Этикет следствия

Глава 3

Кабачки Веселого квартала всегда работали «до последнего клиента». Виктор был уверен, что сейчас, когда Гнездовск наводнили приближенные владетельных особ, съехавшихся на княжеский бал, наверняка кто-нибудь еще кутит в одном из заведений.

И не ошибся — окна подвальчика «Белый ферзь», кабачка с шахматной фигурой на вывеске, гостеприимно светились. Он располагался под одним из игорных домов, но был скорее «объектом культуры», чем дополнением к покеру и костям.

Вечерами здесь собиралось довольно много народа, играли музыканты, а иногда даже устраивались поэтические вечера. Виктор поэзию не любил и не очень понимал, зато готовили в «Ферзе» просто превосходно. Ради такой кухни можно и потерпеть натужные вирши местных талантов.

В центре зала располагалось несколько столов для больших компаний, а вдоль одной из неоштукатуренных кирпичных стен были уютные кабинетики, в которых можно поговорить с глазу на глаз. Виктор и Анна прошли мимо усталой, но веселой группы молодых людей, расположившейся по центру зала, и устроились за дальним столиком.

Ребята явно пили и развлекались с вечера. Четверо из них не обратили на магичку и следователя никакого внимания. Пятый, невысокий худой брюнет, проводил Анну удивленным, и, как показалось Виктору, восторженным взглядом. Даже хотел подойти — но наткнулся глазами на фигуру следователя и стушевался.

«Совсем у парнишки вкуса нет, — ехидно подумал Виктор, — на что тут так пялиться? Или он настолько пьян, что любая кажется красоткой?»

Анна интерес к себе, кажется, вообще не заметила.

Магичка попросила чая и стала пристально изучать меню. Виктор быстро сделал заказ и от нечего делать разглядывал посетителей.

Восторженный юноша на Анну больше не смотрел, уткнулся в кружку, чему-то счастливо улыбаясь. Сидевший с ним рядом коренастый блондин, судя по говору — уроженец Альграда, заплетающимся языком говорил своему соседу, который показался Виктору смутно знакомым:

— Славка, они меня достали. Ты не представляешь, как они меня достали! Прикинь — сидит пятнадцать старейшин полянских общин и рядится из-за какого-то Богом забытого перелеска в паршивом медвежьем углу! Никому этот перелесок не сдался, там полтора черничных куста растет, но нет! Решают, кому он принадлежит. Уроды!

— А конунг? — сочувственно спросил Славка.

— А что конунг... Посидел пять минут и по делам своим пошел. Раз уж, говорит, сестра моя придумала сделать полянскую провинцию в конунгате, так пусть сама и разбирается в их проблемах. Мне, мол, вдоль кольчуги. Ему-то что — с полевиков налог общий, а кто из родов сколько внес — неважно. Фрайин Ингрид тоже скучно полянские проблемы решать. И кто у нас крайний? Правильно, секретарь... — Он горько вздохнул и отпил из кружки солидный глоток. — Но все равно потом конунг с сестрой про полевиков ругались, видать, его тоже чем-то достали до печени...

Славка... Виктор вспомнил, где видел этого курносого крепыша. На недавнем смотре стражи, рядом с князем Гнездовским. Здесь у нас участливо кивает проблемам приятеля оруженосец и племянник князя, как же его? А! Славомир.

Похоже, он организует, хм... культурный досуг зарубежным коллегам.

— Какая боль, какая мука не видеть твоих дивных глаз! — коряво-театральным жестом простер руку еще один участник застолья, щегольски закинув за плечо шелковый шарф. Смотрел он при этом на альградского секретаря, явно имея в виду что-то похабное, всем присутствующим прекрасно известное.

— Анжей, лучше б ты заткнулся... — похлопал его по плечу молодой парень, движениями очень похожий на толстолапого щенка породистой собаки — неуклюжий от неопытности, дайте время — вырастет в прекрасного зверя: — Не беси Олега, он же тебе сейчас по-простому, как нормальный викинг, проломит башку табуреткой. Тебе будет уже поровну, а герцогу твоему придется конунгату войну объявлять...

— Виру заплачу, — буркнул Олег.

— Людвиг Кори, — преувеличенно сокрушенно вздохнул Анжей, — вечно ты все испортишь. У меня, может быть, вдохновение! Поэтический взлет! Петер, ну хоть ты-то меня понимаешь? — пихнул он в плечо магичкиного воздыхателя.

— В лужу не шмякнись, пиит, от своих взлетов, — явно думая о чем-то другом, отмахнулся Петер.

Магичка наконец-то окончательно определилась с заказом.

Виктор с наслаждением допивал первую на сегодня кружку кофе и пытался понять, как она собирается съесть все то, что попросила принести. С ее-то фигурой — куда все влезает? Или она неделю голодала?

Госпожа Мальцева начала с салата, потом на очереди были жаркое, отбивные, блинчики и какой-то пирог. Не считая только что принесенной огромной кружки с черным чаем, в который она добавила сливки и сахар.

Анна поймала недоуменный взгляд и грустно усмехнулась.

— Господин следователь, вы, похоже, совсем не в курсе механики работы магов. Так что мы с вами логично переходим ко второй части беседы, к пояснениям моих выводов. Я правильно понимаю, что вы не слишком хорошо знакомы с классификацией магических способностей?

— Да, госпожа Мальцева. Сознаюсь, виновен. Практически не знаком, — в тон ей кивнул Виктор. «Умеешь считать до десяти — остановись на семи», — вспомнил он очередное наставление Ждановича. Конечно, общую теорию про три вида магов Виктор знал. Но ведь ей-то вся эта история явно не ограничится. «Вот черт, — подумал он, — сейчас придется разбираться еще и в тонкостях классификации колдунов. А куда деваться... Точно, повезло так повезло, отличный труп надежурил!»

Официантка поставила на стол несколько тарелок. Анна сделала неопределенный жест вилкой, выбирая между горшочком жаркого и отбивными. Остановилась на отбивных. Аккуратно отрезала кусочек ароматного прожаренного мяса и продолжила:

— Есть три вида магических способностей. Маги Стихий — огненные, водные, земные и воздушные — подключаются к силам природы и оперируют их энергией. Но они нам сейчас, к счастью, не интересны.