады настроения. И самое гадкое то, что он отчасти винит в этом себя. Если бы он только знал, что помочь ничем не может.

      Мелисса смотрит на огонь в окне и натягивает на голову капюшон, исчезая в темноте. Ночные улицы все одинаковые, но у неё всё же есть несколько любимых.

      Сегодня тут слишком тихо. Слишком, как для неё. Никто никого не задирает, никто не ждёт клиентов на обочинах и не гуляет в пьяном одиночестве.

      Мелисса чиркает зажигалкой над сигаретой и облокачивается на какое-то трухлявое дерево. Можно забыть всё на свете — можно забыть страдания, унижения, отчаяние, равно как и радость, слёзы и любовь. Боль забывается, привычка — нет.

      Серый дым летит в небо.
 

***

      — Вы фея?

      Тейлор оборачивается и видит сидящую на тротуаре девочку. Она явно старше Питера на год или два — ей около шести лет на вид. Тёмные волосы коротко срезаны, а нос весь перемазан грязью. И смотрит на неё наивными и чистыми глазами.

      Мелисса вполне могла сойти за фею — она называла это дьявольской красотой. Бонус от природы, помогающий заманивать добычу в ловушку. Тейлор вполне могла сказать, что красоту эту ненавидит всей душой, но это её вполне устраивает — приятное дополнение.

      Она не может просто взять и уйти, ведь кроме неё на улочке никого нет, и совесть потом не даст девушке покоя. И рабства хуже не придумаешь.

      Внезапно девочка закашливается, и падает на асфальт в предобморочном состоянии. Тейлор подлетает к ней так быстро, как только может и поднимает на руки.

      — Для тебя — хоть фея. — шепчет Лисса.
 

***

      Тейлор не могла сконцентрироваться ни на чём сегодня, и Ребекка мысленно махнула на подругу рукой. Если бы она знала, что причиной всему не простой недосып.

      Её звали Шарлотта, и больница так и не смогла найти её родителей. Мелисса вполне способна отыскать незадачливую парочку, но не хочет. Ведь если этим займётся она — даже хоронить будет некого.

      Она сидит на стуле возле окна, тихое дыхание Шар — единственный действительно значащий звук в комнате. Пока никто не смотрит, Лисса время от времени подмешивает в чай немного своей крови — она творит настоящие чудеса, на которые медицина пока не способна.

      Шарлотта выглядит живее с каждым днём, а девушка всё чаще пропадает из дома по ночам. Кровь животных — та еще дрянь, но сносный заместитель человеческой. А Мелисса устала от всей этой кровавой резни.

      — Мисс Тейлор? — в дверном проёме появилась кучерявая голова Никсона. — Вас представитель социальной службы просит. На минутку.

      У Мелиссы было нечто, что она не могла продать или потерять, и национализировать это нельзя было. У неё было будущее. Живое будущее. И от этой мысли тлеющий уголёк надежды разгорался всё сильнее.

      А может, Мастер и не оказался настолько прав, и это всего-навсего иллюзия?

      Небо над Биокси озаряют первые лучи рассвета, и голова Лиссы, кажется, сейчас взорвётся.