Этель и Волшебное зеркало

Глава 2. Карманное зеркальце

Взгляд Мариэтт скользнул по прихожей — там стояло старинное зеркало, усыпанное изящными камнями и разноцветными витыми узорами. В отражении — детский потрепанный стульчик со сломанной ножкой, видимо оставшийся от прошлых владельцев.

— Этель, взгляни на прихожую. Какая большая! Одно зеркало чего стоит! Высоченное — метра два точно! А гостиная? Камин! Ну как тебе?

— Уж точно лучше, чем в прошлом доме. — кивнула девочка.

Мать оглядела просторную комнату — кухня плавно перетекала в уютную гостиную, а окна, расписанные деревянной лепниной, были окутаны густыми багровыми шторами. В центре зала — дубовый обеденный стол с белыми кружевными салфеточками. Позади — прикрытый чехлом коричневый диван, чьи вычурные ножки с авторской резьбой явно намекали на приличную стоимость изделия.

— Миленько! Но кое-что все-таки придется выкинуть. Бог знает, сколько тут пролежали эти подушки... Да и ковер пыльный. А вот кожаный диван можно оставить. Что думаешь?

— Не знаю.. Мне нравятся подушки, смотрятся уютно.. Может позже обсудим? Хочу осмотреть спальню до того, как привезут Бинго.

— Только не забудь разобрать вещи! — вслед убегающей дочери, крикнула Мариэтт.

Этель вскинула на себя рюкзак, валяющийся у лестницы, и побежала наверх. Задев рукой блеклые, потертые от времени стены, ей на миг показалось, что они — точно художественные штрихи, прячут в себе страшную историю прошлых владельцев дома. Отгоняя от себя мрачные мысли, девочка проскользнула на второй этаж. Три темно-зеленые двери. Та, что открыта ведет в спальню матери. Осталось выяснять, какая из двух её. Подойдя к самой дальней комнате, она потянула за ручку — та не поддалась.

— Кажется замок нужно смазать, — прошептала Этель. Она надавила сильнее. Наконец, дверь открылась. Только девочка вошла, вся пыль с книжных полок мгновенно поднялась в воздух.

«Ого.. Сколько тут книг. И все по философии. Видимо тут жил какой-то профессор...Надо спросить у мамы, может где-то рядом школа?» — подумала Этель. Хотя Мариэтт и выступала за очное образование, ее дочь все же обучалась дома.

Девочка проводила пальцами по корешкам книг, расположенных на верхней полке шкафа с расписными дубовыми арками, пока не наткнулась на что-то странное — словно рамку для фотографий. Притянув ее к себе, она вскрикнула:

— Это же карманное зеркало! — осмотрев находку, Этель заметила длинную бронзовую ручку причудливой формы, как у подсвечника, и черные от старости пятна на стекле.

— Ай! Что это?.. — отпрянув, вскрикнула она.

Холодная поверхность зеркала словно оживала от прикосновений ее пальцев. Это было похоже на удар током — только приятный. Девочка вновь коснулась изящных узоров, обволакивающих зеркальную раму — стекло начало пульсировать. Медленно переливаясь небесно-голубым светом, точно звезды на зимнем небе, оно отвечало на ее робкие поглаживания.

***

«Кажется оно чувствует меня... И хочет выбраться наружу...» — подумала Этель. «Ерунда. Я либо схожу с ума, либо в зеркале что-то есть. Может его разбить?» — поток ее мыслей прервал резкий глухой звук:

— Тук-тук! Можно к тебе?

Этель аккуратно положила зеркало на кровать и подняла голову. У двери стояла тётя Энни. Ее остроносые зеленые туфли наивно выглядывали из-под платья в красный горошек. В руках она держала Бинго.

— Би-и-и-и-и-и-и-и-нго! Тётя Энни, спасибо, что привезли его!

В воздухе пронеся легкий смешок:

— Хих! Куда же я денусь? Мариэтт терпеть не может посторонние запахи в машине! Повернутая на чистоте сестрица! Хах! Не понимаю, как она вообще разрешила завести тебе кота?! Небось каждую минуту ходит по дому с тряпочкой натирая все до блеска!

Этель часто видела Ханну — так тётю Энни называла ее сестра, Мариэтт. Когда семья Лаунов жила в родном доме, Ханна то и дело приезжала к ним в свободное от работы время. Всю свою жизнь она нелестно отзывалась о сестрице, трепля ей нервы. Однако, после ее визита Мариэтт почему-то расплывалась в улыбке.. «Видимо маме очень одиноко» — думала Этель.

— Как ты? Уже освоилась в новой комнате? — спросила Ханна.

— Пока нет.. Но думаю освоюсь. Главное, чтобы Бинго понравилось.

— М-р-р-рр! — рыжий кот словно дал свое согласие. Свернувшись в клубочек, он лежал на коленях у хозяйки.

— О-о-о-о! А это что за преле-е-е-естная вещ-и-и-ца?! — противно протянула сестрица Мариэтт.

Этель взглянула на зеркало, лежащее на верхней полке книжного шкафа. «Оно же было на кровати. Нет, я точно помню, как положила его на кровать..» — пронеслось эхом в ее голове..

Девочка задумалась, не зная, что ответить тёте. Она вспомнила, как смеясь, мама сравнивала сестру с жадной старушкой — из детской сказки. Мариэтт часто рассказывала дочери всевозможные выдуманные истории, однако, не всегда в них был какой-то толк...

— Да какая-то безделушка.. Не стоит и цента! — наконец пробормотала Этель.

Ханна подошла поближе к зеркальцу и, выпучив глаза, взвизгнула:

— Боже! Клянусь! Я видела точно такое же зеркало месяц назад! Пожилая тётка принесла его ко мне в лавку, мол: «ценный подарок от ее покойного сына». Тьфу! Предложила ей 40 баксов — она и согласилась. А куда деваться?! Старая, дряхлая — из родственников, небось, только пара кошек! А деньги то нужны.

Бинго спрыгнул с коленей девочки и забился в дальний угол кровати. «Ну как же называлась та лавка.. Вроде на углу Северной улицы, рядом с игрушечным магазином! А может и хорошо, что мы переехали...Так вспомнишь — нет хуже места, чем Квинссес...» — подумала Этель.

В прошлом году Ханна вместе с ее мужем Доули Рекстерном, открыли в этом городе лавку антиквариата — «Колесо времени». Именно там продавались все собранные ими предметы: от фарфоровых статуэток древних богов до кинжалов украшенных неведомыми рунами и, конечно же, старинных зеркал.

— Так на следующий день... — продолжила тётя. — Прибежал один джентельмен! Весь такой из себя, в дорогом синем плаще... Долларов за шестисот... На нем еще была та шляпа, ну про-о-о-о-сто отврат-и-и-и-тельного желтого цвета! Говорит, зеркало ему приглянулось. Предложил аж четыреста долларов! Я давай бежать к витрине за зеркалом. Тьфу! Четыреста долларов за никчемную безделушку! А его и нет. Пропало. Минут десять назад было за стеклом, сама видела..! А тут на тебе — нет зеркала!