Этьенн и не его тень

43

Ханна надевает браслеты.

Вторую пару, с черным жемчугом, она получает от Тира на первую годовщину брака.

В этот раз ее родители тоже не присутствуют на празднике.

Король Кади, новый правитель Изониса, объявляет дополнительный трехлетний траур по своему почившему отцу.

Это влечет за собой замену всех торжеств в королевстве поминальными обрядами и автоматическое продление запрета любых путешествий в другие государства.

Гостей со стороны молоденькой жены Тира представляет близкий друг семьи, услужливый Виль Гилани.

Поговаривают, когда-то он и сам не прочь был жениться на Ханне Флорес, однако благородно уступил ее своему другу Тиру...

Но мало ли что болтают.

Весь первый год своей жизни в Назаране Ханна чувствует себя полуслепым котенком, волею случая оторванным от матери и попавшим в абсолютно незнакомое место.

Котенок тычется туда-сюда, пытается встать на разъезжающиеся лапки, но чьи-то жесткие пальцы то и дело хватают его за загривок, тянут в сторону, задают направление, что-то втолковывают, убежденно и громко.

Иногда котенок попадает в знакомые руки, успокаивается в привычных объятиях, пытаясь забыться, уверяя себя, что теперь это навсегда.

Но руки разжимаются, объятия слабеют, и вокруг снова смыкается что-то чужое, пугающее, громкое.

Однако Ханна – дочь приграничного фюрста и умеет держаться. Даже если для этого требуются все ее силы.

Сразу по прибытии в Назаран она заявляет, что будет выходить замуж в платье, которое привезла с собой. Иначе свадьбы просто не будет!

– Ах, милый, – вздыхает леди Лусиана, мать Тира и будущая свекровь Ханны, – знай мы, что твоя невеста такая упрямая, непременно приехали бы познакомиться еще до вашей помолвки. И обо всем бы прекрасно договорились.

У нее такие же, как у Тира, серые глаза, но Ханна не находит в них ни искренности, ни участия, ни тепла.

Они похожи на грязный лед, какой бывает в королевствах Севера. Ханна видела его на картинках в папиных книгах и очень живо представляет себе, насколько он неприятен и холоден.

Впрочем, леди Лусиана чуть ли не ежедневно задаривает Ханну мелкими подарками и в целом держится дружелюбно.

Тир не живет с отцом и матерью и после свадьбы собирается привести молодую жену в новый дом, только что купленный им неподалеку от столицы. Старый выставлен на продажу со всем его содержимым, включая личные вещи хозяев.

– Но почему? – удивляется Ханна.

– Я хочу начать совсем новую жизнь, – признается Тир. – Перевез туда библиотеку, а остальное – пускай уйдет. Ничто не должно напоминать о прошлом. Все будет хорошо, вот увидишь.

Но Ханна в этом все же не уверена.

После громкой многодневной свадьбы – с присутствием правящих особ и несметной толпы их родственников – она, подавленная неприездом родителей и растерявшаяся от обилия новых лиц, традиций и правил, готова бежать из Назарана первой же почтовой каретой.

Бросить и новоиспеченного мужа, и привезенную с собой горничную, навязанную маменькой.

Да-да, теперь у Ханны снова есть личная горничная – ведь, по счастью, Тир может позволить себе гораздо больше, чем ее родители в нынешнем своем положении.

Кстати, здесь, в Назаране, личные горничные называются камеристками, а к Ханне не будут обращаться «мунни Лаго» до тех пор, пока жива леди Лусиана.

Камеристку Ханны зовут Беттина-младшая, и это вовсе не случайность.

Маменькина горничная Беттина откопала откуда-то свою очень-очень многоюродную внучатую племянницу, носящую то же имя.

Когда-то давно ей довелось провести несколько лет в Назаране, в услужении нянькой у какой-то знатного семейства.

К удивлению Ханны, эта новая Беттина оказывается неглупой, довольно расторопной и даже обученной грамоте. Но самое главное – она неплохо разбирается в местных обычаях.

Должно быть, поэтому Ханна и вправду готова в случае своего побега оставить ее в Назаране: такая девушка, как Беттина-младшая, нигде не пропадет.

А Тир...

Ну Тир рано или поздно приехал бы за Ханной в Изонис, и она уговорила бы его остаться жить в Каса дас Флорес!

В конце концов, у папы тоже есть большая библиотека с кучей книг по южной магии.

Возможно, так бы оно и случилось, однако леди Лусиана, видимо, почуяв настроение Ханны, с самого начала приставляет к ней еще пару прислужниц – под предлогом подготовки к свадьбе и приезду родителей.

А дальше – свадьба проходит, родители не приезжают, а сестры Риз и Нарциса предсказуемо так и остаются при Ханне.

Поглядывают, приглядывают, шпионят, доносят. Беттина жалуется, что они не стесняются даже перерывать их с Ханной вещи.

– Неважно, – отмахивается Ханна. – Не подавай виду, нам все равно нечего скрывать. Мы скоро переедем в новый дом и от них избавимся.

Скрывать Ханне и в самом деле нечего.

Кроме разве что постепенно копящегося разочарования.