Эссора: Песнь равновесия

Глава 3

Штольни встретили их молчанием.

Тоннель тянулся в бездну, поглощая свет, унося их в чернильную пустоту. Лучи фонариков скачут по стенам, выхватывая ржавые рельсы, перекошенные деревянные балки и обломки камней, будто прирученные временем. Воздух был тяжёлым, как вязкая жидкость, затхлым, наполненным пылью и чем-то ещё — металлическим, глухим, как поскрипывание старой стали.

С каждым шагом Мира ощущала, как липкий холод проникает в её нутро, сковывая душу. Интуиция больше не шептала, она визжала, заставляя сердце сжиматься, а ладони — крепче вжимать фонарик. Тело скользило в тревогу, а сознание цеплялось за мысль, что нужно развернуться и бежать, не оглядываясь. Не смотря на то, что она знала — этого не будет.

— Чёрт, как тут жутко, — проговорила Лера, ведя лучом по камням, каждый раз как будто обжигалась.

— Именно в этом и весь кайф, — усмехнулся Макс. — Неизвестность, адреналин... А вдруг мы наткнёмся на что-то, что никто не видел?

— Например, на чей-нибудь скелет? — Аня попыталась сделать шутку, но её голос был натянут, будто сама мысль о том уже пугала.

— А может, — ухмыльнулся Дэн, — но давайте не будем разочаровываться раньше времени.

Мира молчала.

Тишина вокруг давила, но в её сердце ощущалась другая тяжесть. Боль предчувствия. Как будто сам воздух вокруг её тела изменился — он сжался, стал плотнее, будто пытаясь выдавить её наружу. Внутреннее ощущение не поддавалось объяснению, но оно было реальным, как остриё ножа, что касается кожи.

— Нам стоит вернуться, — её голос прозвучал громче, чем она ожидала. Резко. Напряжённо.

Все повернулись.

— Ты серьёзно? — Макс поднял бровь, удивление скользнуло по его лицу. — Мы только начали.

— Просто... у меня плохое предчувствие, — призналась она, сжимая фонарик, как спасительный талисман. — Здесь что-то не так.

— О, опять твоя магическая чуйка? — Дэн усмехнулся, но в его тоне не было насмешки. Он просто пытался перевести всё в шутку, хотя и сам почувствовал странность в воздухе. — Может, ты просто не любишь замкнутые пространства?

— Нет, — Мира сглотнула, — Это нечто другое.

— Мира, расслабься, — Лера мягко положила руку на её плечо, — Всё нормально. Мы не углубимся далеко, просто немного осмотримся.

Мира хотела возразить, но не успела.

Лёгкий, холодный порыв ветра прошёл мимо них, обдувая лица и спины, неся с собой слабый шёпот, как эхо далёкого голоса. Ветер под землёй?

Мира вздрогнула, кулон обжёг её холодом. Лера настороженно поджала губы, а Аня непроизвольно схватилась за рукав Макса.

— Вы это почувствовали? — прошептала Катя.

Тонкая, протяжная жалоба — в воздухе затрепетал странный, неестественный звук.

Будто впереди что-то медленно пошевелилось.

Глухой, болезненный скрежет. Словно сама земля содрогнулась.

— Назад! — крикнул кто-то, но было поздно.

Грохот.

Тоннель наполнился хаосом — камни сыпались с потолка, фонари взлетали в воздух, разнося теневые блики по стенам.

Чьи-то крики. Тело шмякнулось об землю.

Мира почувствовала, как её резко потянули назад, чья-то рука сжала её руку, в её поле зрения мелькнул белый свет фонаря, но тут же его поглотила пыль.

Глухой удар.

Земля под ногами дрогнула, волной прокатившись по их телам. Лера рухнула, Макс рванул к ней, Дэн отшатнулся, хватаясь за стену.

Темнота.

Только звуки — грохот, кашель, чей-то стон.

Мира зажмурилась, чувствуя, как оседающая пыль забивает лёгкие. Голова гудела, в ушах звенело от шума.

— Все целы?! — Макс прорвал тишину, его голос был почти срывающимся от кашля.

— Да... — пробормотала Аня, держась за голову.

— Чёрт... Чёрт! — Дэн направил фонарь на завал. Камни грубо сложились в непроходимую стену.

Мира с трудом поднялась, чувствуя, как колени подкашиваются, и всё тело дрожит от напряжения. Она вцепилась в стену, пытаясь удержать равновесие, но мир перед глазами был всё ещё расплывчатым. Глухой шум в ушах не прекращался, а пыль оседала, тяжело проникая в лёгкие, заставляя их болезненно сжиматься. Дыхание было прерывистым, словно каждый вдох — это борьба с невидимым давлением, которое вот-вот раздавит её.

Они были заперты. В этой чертовой шахте, без пути назад, без понимания, что делать. Тоннель, который только что казался простым и незамысловатым, теперь сжался до размеров гроба.

Мира застыла на месте, пытаясь собраться с мыслями, но в голове было пусто. Паника накатывала волнами, и она едва могла сдержать дрожь в теле. Все эти мысли, что ещё секунду назад казались такими чёткими, теперь расплылись в мрак, как эти камни, что рухнули с потолка.

Но она не могла сдаться. Не могла позволить себе поддаться страху.

Сделала шаг, ещё один — и, наконец, выдохнула, вытянула спину, как бы собираясь в одну точку. Нужно действовать. Нужно. Без вариантов.

— Спокойно, — её голос прозвучал резко и неожиданно громко в тишине. Она сама не узнала его — твердый, почти холодный. Она была вынуждена вытолкнуть его наружу, не давая себе времени на сомнения. — У шахт всегда есть несколько выходов. Нам нужно просто найти другой.

Словно только сейчас осознав, что она только что сказала, Мира отвела взгляд, чувствуя, как вновь захлестывает страх, но в этот раз она не позволила ему затмить её. Тот холод в голосе... это был её единственный способ не сдаться, даже когда руки, казалось, потеряли способность действовать.

— Логично, — сказал Дэн, хотя в его голосе не было уверенности. Он продолжал осматривать завал, но даже его жесты казались не такими решительными, как обычно. — Если пойдём дальше... может, выйдем наружу. Но... хрен его знает, что нас ждёт.

Катя сжала губы и покачала головой. Её глаза были мутными от страха, а дыхание не то чтобы частое — оно было едва заметным, как будто она пыталась избежать того, чтобы оно не вырвалось в полный голос.

— Или застрянем ещё глубже, — пробормотала она, голос её звучал хрипло, как будто каждое слово — это борьба с собой, чтобы не начать паниковать.