Этерия. Шрамы Мира

Глава 20: Зов Бездны

Путь обратно через Морозный Клык был не менее опасным, чем путь на север. Инквизиторы активно прочесывали территорию, их эхо ощущалось повсюду – холодное, фанатичное, ищущее. Кайрус и Эброн двигались осторожно, используя знания Эброна о скрытых маршрутах и способность Кайруса чувствовать приближение врагов.

Они избегали прямых столкновений, но несколько раз им приходилось использовать способности Кайруса – замирание времени на короткие моменты, чтобы пройти незамеченными, или локальное усиление Холода, чтобы сбить преследователей со следа. Каждое такое использование истощало Кайруса, но позволяло им двигаться вперед. Камень Воли в его руке оставался холодным и спокойным, его эхо было тихим, но поддерживающим.

По мере продвижения на юг, Морозный Клык постепенно отступал. Холод становился менее пронизывающим, ледяные поля сменялись каменистой тундрой, а затем – искаженными лесами и болотами. Эхо принципа замирания ослабевало, сменяясь хаотическим эхо Искажения и усталости Расколотого Сердца.

Граница между Морозным Клыком и Расколотым Сердцем оставалась опасной. Здесь сталкивались не только ландшафты, но и влияния. Эхо Инквизиции сменялось эхо Племен, Гильдий, бродяг. Мир снова становился многоголосым, но эта многоголосность не несла в себе гармонии, только шум конфликтов.

Эброн вел их через эти земли, избегая крупных трактов и поселений. Они прошли через территории, где недавно были сражения – следы костров, брошенное оружие, тела, искаженные не только Искажением, но и насилием. Кайрус видел в этом подтверждение слов Каэля – мир слишком болен, борьба бессмысленна.

Их целью было побережье Архипелага Теней. Путь был долгим. Припасы заканчивались. Кайрус чувствовал, как его человеческое тело изнашивается. Постоянное использование способностей, стресс, холод – все это сказывалось. Его природа Осколка позволяла ему выживать там, где обычный человек погиб бы, но она не делала его неуязвимым. Наоборот, любое глубокое взаимодействие с принципами бытия или небытия, любое использование его силы, требовало платы.

Эброн тоже был на пределе. Старик двигался с трудом, но его воля оставалась несломленной. Он был Хранителем Знаний, и эти знания, казалось, поддерживали его.

Наконец, они достигли побережья. Серые, неспокойные воды Архипелага Теней простирались до горизонта, скрытого в туманах. Воздух был влажным, пропитанным запахом соли и гнили. Эхо моря, эхо бездны, вернулось – влажное, темное, давящее, наполненное голодом к погружению.

"Архипелаг...", – прошептал Эброн, глядя на море. – "Глубины... там может быть Щит Вечности. В руинах. Или... в чем-то живом".

Кайрус держал Камень Воли, фокусируясь на эхо Щита Вечности. Эхо откликнулось – оно было не статичным, как эхо Камня Воли, и не хаотичным, как эхо Кристалла Раскола. Оно было... текучим. Изменчивым. И находилось глубоко. Под водой.

Эхо Камня Воли также содержало намек на местоположение Щита. Не географическое, а... принципиальное. Место, где "граница между бытием и небытием тонка, и форма зыбка". Это описание идеально подходило для глубин Архипелага, где Искажение было сильным, а реальность – нестабильной.

Они нашли остатки другого, более крупного порта, чем тот, где они брали лодку в прошлый раз. Он был разрушен, но некоторые корабли, видимо, были брошены, а не уничтожены. Среди них они нашли старую, но крепкую лодку – не рыбацкую, а, возможно, небольшое торговое судно, которое могло выдержать путешествие по неспокойному морю.

Ремонт и подготовка лодки заняли время. Они работали быстро, зная, что Инквизиция и, возможно, Малакай (если новости о них достигли его) могут искать их на побережье.

Эброн проверил лодку с особой тщательностью. "Море... оно опасно, Аномалия", – предупредил он. – "Не только штормы. Существа из глубин. Их привлекает энергия. Твоя природа... она может быть для них маяком".

Кайрус знал это. Эхо бездны тянулось к нему, словно невидимые щупальца. Его природа Осколка резонировала с голодом Пустоты, но морское небытие, небытие глубин, было иным – оно было более... осязаемым. Более хищным.

Они отчалили под покровом ночи. Море встретило их волнами. Туманы скрывали берег за спиной, погружая их в мир воды и тумана.

Путешествие по Архипелагу было лавированием между островами, обходом опасных водоворотов и ущелий, где Ткань Реальности была настолько тонкой, что казалось, будто можно заглянуть прямо в Пустоту. Эхо бездны окружало их со всех сторон – шепот, зовущий погрузиться, раствориться.

Кайрус держал Камень Воли. Его эхо, эхо Каэля, было твердым якорем посреди этого хаоса. Но зов Бездны становился все сильнее. Он чувствовал, как его тянет вниз.

Ночью, когда луна (или то, что в Этерии заменяло луну – бледный, искаженный диск) отражалась в черных водах, они увидели их. Тени в глубине. Огромные, двигающиеся с нечеловеческой грацией. Существа из бездны. Проявления небытия, обитающие под водой.

Эхо этих существ было подавляющим – голод, древний, пассивный, но всепоглощающий. Они не нападали в привычном смысле слова. Они просто... приближались. Их присутствие само по себе было угрозой – их тяга к небытию могла поглотить все вокруг, растворить в глубине.

Кайрус чувствовал их зов. Зов Бездны. Он резонировал с его природой Осколка. Часть его хотела откликнуться. Слиться. Найти покой в этом влажном, темном небытии.

Эброн почувствовал опасность. Его посох засветился. "Они чувствуют тебя, Аномалия!", – прошептал он. – "Твоя природа... для них как маяк! Не дай им... поглотить нас!".

Кайрус сосредоточил свою волю. Не на сопротивлении. А на... управлении. Камень Воли. Его способность навязывать порядок. Он направил свою волю, свою природу Осколка, не на отталкивание, а на... упорядочивание Бездны вокруг них.

Вода вокруг лодки замерцала. Тени в глубине... замедлились. Их эхо стало более упорядоченным. Не хаотичный голод, а... странное, плавное движение. Кайрус навязал порядок хаосу бездны, так же, как навязал порядок хаосу Кристалла Раскола и существ холода.