Эстер. Сбежавшая невеста

Глава 2

Я на мгновение прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться на собственной силе. Для того чтобы зарядить артефакт, нужно было хорошенько сконцентрироваться, а в моей ситуации вряд ли это было возможно. Приходилось то и дело проверять, чтобы никто не решил вдруг поторопить невесту к алтарю.

О свойствах неприметного белого камня в серебряной простенькой оправе я узнала совершенно случайно, когда мне было десять. Моя мать, крайне озабоченная откровенно не девичьим нравом единственной дочери, тогда рьяно принялась переодевать меня к очередному выходу к одной из ее многочисленных подруг.

В ход пошло все: слезы, притворство, угрозы. В итоге меня все-таки облачили в ненавистное розовое платье с рюшами, а для полноты образа мне было приказано подобрать себе надлежащее украшение. Неброское, соответствующее возрасту и случаю.

Почему эта задача была доверена мне, я не поняла до сих пор. Но тогда, чтобы насолить матери, я выбрала самое неброское из всего, что хранилось в ее шкатулке. Вот только стоило мне надеть кулон с камнем на шею, тотчас что-то изменилось. Сначала я не поняла, что именно, но, когда в комнате появилась мать, схватившаяся за голову и закричавшая, что какой-то мальчишка влез в ее покои и нацепил мое платье, догадалась, что камушек не так прост.

Тогда все подумали, что я договорилась с соседским мальчишкой и сбежала, оставив его вместо себя. Но правда была в том, что я захотела спрятаться так, чтобы никто не догадался, где я. И амулет исполнил мое желание. Сейчас я собиралась снова прибегнуть к его чарам.

В сумке, принесенной Норой, кроме всего прочего, была подходящая мужская одежда и обувь. С той самой минуты, как я произнесла свое желание и отдала частичку силы амулету, для всех окружающих Эстер перестала существовать. Вместо нее, если верить документам, появился Брендон Пирсен.

На самом деле так звали тяжелобольного сына Норы, но вряд ли кого-то будет интересовать сын прислуги. Да и искать будут Эстер Лерой. А зеркало вместо привычного облика отразило щеголеватого молодого мужчину с обворожительной улыбкой. Золотистые волосы завивались легкими волнами, синие глаза сияли. Кажется, мне придется отбиваться от поклонниц: слишком привлекательным получился образ. Но сейчас было не до избирательности, нужно было спешить.

Я шустро натянула простую льняную бежевую рубаху и коричневые брюки, впрыгнула в высокие сапоги, прекрасно подходящие для работы в саду и длительных пеших прогулок. Сумка была повешена на плечо. Потом я торопливо обняла Нору и, стараясь казаться спокойной, пошла к выходу.

Церковь, в которой, к счастью, не состоялось мое венчание, могла похвастаться целым лабиринтом коридоров, где запросто мог бы заплутать любой прихожанин. Но я была не любым прихожанином, а той, кто тщательно планировал побег. Так что ориентировалась я хорошо. И даже выглядела так, как будто ничего особенного в моей жизни не происходит. До тех самых пор, пока навстречу мне не попался Дэвид.

Несостоявшийся жених выглядел ослепительно. Высокий, широкоплечий, как всегда одетый по последней столичной моде. И все такой же надменный и властный. При виде меня он прищурился, внимательно посмотрел на меня, и я тотчас изобразила подходящий случаю поклон. Дэвид удовлетворенно кивнул и прошел мимо, не узнав во мне свою невесту.

А я прижалась к стене, стараясь унять бешеное биение сердца. Я знала, что артефакт работает, ни капли не сомневалась, но как же страшно было столкнуться с ненавистным мужчиной лицом к лицу! К счастью, ему я сейчас виделась случайно зашедшим в храм Божий прихожанином. Он даже не удостоил меня ни единым словом!

В этом был весь Дэвид. Милый и очаровательный с теми, кто был для него ценен по каким-то причинам, и строгий, требовательный со всеми остальными. Вряд ли мое положение в его доме отличалось бы от положения слуг.

Всякий раз при виде меня он лишь сухо кивал, целовал мое запястье, как того требует этикет, и удалялся для важной беседы с моим отцом. Стоило ли говорить, что со мной он и парой слов перекинуться не мог. Лишь раз нас зачем-то оставили вдвоем. Молчать было глупо, поэтому я решила завести простенькую светскую беседу, чтобы скоротать время.

– Вам приходилось бывать на побережье? Говорят, что воздух там особый, свежий, соленый и…

– Воздух везде одинаков, Эстер, – отрезал Дэвид. – Те, кто проводит много времени за созерцанием и философией, никогда не достигнут успеха. Именно поэтому ваш отец так отчаянно пытается продать то единственное, что у него осталось ценного, – вас.

– Как вы можете так говорить?! – вскипела я. – Я ведь живой человек, как можно…

– Эстер, вы не хуже меня понимаете, что я прав. Скажу честно, договор меня вполне устраивает. Вы привлекательны, молоды, у вас хороший магический потенциал. Было бы чудесно, если бы вы были чуть более сдержаны, но чего нет, того нет.

– А как быть с тем, что вы мне не нравитесь? – ехидно уточнила я.

– Боюсь, это не имеет никакого значения. – Дэвид равнодушно пожал плечами, а я с трудом удержалась от того, чтобы запустить в него диванной подушечкой. – Вам не обязательно меня любить. Достаточно соблюдать условия договора. Возможно, со временем мы даже сможем найти общий язык. Но это вряд ли.

И тут я впервые была с ним согласна. Потому что найти общий язык с тем, для кого я лишь предмет договора, я бы ни за что не смогла. И воздух совсем не везде одинаковый.