Этерия. Шрамы Мира

Глава 7: Записи Велантиса

Убежище Хранителя Знаний стало для Кайруса временным пристанищем. Дни текли незаметно, наполненные изучением древних с старый Хранитель углубились в изучение записей Велантиса. Это был не просто сбор информации, а погружение в разум гения, поглощенного безумием. Записи были хаотичны, написаны смесьвитков, беседами с Эброном и попытками осмыслить свое место в этой новой, ужасающей картине мира. Он впитывал знания, как губка, его нечеловеческий разум обрабатыю древних рун, алхимических символов, математических формул, которые казались неправильными даже в контексте этого мира, и личных, лихорадочных заметок, полных отчаяния и тривал информацию с удивительной скоростью, выстраивая логические связи, которые ускользнули бы от обычного человека.

Главным источником его новых открытий стали записи Велантиса. Они были написаны на смеси древнихумфа.

Эброн обладал ключами к древним языкам и символам, знаниями о магических традициях, но даже для него записи Велантиса были головоломкой. "Он вырвался за языков, магических символов и личных шифров мага. Большая часть была нечитаемой для Эброна без помощи Кайруса. Именно здесь проявилась уникальная связь Осколка со своим "создателем".

Когда Кайрус сосредоточивался на записях Велантиса, прикосновение к пергаменту вызывало усиленное эхо. Это были не просто обрывки образов и ощущений, а словно **о пределы нашего понимания", – бормотал старик, склонившись над свитком, его палец дрожал. "Он пытался формализовать принципы... которые не должны иметь формы".

Роль Кайруса в этом процессе оказалась решающей. Его уникальная связь с Велантисом и Небытием позволяла ему резонировать с энергией, которой были пропитаны записи. Прикосновение к пергаменту или даже просто нахождение рядомстатки мыслей самого Велантиса – его лихорадочная решимость, его гениальность, извращенная безумием, его восторг от близости к запретной силе, его страх и... предвкушение**.

Работая над шифром, Кайрус и Эброн сидели за столом, освещенным мягким светом Древнего Инструмента. Эброн расшифровывал известные ему симво с ним вызывало у него поток "эхо" – нечеткие, смешанные ощущения и образы из разума Велантиса. Это было как слушать обрывки мыслей, чувствовать его эмоции – его одержимость, его страх, его высокомерие, его окончательный, всепоглощающий ужас.

"Эхо" становилось все более конкретным: **Видения Велантиса, работалы и языки, а Кайрус "слушал" эхо, исходящие от записей, пытаясь уловить намерение мага, стоявшее за шифром.

"Он был одержим 'точкой разрыва'", – бормотал Эброн, разбирая один из фрагментов, в то время как Кайрус чувствовал эхо: образ натянутой нити, готовой порваться, ощущение огромного давления, сосредоточенного в одной точке. "Считал, что Барьер не монолитен. Что есть узлы, где он слабее. Точки, где Ткань Реальности... тоньше".

Кайрус почувствовал резющего ночи напролет, его глаза, горящие безумным огнем. Ощущение бессонных ночей, наполненных лихорадочными расчетами. Звук странных устройств, гудящих в его лаборатории. Вид существ Искажения, которых он, возможно, изучал или использовал. И, постоянно на фоне, ощущение тяги – к Пустоте, к принципу небытия, котороекое эхо – нечто острое, словно лезвие, пронзающее что-то плотное. И – ощущение целенаправленного воздействия. Инструмента?

"Он искал способы... фокусировать энергию", – продолжил Эброн, записывая расшифрованные слова. "Не просто мощь. А точность. Чтобы пронзить Ткань. Древние Инструменты... они, возможно, и были он пытался понять и привлечь**.

Кайрус учился фокусировать эти "эхо". Это требовало концентрации и вызывало внутреннее напряжение, но позволяло ему "подсвечивать" определенные участки текста, чувствовать, какие символы связаны с какими идеями, улавливать связь между разрозненными фрагментами. Эброн использовал эту способность Кайруса как инструмент – направлял его внимание на определенные разде тем, что ему нужно".

Они нашли описания различных Древних Инструментов, с которыми экспериментировал Велантис: нечто, названное "Игла Реальности" (возможно, прототип Клинка Света или Ручного Солнца), "Якорь Сущности" (возможно, то, что он пытался использовать для сковывания Небытия), и "Зеркало Вечности" (возможно, инструмент, способный манилы, просил описать ощущения, связанные с конкретными символами или схемами.

Они расшифровывали часть за частью. Записи подтверждали, что Велантис не просто изучал Небытие, он видел в нем ключ к истинной власти. Он считал, что Барьер – это лишь временная мера, которая лишь продлевает агонию мира. Что единственный способ "спасти" реальность – это *контропулировать временем или воспоминаниями).

Использование этих инструментов, согласно записям, требовало не маны, а... "согласования". Велантис писал о необходимости "настроить" инструмент на определенный "принцип" Ткани Реальности, или даже... на сущность. Эхо, связанное с этим словом, было тревожным – чувство привязки, зависимости, потери части себя.

Кайлировать* принцип, который стремится ее уничтожить.

"Он хотел не остановить Распад, а направить его", – объяснил Эброн, переводя одну из наиболее связных заметок. "Ирус почувствовал сильное эхо – образ себя, втянутого куда-то силой, ощущение потери контроля, а затем – разрыв. Это было эхо момента, когда он вырвался из ритуала.

"Онспользовать его как силу для очищения. Считал, что может сбросить Искажение и слабость мира обратно в Пустоту через созданный им канал. Канал, который будет контролироваться им".

"И я... я был этим каналом?" – спросил Кайрус.

"Не совсем", – Эброн поправил его. "Ты был... инструментом для создания канала. Он хотел выдернуть чи пытался 'согласовать' Якорь Сущности с принципом небытия", – заключил Эброн, глядя на схему. "Или, возможно, даже с тобой... когда ты был еще там. В Пустоте. Аномалия... ты мог быть не просто принципом. Возможно, ты был... сгустком этого принципа. Своего рода... сознание Пустоты? Которое не желастый принцип небытия, использовать Древние Инструменты, чтобы сковать его, а затем направить. Ты был его... 'проводником'. Но принцип сопротивлялся. Ритуал вышел из-под контроля. Кало быть потревоженным".