Этериум: Академия Кристальных Лесов

Глава 24 Перед тем как наступит конец

Ночь перед решающей битвой была слишком тихой.
Лагерь спал вполглаза. Магия не гасла — она тлела, как угли под пеплом. Костры горели ровно, без искр, словно мир боялся потревожить сам себя.
Я не могла уснуть.
Сидела на краю обрыва, откуда открывался вид на Долину Расколотых Башен — место, где Совет воздвиг свою последнюю крепость. Там сходились все якоря, вся их власть, весь страх, на котором держался старый порядок.
— Ты снова убежала от сна, — раздался знакомый голос.
Дариус подошёл тихо и сел рядом. На этот раз не сразу прикоснулся — просто был рядом.
— А ты снова нашёл меня, — ответила я с усталой улыбкой.
— Я всегда тебя нахожу.
Мы молчали. Внизу клубился туман, подсвеченный далёкими вспышками магии. Завтра здесь будет бой, после которого мир либо изменится… либо сломается.
— Ты боишься? — спросил он наконец.
Я не стала притворяться.
— Да, — сказала честно. — Не смерти.
Я боюсь… не вернуться собой.
Он повернулся ко мне.
— Ты уже не та, что пришла из другого мира, — сказал он тихо. — Но ты — всё ещё Элис.
И что бы ни случилось…
— он взял мою руку. —
…я буду помнить тебя именно такой.
Я посмотрела на него.
— А если я стану чем-то большим? Чем-то… другим?
— Тогда, — он улыбнулся едва заметно, — я полюблю тебя и такой.
Слова ударили сильнее любого заклинания.
Я наклонилась и прижалась лбом к его плечу. Магия между нами отозвалась мягким светом — спокойным, тёплым, почти домашним.
— Если мы выживем, — прошептала я, — я хочу обычных вещей.
Тишины. Дома. Утреннего света.
И чтобы никто больше не называл меня Связующей.
— Тогда, — ответил он, — я буду звать тебя по имени.
Каждый день.
Рассвет пришёл без предупреждения.
Сигнальные кристаллы вспыхнули один за другим. Лагерь ожил мгновенно. Не было паники — только сосредоточенность.
— Пора, — сказал Серафин.
Мы выдвинулись.
Долина Расколотых Башен встретила нас гулом подавляющей магии. Крепость Совета висела над землёй, удерживаемая якорями — огромными, пульсирующими структурами, впившимися в саму ткань мира.
— Если разрушить центральный якорь, — сказала Лиара, — остальные падут.
— А центральный привязан к тебе, — добавил Микаэль. — Напрямую.
Я кивнула.
— Значит, я пойду первой.
— Нет, — Дариус шагнул вперёд. — Мы пойдём вместе.
Я не стала спорить.
Битва вспыхнула, как взрыв.
Совет бросил всё, что у него было: охотников, стражей, искажённых магов. Небо трескалось, земля взрывалась, воздух был насыщен криками и заклинаниями.
Я шла вперёд, удерживая связь между отрядами. Каждый шаг отдавался болью. Якоря тянули меня, звали, пытались подчинить.
Ты создана для этого, — шептал мир.
Отпусти имя. Отпусти тело.
Я почти остановилась.
И тогда Дариус оказался рядом. Его ладонь легла мне на спину — твёрдо, уверенно.
— Не слушай их, — сказал он. — Слушай меня.
Я вдохнула.
Центральный якорь был близко. Его свет резал глаза, магия давила так, что трудно было стоять.
— Если я подключусь полностью… — начала я.
— Я знаю, — перебил он. — И я здесь.
Я коснулась якоря.
Боль была абсолютной.
Я чувствовала, как меня разбирают на части: прошлую жизнь, воспоминания, страхи, любовь. Всё тянуло в поток, требуя отказаться от себя.
Я кричала.
Мир рушился.
И в этом хаосе я увидела его.
Дариус стоял, удерживая меня за руку, даже когда магия рвала его изнутри.
— Элис! — кричал он. — Вернись!
Ты — не функция!
Ты — моя!
Я зацепилась за эти слова, как за последний якорь.
— Я… выбираю… — выдохнула я.
Я не стала богиней.
Я осталась живой.
Дар вспыхнул истинной формой — не разрушением, а освобождением. Якорь треснул. Потом — взорвался.
Башни начали падать.
Совет закричал.
Я потеряла сознание, падая в его руки.
Последнее, что я почувствовала — как он прижимает меня к себе, повторяя моё имя снова и снова.