Глава 21
Денис
Я дико устал, но сейчас счастлив от того, что еду на встречу к Алёне.
Когда самолет набирал высоту, а я ощущал трепетное волнение. Я понимал, что наконец-то лечу к ней!
Не все шло по плану. Егору было лучше (со слов врачей)… но чуда не произошло. Конечно, я понимал, что потребуется немало времени, чтобы увидеть первые результаты, но тем не менее их отсутствие огорчало и раздражало.
Изначально я не планировал вообще лететь, так как нам не нужны были дополнительные расходы. Позже я понял, что мое присутствие необходимо - мама не справлялась с Егором. Его настрой был... разным. Иногда он был полон надежд и уверен в успехе, а иногда не хотел жить и говорил, что жалеет, что не разбился насмерть… Его психологическое состояние было похоже на синусоиду, по которой он то скатывайся вниз к отчаянию и безысходности, но поднимался вверх к надежде и вере.
Я пробыл ровно неделю в чужой стране, и на удивление, и мама и брат поддержали меня в моем желании вернуться в Россию. Официальная версия была такой: я решил все финансовые вопросы, дождался перевода Егора с реанимации в общую палату и подготовил все для его дальнейшей реабилитации, поэтому мне нужно возвращаться - меня ждала работа. Мама и Егор оба кивали, пока я озвучивал свои мысли. Наверное, все трое понимали, что ждёт меня там не только работа.
У Алёны начался новый проект, который занимал почти все её время, поэтому мы больше не разговаривали. Пару банальных сообщений и только. Даже о встрече мы договорились в переписке. Я прилетел утром, но возможность встретиться появилась только сейчас, когда на часах уже почти десять вечера.
Я волновался. В школе меня не волновали её титулы и достижения, сейчас все было иначе. Мы оба стали старше, изменились. Я понимал, что между нами огромная пропасть, в том числе финансовая...
Я люблю её. Несмотря ни на что, наверное, буду любить всю жизнь. Сможет ли у нас что-то получиться «второй» раз? Мне бы хотелось ответить «да», но … я реалист. У нас мало шансов снова все не испортить. Но я готов поменять свою спокойную выстроенную жизнь даже на несколько минут с ней. В одной любимой песне моей мамы есть фраза: «я душу дьяволу продам за ночь с тобой». В ней вся суть моего состояния… и мне понадобились годы одиночества, чтобы это понять.
Что мог дать ей я? Мне кажется, что ничего из того, что могут другие мужчины. Меня это съедало изнутри. Но все же, я не смог бы сейчас добровольно отказаться от шанса, который мне предоставился судьбой.
Мне было сложно даже выбрать место для встречи. Алёна сказала, что не хочет, чтобы посторонние люди слышали наш разговор. Я был с ней согласен. Она - звезда. Я думаю, в любом общественном месте её узнают, впрочем, благодаря проекту, могут и меня. Пригласить домой я ее не мог, в отель - тоже. Как оказалось, моя фантазия была скудна, и на этих идеях все закончилось.
Почти отчаявшись, я вспомнил, что недалеко от Красногорска есть элитный гольф-клуб, в котором можно снять домик на двоих в лесу. Этот вариант мне показался максимально удобным с точки зрения требований Алёны к уединению. Я не стал делать «сюрприз», сразу рассказав ей о своих планах. Алёна немного колебалась в решении, но когда я сообщил, что ночевать в доме нам не обязательно, и в любой момент мы можем уехать домой, она согласилась.
Еще днём я поехал туда, чтобы все подготовить для вечернего свидания.
На мой взгляд все получилось банально и просто: букет белых роз, ужин из ресторана и негромкая музыка. Возможно, узнав её снова лучше, я смогу делать более интересные свидания. Алёна отказалась от того, чтобы я ее встретил после работы. Поэтому я скинул ей геолокацию и ждал… с трудом заставил себя не писать и не звонить ей, когда опоздание составило больше получаса.
За окном уже было темно, когда Алёна зашла в дом…
- Прости за опоздание, - вместо приветствия сказала она.
Я выдохнул. Она приехала. Опоздание - это ерунда. Я улыбнулся ей в ответ. В душе разливалось тепло от взгляда на нее.
- Привет, - мой голос звучал хрипло, - проходи, пожалуйста.
Пока Алёна разувалась, я взял букет цветов и подошел к ней. Сердце готово было выпрыгнуть от счастья и волнения. Молча протянул букет, она смущенно его приняла.
- Спасибо, - еле слышно ответила Алёна.
Я любовался ею. Ловил себя на мысли, что каждый раз, когда я смотрю на нее, в моей душе что-то происходит неописуемое. Каждая клеточка тянется к ней, и чем чаще я рядом, тем тяжелее контролировать себя. Мне хотелось все сделать правильно, поэтому я себя сдерживал, тормозил и уговаривал, что торопиться нельзя. До покалывания в кончиках пальцев хотелось её обнять…
Алёна поставила букет обратно в вазу с водой и пошла в ванную. Я разложил ужин по тарелкам, пока она мыла руки. Алёна села за стол, но не смотрела на меня, крутила головой и рассматривала наш скромный деревянный домик.
Есть совсем не хотелось, но я заставил себя проглотить хоть что-то. Алёна тоже больше ковыряла вилкой в тарелке, чем ела.
Пока ужинали, мы беседовали на отвлеченные темы: я расспрашивал о работе и новом проекте, а она о поездке и брате. Оба отвечали односложно, не вдаваясь в подробности.
Мне столько хотелось ей сказать и спросить, но разговор не шел в нужном русле. Она заметно нервничала, впрочем, я тоже. В какой-то момент настала неловкая пауза… Мы смотрели друг другу в глаза и молчали. Я так ждал этой встречи и теперь... волнуюсь как мальчишка? Я разозлился на себя. Надо было что-то менять.
На фоне еле слышно играла медленная музыка. Я решил, что нам нужно сделать шаг навстречу друг другу. Я встал и подошел к Алёнушке, протянув руку.
- Потанцуй со мной? - попросил я.
Алёна явно не ожидала такого предложения, но согласилась, вложив свои тонкие пальцы в мою ладонь.
Отредактировано: 07.02.2025