Этьенн и не его тень

1

Все начинается с портновской булавки.

Изловчившись, она вонзается глубоко под кожу мастерице, когда та подшивает кружево на четвертой нижней юбке.

Вскрикнув, мастерица отдергивает руку и сует палец в рот. Глаза ее наливаются слезами.

Ханна вздрагивает и чуть не падает с табурета, на котором неподвижно стоит уже больше часа, ожидая, когда портнихи закончат подгонку.

Ее первое в жизни бальное платье должно было быть готово еще вчера.

И приехать в столицу они тоже должны были еще вчера.

Но на последнем перегоне у наемной кареты неожиданно сломалась ось.

Катастрофа. Задержка. Паника.

Пока из ближайшего селения пригоняли чей-то обшарпанный экипаж, пока перетаскивали в него сундуки и пересаживали Ханну с родителями и маменькиной личной горничной Беттиной, наступила ночь.

Провести ее пришлось в пригородной гостинице.

По местным меркам она неплоха, и семейству Флорес отвели лучшие комнаты, однако Ханна так и не смогла заснуть: ей все время казалось, что в постели злющие деревенские клопы, а за окном – целая толпа ужасных разбойников.

Нет, конечно же, карету сопровождали присланные из дворца конные стражники, целых шесть человек, хмурых и вооруженных до самых зубов.

Однако бедная маменька, которая прятала под своими накидками и юбками фамильные драгоценности, так активно боялась нападения по дороге, что совершенно извелась от беспокойства.

А заодно извела и мужа с дочерью.

В общем, вместо вчерашнего вечера Ханна торчит на примерочном табурете сегодняшним утром. Да еще и после бессонной ночи.

Но какое все-таки счастье, что владельцев приграничных вотчин селят прямо во дворце, в гостевом его крыле!

Прослышав о дорожных злоключениях фюрста Флореса, добрая королева Мерчике присылает в его комнаты своих куаферов и портних. Невероятное везение!

Маменька позволяет отцу отмыться и переодеться и быстренько выпроваживает его за порог: дамам нужно готовиться к выходу в свет, а дражайший супруг тем временем может присоединиться к друзьям и недругам в малом зале, где гостей развлекают камерной музыкой, легкими напитками и последними сплетнями.

Послав Ханне извиняющийся взгляд, папа исчезает за высокими дверями с золочеными ручками. А Ханна остается страдать.

Безостановочно греются медные ванны на звериных лапах, с треском распахиваются дорожные сундуки, с жаром обсуждаются прически и порядок смены нарядов.

Бал начнется ближе к вечеру, но все фюрсты вместе с семьями приглашены еще и на королевский обед.

Нет времени отсыпаться, и не смеющая пошевелить растопыренными руками Ханна украдкой глотает зевки.

За две недели, которые ей пришлось провести в дороге от Каса дас Флорес до столицы, она, оказывается, похудела, и каждое платье теперь приходится ушивать по швам.

Разморенная горячей водой и мыльной пеной с запахом лимона и розмарина Ханна только что едва не заснула в ванне.

В жарком воздухе умывальни голоса звучали без привычной резкости – словно размякали в ленивых клубах душистого пара.

Блаженствуя в соседней ванне, маменька ни на секунду не прерывала наставлений. Но не сказала ничего такого, чего бы Ханна уже миллион раз не слышала.

Несколько лет послевоенного неурожая подкосили их земли достаточно сильно, и, пока никто не прознал о нынешней ситуации семейства Флорес, Ханна должна успеть хотя бы обручиться.

Разве же не для этого королевская чета Изониса устраивает ежегодные балы?

Показать товар лицом и прочими частями тела, закружить множество голов и выбрать ту, что поможет выбраться из неприятностей, устранить временные трудности.

А неприятностей и трудностей у Иоганна Флореса накопилось полным-полно.

Хоть и прокатилась последняя война не по его вотчине, а затронула всех. Бичами хлестанула по хребту, удавками захлестнула горло.

Не пахал народ, не сеял – воевать ходил.

А как не ходить? Ширятся королевства южные, к северу ползут, обгрызают соседей, кусками откусывают.

Не придешь на помощь, не поддержишь до прихода королевских войск – и тебя спасать не станут, бросят.

А король вотчинникам помогать не спешит. Слишком вольными их считает, чересчур нахальными.

Позабыл, видать, как их прадеды трон делили и на каких условиях его отдали, сами по границам сев.

Но то – дела прошлые, а сейчас фюрсту Флоресу необходимо удачно выдать замуж единственную дочь. Очень кстати и возраст подоспел.

Ради этой цели они, заложив часть фамильных драгоценностей, четырнадцать дней тащились в карете по чужим дорогам.

Ради этой цели нашили всей семье новую одежду, разузнав, что смогли, о последней дворцовой моде.

Дочь-дебютантка, которую приходится вывозить в столицу, за тридевять земель, – это всегда непомерные расходы.

И теперь только она сможет их возместить. Если повезет – стократ.