Этого хочет бог

2. Арн

Арну снилось дерево. Огромное, высотой с Линдерский замок. Его крона расходилась так далеко, что терялась в сизой дымке, зависшей над Холмом времен.

Стояла ранняя весна, однако ветви были усыпаны крупными алыми плодами. Издалека их легко было спутать с яблоками, но вблизи становилось ясно, что с этими фруктами у них мало общего. Яблоки не такие продолговатые, они не пульсируют и с них не стекает кровь, создающая извечный перестук капель.

Дерево сердец, растущее на Холме времен, так назвали не зря.

Арн медленно прошелся под кроной по знакомому пути, который снился ему уже тысячу раз. Хранители Дерева – духи в виде змей – не обращали на него внимания. Он был здесь своим, хоть и явился в человеческом облике.

Изогнутая ветвь, клонящаяся слишком близко к земле, преградила ему дорогу. Прятавшееся в листве сердце блестело в слабых солнечных лучах, которые едва достигали корней. Арн осмотрел плод.

Крупный, здоровый, бьется спокойно, равномерно. Должно быть, он принадлежит мужчине. Умирать ему еще нескоро. Если только…

Кто-то зашипел. С ветки сполз изумрудный змей. Хотя два длинных зуба, полных яда, были обнажены, его интересовало не сердце, а Арн.

– Эл-ла-арин, – протянул змей имя, которое принадлежало человеку из сна. – Эл-ла-рин, давно не ви-иделис-сь. Приш-шел з-забра-ать с-сердце дру-уга?

Он произнес слово «забрать», но имел в виду совсем другое. Забрать что-то с Дерева невозможно. Если сорвать плод, его хозяин – человек в мире живых – в этот же миг погибнет, а сердце здесь, на холме, рассыпется в прах. Арн знал это, и все равно его ладонь потянулась к ветви и обхватила горячий плод.

Сжать чуть крепче – и он треснет. Брызнет кровь, потечет по пальцам. Друг умрет в собственной постели, если он спит, или упадет прямо на ходу, если он уже встал и идет по городским улицам.

Знать бы еще имя того, с кем все это должно случиться. Но сон не давал подсказок, а Арн никогда не слышал имени Элларин. Его нет в хрониках, и никто в Нортене не встречал мужчину с таким именем. Арн уже проверял – этот сон приходил не впервые.

Рука сжимала сердце все теснее, и оно начало пульсировать быстрее. Тук-тук. Тук-тук-тук. Тук-тук-тук-тук! Плоть мнется под сильными пальцами и…

– Именем императора! Откройте уже наконец!

Арн вздрогнул, проснулся и нервно оглядел руки. Кровь – ее же нет, правда? Нет, конечно. Это всего лишь сон.

Зато в дверь продолжали молотить.

Арн грязно выругался, спустил ноги на пол и аккуратно потряс обнаженную девушку, бесстыже раскинувшуюся на постели.

– Кайт. Кайт! Надеюсь, ты не завела любовника, который решил, что я обманом занял его место?

– С ума сошел? – сонно промычала она и перевернулась на другой бок. – Мне и тебя по горло хватает.

Арн вздохнул.

Врет. В ее томный, мускусный запах проникла отравляющая нотка страха, которая выдала правду. Арн вытащил Кайтарию из борделя, купил дом и давал деньги, но душа шлюхи – это навсегда. Мужчин, которые попадали в ее сети, было сложно не понять. У нее была оливковая, как у всех имперцев, кожа, темные волнистые волосы, полная грудь и точеная фигура. Глаза – черные, как южная ночь, – сводили с ума, заставляли пойти по теневой тропе жизни, забыв обо всем. Даже о том, что нрав у этой красавицы подобен ветру.

Арн потер глаза, натянул штаны и подошел к двери. Год назад он уже спустил в канаву одного из ухажеров Кайт. Повторять было попросту лень, но если ор продолжится, то нужное настроение придет очень быстро.

– Кто там?

– Именем императора!..

– Да слышал я. Хватит орать. Или получишь арбалетным болтом в глаз.

Снаружи сразу наступила тишина. Кто бы там ни стоял, он явно не понимал, что пытаться убить человека через толстую деревянную дверь – так себе затея.

– Назови себя, – усмехнувшись, сказал Арн.

– Беран Кадлин, – донеслось через какое-то время. – Сын лорда Лидайна Кадлина. Я ищу Арнхарда Сигмара, сына лорда Треварда Сигмара.

Он снова выругался, и гораздо грязнее, чем в прошлый раз.

Поток ухабистых нортенских имен, выговоренных без единой запинки, не оставлял сомнений, что за дверью аристократ. То есть последний человек, которого хотелось бы видеть с утра пораньше.

Арн не слишком жаловал нортенскую знать, несмотря на то что входил в ее число. После того как десять лет назад королевство Нортен завоевала Элантийская империя, все стало слишком сложно. Семейству Сигмаров, чью фамилию носил Арн, повезло. Они вовремя приняли верную сторону, поддержав королевского сына – тогда заклейменного как изменник родины, а сейчас служившего наместником Нортена. Однако многие другие лорды были казнены, лишены титулов или просто отодвинуты назад имперцами. И Сигмаров исконная знать теперь недолюбливала, хотя в итоге тоже присягнула императору Каллиусу.

Стоявший за дверью человек принадлежал как раз к такой знати. Чистейший нортенец, в чьих венах не было ни капли крови горцев, имперцев или любого другого из соседних народов. Арн не знал самого Берана, но встречался с его отцом. Неприятный, высокомерный человек. Поэтому, с одной стороны, Арна радовало, что визит незнакомца не связан с Кайт. С другой – уж лучше бы утро началось с мордобоя из-за женщины.