Эссора: Песнь равновесия

Глава 14

В ком спит искра, не рождённая магией,

Тот придёт туда, где звёзды тускнеют.

Сила его проснётся из глубины,

Свет и тень найдут равновесие.

Песнь Эссоры. Стих 2

Храм Аштарель встретил их тишиной, от которой звенело в ушах, но под ней что-то шевелилось — слабое, как дыхание умирающего. Мира шагнула за порог, и каменный пол отозвался гулом, будто сердце старого зверя ещё билось в глубине. Колонны тянулись вверх, белые и потрескавшиеся, между ними дрожал мягкий свет — тёплый, как угли в остывающем костре. Воздух пах пылью и чем-то сладким, почти живым, и она ощутила, как пальцы задрожали, а грудь сдавило лёгким давлением, словно храм дышал вместе с ней. Кулон жёг кожу, и она сжала его, пытаясь унять жар, что пульсировал в такт её сердцу.

— Ну что, подруга, вот оно, твоё место силы! — Лиэсса хлопнула её по плечу, но тут же смягчила тон, заметив напряжение Миры. — Прости, я не о том. Просто… это место вибрирует магией. Оно сильнее всего, что я когда-либо чувствовала.

Она уже бродила вдоль стен, трогая амулеты на цепях и бормоча что-то про древнюю силу. Её растрёпанные волосы с золотыми прядями мелькали в полумраке, как искры.

— Чуешь? Тут всё пропитано, аж кожа гудит.

— Чую, что ты сейчас что-нибудь сломаешь, — буркнула Мира, но уголок губ дрогнул. Она глянула на Морна — тот стоял у входа, скрестив руки, и молча изучал потолок, будто ждал, что пустоши вот-вот проломят его.

Роэн двигался вдоль стен, его тяжёлый взгляд шарил по углам, а рука лежала на рукояти меча. Он выглядел так, будто храм был не святыней, а ловушкой, готовой захлопнуться.

— Осторожнее, Лиэс, — пробасил он. — Если это место живое, оно может огрызнуться.

— Ой, Ро, не ворчи, — она бросила на него взгляд, но без привычного ехидства. — Просто держись рядом.

— Я ещё поживу, если ты не втянешь нас в беду, — парировал он, и в его голосе мелькнула тень ухмылки.

Мира хмыкнула, но её внимание уже тянул центр храма. Там стоял алтарь — простой, из белого камня, с вырезанными символами, что казались знакомыми, хотя она не могла их прочесть. Кулон жёг сильнее, давление в груди росло, и ноги сами понесли её вперёд, как будто кто-то дёрнул за невидимую нить.

— Эй, ты куда? — Морн догнал её в два шага, его золотые глаза скользнули по её лицу, тревожно блеснув. — Мира, остановись. Это не просто камень.

— Туда, — Мира кивнула на алтарь. — Этот зов я уже слышала раньше, но тогда он был слабым, будто издалека. Теперь ясно: он идёт именно от алтаря и тянет сильнее, чем прежде.

Лиэсса подошла ближе, её янтарные глаза блеснули интересом.

— Зов? Это уже серьёзно, — сказала она, понизив голос. — Есть легенда про этот храм: он раскрывает судьбу тому, кто сюда пришёл. Но цена всегда велика.

— Цена? — Мира замедлила шаг, нахмурившись. — Какая ещё цена?

— Кто-то теряет разум, кто-то — жизнь. А кто-то находит то, чего не искал, и потом жалеет. Храм не просто даёт — он забирает.

Роэн фыркнул, но добавил, чуть тише:

— Если это правда, то тебе стоит подумать дважды.

Мира остановилась у алтаря, чувствуя, как все трое смотрят на неё: Лиэсса с интересом, Роэн с насторожённой тревогой, Морн с чем-то тёплым, но напряжённым. Она протянула руку, пальцы дрожали сильнее, и едва коснулась камня, как кулон вспыхнул жаром.

Мир дрогнул, и перед глазами закружились образы: храм, полный света, жрецы в белых одеждах, их голоса пели низко и протяжно, воздух дрожал от магического света, пахло смолой и цветами. Она чувствовала их надежду, их веру, что они держат мир в равновесии. А потом — тьма, чёрная, как смола, хлынула из-под земли, и фигура в тенях — Тёмный Бог, без лица, но с глазами, что жгли душу, излучая холодную, жадную ярость. Жрецы кричали, их страх был липким, как пот, один вонзил кинжал в грудь другого — кровь брызнула на алтарь, и Мира ощутила их отчаяние, их последнюю попытку запечатать тьму. Голос, женский, глубокий, прорезал хаос: "Огонь гаснет, но искра жива. Сердце Пламени спрятано в Пиках Рассвета. Найди его, или тьма возьмёт всё."Свет погас, и Мира отшатнулась, чувствуя, как жар хлынул в неё — не просто тепло, а что-то живое, что проникло в кости, сделав её пальцы на миг прозрачными, как языки пламени.

Она выдохнула, и над ладонью вспыхнуло слабое пламя — маленькое, дрожащее, но настоящее. Оно тут же затрепетало и чуть не погасло.

— Это что… огонь? — Её голос дрогнул от удивления. — Я теперь маг? От одного касания?

— Ну ты даёшь, подруга! — Лиэсса хлопнула в ладоши, но тут же смягчила улыбку. — Это твоя стихия. Но будь осторожна.

Роэн хмыкнул, скрестив руки.

— Если это магия, то мы теперь мишень. Твари пустошей не любят огонь.

Морн напрягся, его глаза сузились, глядя на пламя.

— Тёмные существа его чуют. И не только они, — сказал он жёстко. — Это изменит всё.

Мира сжала кулак, пытаясь удержать пламя, но оно вспыхнуло слишком резко, лизнув воздух, и тут же погасло.

— Чёрт! Оно не слушается… — сорвалось с её губ. Она выругалась про себя, чувствуя, как тепло внутри не слушается, вырываясь рывками.

Храм дрогнул — сильнее, чем раньше. Пол треснул под ногами, свет на колоннах мигнул и погас, а из-под алтаря вырвался последний всплеск тепла, ударивший Мире в грудь. Она пошатнулась, жар в костях вспыхнул снова, и над руками загорелось пламя — ярче, но такое же нестабильное. А потом — тишина, мёртвая и тяжёлая.

— Это что было? — Лиэсса замерла, её лук опустился.

— Храм отдал ей остатки, — Морн шагнул ближе, его голос стал жёстче. — Светлая магия ушла. Теперь тут нет защиты.

— То есть… — Мира сглотнула, глядя на свои ладони, где пламя то вспыхивало, то гасло. — Я забрала его силу?

— Похоже, — Лиэсса кивнула, её азарт сменился тревогой. — И теперь пустоши могут прийти сюда. Поздравляю, подруга, ты сломала щит.