Эссора: Песнь равновесия

Глава 6

Лес не был молчаливым.

Он не шептал словами, не говорил голосами, но его дыхание ощущалось во всём. В переливающемся свете, скользящем по листве. В еле заметных движениях веток, которые никто не касался. В той тишине, что не была безмолвной, а наполненной ожиданием.

Мира чувствовала его взгляд.

Не осуждающий, не угрожающий — просто наблюдающий.

Она ещё раз посмотрела на раненого.

Морн дышал тяжело и неровно, но пытался скрыть, как трудно ему даётся даже это. Взгляд его оставался цепким, несмотря на усталость, губы были сжаты в упрямой линии. Он явно был из тех, кто не привык показывать слабость.

— Тебе нужно укрытие, — сказала она, больше констатируя факт, чем спрашивая.

Морн усмехнулся — коротко, почти незаметно.

— Спасибо, не знал.

— Ну так вставай, если такой умный.

Он медленно выдохнул, затем сжал зубы и, опираясь на одну руку, попытался подняться.

Мира видела, как напряглись мышцы его плеч, как скулы чуть резче проступили под кожей. Он был силён. Но сила мало значила, когда тело подводило.

На полпути его накрыло.

Дыхание сбилось, он замер на секунду, как хищник, что внезапно осознал свою рану. Затем плечи дрогнули, ноги ослабли, и он чуть покачнулся вперёд.

Мира не успела подумать — просто шагнула ближе, её руки сами собой потянулись к нему, одна упёрлась в плечо, другая нащупала его руку.

Мгновение.

Тяжесть.

Тепло кожи, слишком горячей от напряжения, пульсирующий ритм усталости под пальцами.

Она крепче сжала пальцы, удерживая его.

— Я справлюсь, — голос был резким, но дыхание сорвалось в глухой выдох.

— Конечно, — согласилась она, не убирая руки. — Но лучше давай без повторного падения в обморок.

Морн усмехнулся, но в глазах вспыхнуло что-то похожее на признание.

Мира огляделась.

Им нужно было укрытие.

Желательно быстро. И лучше бы это было место, где никто не решит проверить их на уязвимость.

Она не знала, куда идти. Но чувствовала направление.

Интуиция здесь была не просто предчувствием, как на Земле, а живой — тёплая волна пробегала по спине, толкала вперёд, будто лес шептал ей путь.

Лёгкий поворот головы в сторону, где воздух был теплее. Движение в том направлении, где не ощущалось взгляда ветвей.

— Сможешь идти?

Морн скривился, взгляд скользнул по ней — острый, цепкий.

— Выбора нет, — буркнул он и медленно поднялся, опираясь на камень.

Она снова почувствовала его вес — напряжённые мышцы, слабое дрожание от усталости. Он был крепче, чем выглядел в своей растрёпанной одежде, но даже самый сильный падает, когда рана забирает силы.

Лес вокруг жил. Где-то в тенях прошуршало что-то живое. Высоко в кронах дерева коротко треснула ветка, но звук не был угрожающим. Просто напоминанием: они здесь не одни.

Воздух был напоён влажностью, запах смолы казался гуще, чем раньше.

Мира ощутила слабое беспокойство. Не страх. Просто знание: этот мир прислушивается.

Она сделала шаг вперёд.

Морн последовал за ней.

Высокие деревья шептали что-то невидимым голосом, их кроны раскачивались, хотя ветер был почти неощутим. Листья шелестели слишком размеренно, будто прислушиваясь, будто провожая. Воздух был насыщен запахами — сырой земли, древесной коры, чего-то терпкого, цветочного, но незнакомого.

Мира шагала чуть впереди, ведя их наугад. Она не знала, куда идти, но чувствовала: дорога есть. Ветер подсказывал направление, ветви не преграждали путь, и каждый её шаг был уверенным, хоть и неосознанным.

Позади, медленно, но упрямо двигался Морн. Его шаги были почти бесшумны, но она слышала, как он время от времени прерывает дыхание, как замедляется, будто оценивает силы. Рана давала о себе знать. Он не жаловался, но Мира не была слепой.

Она оглянулась через плечо.

— Долго ещё будешь притворяться, что всё в порядке?

Морн вскинул взгляд, прищурился.

— Ты предлагаешь сдаться?

— Я предлагаю передохнуть, пока ты не рухнул.

Он хмыкнул, но тишина между ними повисла на мгновение дольше, чем нужно.

Мира закатила глаза, но не стала настаивать. Он упрямый. Пусть сам решает, когда сдастся.

Путь привёл их к возвышенности, где из-под корней проступали старые камни — остатки чьих-то стен, давно проглоченные лесом. Мох укрывал трещины, будто скрывал шепот прошлого.

Никакого укрытия. Но, по крайней мере, здесь можно было развести костёр.

— Руины, — констатировала Мира, скользя взглядом по местности.

— Глазами вижу, — пробормотал Морн, с трудом прислоняясь к одному из камней.

Мира не стала отвечать. Осмотрела землю под ногами — чуть влажная, но твёрдая. На краю разрушенного строения валялись сухие ветки.

Она нагнулась, начала собирать хворост.

— Костёр? — лениво поинтересовался Морн, наблюдая, но не двигаясь с места.

— Если хочешь согреться — да. Если хочешь сдохнуть от холода — нет.

— Ты удивительно добрая.

— Ты удивительно живучий.

Он коротко фыркнул.

Она сложила ветки в небольшой круг, отступила назад и оглянулась на него.

— Раз уж ты всё равно стоишь без дела, не хочешь сделать что-то полезное?

Морн чуть склонил голову, словно оценивая её интонацию.

— Если ты не против магии, — наконец произнёс он, не отводя взгляда.

Его голос прозвучал ровно, но Мира почувствовала в нём что-то… испытующее.

— И это всё, что тебе нужно, чтобы разжечь огонь?

Он хмыкнул, опускаясь рядом.

Она только вздохнула, наблюдая, как он чуть приподнял ладонь, и меж его пальцев скользнула тонкая искра, разгораясь, словно ниточка живого света. Через секунду перед ними уже трепетал небольшой, но уверенный огонь.

Костёр потрескивал, его свет играл на лице Морна, подчеркивая жёсткие линии скул, подбородка. Тени от капюшона скрывали часть лица, но в глазах отражался свет — неярко, но ощутимо.

Он не двигался. Лишь смотрел в пламя, и Мира вдруг поняла, что его молчание не было обычной отстранённостью.