Этого хочет бог

9.2

В этом мужчине ярко проявилась благородная кровь. Такие, как он, были рождены, чтобы вести за собой в бой или по меньшей мере с гордым видом позировать для художников. Высокий рост, длинные золотистые волосы, прямая осанка, присущая бойцу гибкость, правильные черты привлекательного черта – образ героя из влажных женских мечтаний портил лишь уродливый шрам, проходящий через губы.

Дэйн даже знал, как мужчина его получил, и знал, что тот готов убить каждого, кто ему об этом напомнит. Само собой, маг не собирался признаваться в том, что десять лет назад он был в том же осажденном имперцами замке и видел, как ворота неожиданно открылись, впуская захватчиков.

Впустил их именно этот человек, лорд Эброн Гален. Тогда погибло много хороших людей, малочисленные выжившие были вынуждены сдаться. Это был один из переломных моментов войны за Нортен, когда стало окончательно ясно, что Элантий возьмет верх. И все – из-за женщины.

Гален влюбился в девушку, предназначенную другому нортенскому аристократу – хозяину замка Родверк. Крепость была почти неприступной, усиленной магически, запасов еды и воды хватало. Северяне могли обороняться хоть целый год и, посмеиваясь, наблюдать с крепостных стен, как элантийцы обламывают о них зубы. Но Гален ночью открыл ворота, потому что вечером перед этим хозяин замка обнаружил его в постели своей невесты. Итог для незадачливого любовника был заслуженным: кулаком в латной перчатке сластолюбцу выбили зубы и попортили смазливое личико. Не убили Галена только потому, что он вел за собой больше сотни великолепно подготовленных бойцов, которые тоже сидели в Родверке и которым могло не понравиться, как поступили с их молодым господином.

Вместо этого все закончилось бойней и позорной сдачей. Хозяина замка убили, Гален, наоборот, остался жив и сохранил все земли с титулами. Девку свою он тоже получил.

И вот – он стоял перед теми, кого однажды обрек на гибель. Предатель Эброн Гален, один из предводителей нового мятежа против Элантия. Интересно, что же его толкнуло на эту скользкую дорожку? Имперцы воздали мало чести перебежчику?

Дэйн надеялся, что ни один из этих вопросов не отражается в его глазах. Они должны быть тусклыми, ничего не выражающими – как и положено живому мертвецу.

– Тратить время на представления не будем, – сказал лорд. – Мне хорошо известно, кто вы, а вы уже должны знать, кто я.

– Лорд Эброн Гален, – Дэйн поклонился. – Это честь для нас.

– Не сомневаюсь, – коротко и сухо ответил он. Очевидно, прошедшие годы и заметный шрам отбили у него страсть красоваться, потому что маг запомнил его молодым и крайне самовлюбленным. – Брок вас двоих расхваливал на все лады. Честно говоря, я был уверен, что он приукрашивает, но теперь вижу, что это правда. Превосходный бой.

Дэйн с легким удивлением посмотрел на Брока Воловью Голову, который мялся позади других наблюдателей – сплошь незнакомцев, сопровождающих Галена, – и почесывал сальные волосы на затылке. Вот от кого сложно было ожидать похвалы, так от разбойника. Хотя он сам их привел в свою шайку, Брок сторонился братьев все то время, которое они провели в лагере.

– Вы дали мне слишком слабых противников, господин, – ответил Дэйн. – Они не профессиональные бойцы, всего лишь лесные разбойники.

– Среди твоих соперников было двое магов, – возразил лорд.

– И один не смог воспользоваться своей силой, потому что застрял в яме. Ни у кого здесь нет выучки, а я больше десяти лет провел в армии. Я дрался все равно что с детьми, а я не самый талантливый в элантийских войсках.

Гален наградил его тяжелым взглядом. Дэйн спокойно его выдержал.

Лорд должен был понимать, что это не бахвальство. Демонстрационный бой достиг цели только в одном случае – если должен был доказать, насколько слабы мятежники против кадровых магов.

– Значит, ты рвешься в настоящий бой, – подытожил Гален.

Дэйн кивнул. Лорд повернулся к Эйду.

– И ты?

Брат кровожадно оскалился. Перевода это не требовало.

Гален вздохнул – шрам придал лицу особенно печальное выражение – и внезапно перевел тему.

– Брок охарактеризовал вас как не самых разговорчивых людей. Что можете рассказать о себе? Кроме того, что показали сегодня на тренировках.

Братья переглянулись. Эйд сделал жест, непонятный ни для кого, кроме Дэйна.

– Да нам нечего рассказывать, господин. Мы оба родились в Нортене. После завоевания меня насильно забрали в армию, как и всех выживших магов. Эйд записался следом. Так мы и служили все это время – то там, то тут.

– Семья есть?

– Нет. Никого не осталось.

– Ты уже не очень молод. Значит, силы должны были проснуться раньше, чем десять лет назад. Ты участвовал в защите Нортена? Под чьим началом воевал?

Дэйн посмотрел в голубые глаза лорда, горящие странной лихорадкой, и понял, что надо соврать.

– Ярва Холбрена. Он…

– Попал в плен под конец войны и был казнен. Знаю. Выходит, ты из тех, кто не сдавался до последнего. А ты почему не воевал? – Гален бросил косой взгляд на Эйда.

Тот ответил неодобрительным молчанием.