Это всё ерунда

Глава 7. Благодарность.

Тая

Мы стоим у подъезда. Я, Матвей, и как я понимаю - его приятель. У него светлые русые волосы, серые глаза и добродушная улыбка. Он легко заводит со мной разговор и сразу же спрашивает о помощи его другу. С такими людьми сразу складывается ощущение, будто вы сто лет знакомы.

Матвей же - его полная противоположность. У парня, который мне нравится, тёмные волосы, глаза, прожигающие меня насквозь и краткие ответы.

Вот именно из-за них я и сказала нет. Немного, конечно, из-за работы, на которой я провожу по двенадцать часов два через два. Но в большей степени из-за его отношения ко мне. Хватит, надоело это всё. Мог быть хоть раз ответить на мои шутки. Всю эту ночь и утро я ощущаю себя навязавшейся дурочкой. Да емаё, так оно и есть.

Повисает неловкая тишина. Ребята переглядываются и потом смотрят на меня. Я неуверенно перевожу взгляд прямо на Матвея. Он удивлён. Нет, он кажется, злится. Серьёзно? Он что, думал, я сразу соглашусь? Хмурюсь. Возможно, он как-то не так про меня думает из-за ситуации с Женей, но я...

Да мне плевать, что он думает. Мои глаза горят, наверное, не меньше его. Мы стоим напротив друг друга, и кажется, искры взлетают к небу от напряжения, возникшего вдруг между нами. Если бы это был один из моих романов на книжной полке, Матвей бы прямо сейчас бросился меня целовать, но он только недовольно выдыхает:

-Я тебя и не звал. Это Макс ерунду какую-то придумал.

-Отлично, - улыбаюсь ему злыми глазами.

-А почему не можешь ? - вклинивается в наш дружеский диалог Макс.

-Не хочу проводить больше ни дня с этим.. самодовольным.. врединой. - говорю я быстро дыша от негодования первое, что приходит в голову. Как я сказала? Врединой? Не слишком ли милое оскорбление, Тая? Да у тебя на лбу написано, как ты хочешь проводить с ним все дни! И разве можно говорить "самодовольным врединой" ..

-Да? - тянет Макс как-то грустно, делая вид, что поверил в моё отношение к его несносному другу. А может правда поверил? - Просто Матвей тебя спас, и я думал, ты не против тоже оказать ему услугу..

"Мне не нужно от неё ничего" и "Блин, конечно, я пойду" мы с Матвеем произносим практически одновременно.

Как стыдно! Я так злилась на него за его отношение и равнодушие ко мне, а также на своё поведение, что уже забыла про то, как он спас мою жизнь!! Позор. Нужно что-то делать с этой несуразной способностью мыслить.

-Просто я работаю, - быстро начинаю я объяснять и спасать ситуацию. - Но я очень благодарна Матвею и, конечно, я ему помогу с чем угодно. Я перенесу смену, нет проблем. Во сколько и где?

Я, наверное, говорю больше Максу, потому что боюсь смотреть на Матвея. Он почти рычит от злости. Насколько же ему не к кому обратиться, что он до сих пор ещё здесь. Он же меня терпеть не может. Я снова об этом думаю и опять расстраиваюсь.

Так, это всё ерунда, мало ли раз мне кто-то так нравился (да, мало). Я просто помогу в ответ, и забуду его. Делов-то.

Макс, как маленьких, подводит нас ближе друг к другу и заставляет меня продиктовать свой номер, а Матвея его записать. Я борюсь с любопытством, чтобы не заглянуть ему в телефон и не посмотреть, как он меня назовёт.

Матвей как будто смирился с ситуацией и молча делает то, что говорит ему Макс. Только недовольно дышит. Потом поднимает на меня глаза и говорит :

-У неё же нет телефона.

-Я восстановлю симку сегодня и куплю телефон, всё в порядке, - успокаиваю я сразу два обращенных ко мне взгляда и понимаю, что мне ещё сегодня ехать в салон сотовой связи, а потом в магазин техники. Ну что за чудесное воскресенье.

Мне записывать номер Матвея некуда, и мы решаем, что он напишет мне сам, чтобы обсудить детали встречи с его мамой. Довольный проделанной работой Макс чуть ли не потирает руки, хитро улыбаясь, и приглашает нас сесть в машину. Она достаточно большая и синяя. Поэтому мне, в целом, нравится, и я не возмущаюсь, что мне приходится залезать в неё с большим трудом. Эти великанские штуки повсюду.. Обычным людям просто невозможно среди этого всего спокойно жить.

Я говорю адрес Катьки и отворачиваюсь к окну. Друзья радостно начинают обсуждать машины, не обращая на меня никакого внимания, и я снова погружаюсь в хоровод моих бесконечных мыслей.

Работаю я в книжном магазине. Как я здесь оказалась? После школы я наконец-то сбежала от родителей к бабушке и поступила на филологический факультет. Надо сказать, они особо по мне и не скучали. С того момента, как отчим разрушил мои отношения с Витей из 10 Б, я начала совсем несносно себя вести. Пощёчины и домашние аресты стали нормой в моём воспитании, и меня это только больше провоцировало. Я пробовала курить ( иногда даже просто стояла рядом с курящими одноклассниками, чтобы пропахнуть дымом), пить и принципиально приходила домой позже положенного времени, когда мне даже было нечего делать. Зачем я это делала? Я хотела доказать свою свободу и независимость. И ещё немного хотела привлечь внимание мамы. Но она только вздыхала и уходила в другую комнату, пока отчим орал на меня и наказывал...

Я ещё долго злилась на маму, что она выбрала какого-то ненормального мужика, а не меня. Тогда мне казалось, что если бы она хоть раз поговорила со мной по душам, я бы не вела себя так глупо, демонстрируя ужасное поведение. Я считала, что она меня бросила, хоть и жила в соседней комнате. Мы много говорили потом об этом с бабушкой.

-Вот ты бы отказалась от мамы ради какого-то нового мужика..? - спрашивала я, уплетая безумно вкусные пирожки с повидлом.

Для бабушки это было диким . Они прожили с дедушкой 52 года до самой его смерти и она, наверное, даже в страшном сне не могла представить рядом с собой другого. Но в отличии от меня она не осуждала мою маму.

-Знаешь, Тая, - говорила она, доставая из духовки второй противень с пирожками. - Иногда нам кажется, что человек, который нас обижает, такой уверенный в себе и сильный, а на самом деле, он разрушен внутри, потерян и не знает, как ему быть. Счастливые люди не причиняют другим зла и не поддерживают тех, кто творит зло.