Этого хочет бог

12.3

Выпрямившись, Арн вздрогнул. На самом краю переулка, в косой тени от здания, свернулся в кольцо огромный змей. Изумрудные чешуйки смутно поблескивали в лунном свете. Вытянутая морда была повернута к нюхачу. Казалось, змеиные глаза пристально наблюдают за ним.

В руке что-то пульсировало. Кинжал? Быть не может. Арн опустил взгляд и чуть не выронил то, что держал в ладони.

Клинок неведомым образом превратился в выдернутое из груди человеческое сердце. Оно еще билось, но стоит немного сжать…

Арн моргнул, подавляя позыв к тошноте. Когда он открыл глаза, ничего уже не было. Край переулка пустовал, а в ладони по-прежнему лежала рукоять кинжала, испачканная кровью Горбоноса.

Нюхач стряхнул с себя оцепенение. Он устал за день и давно уже не высыпался. Вот и результат – ночные кошмары начали приходить наяву. Более неудачное время для этого было сложно подобрать. Нужно спасать Далерт, а ему зеленые змеи мерещатся.

И Беран до сих пор не слез с камня. Тоже поспать, что ли, собрался?

– Поднимайся, – резко приказал Арн мальчишке, злясь больше на себя, чем на подопечного.

Тот не шелохнулся. Голос звучал сдавленно.

– Арн… вы… вы же его убили.

– Конечно убил. Ты что, ни демона не понял? – рявкнул на него нюхач. – Как, по-твоему, борются за всеобщее благополучие – красивыми словами? Этот ублюдок уже несколько дней знал имена мятежников, их расположение и планы, но ничего никому не сказал. Не удивлюсь, если он сам же сдал Голяка, а стоило бы нам отсюда выйти, он бы помчался закладывать и нас. Нам надо к лорду Ульфару. Сейчас же, потому что мятежники могут атаковать в любой момент. Проклятье, да и им и атаковать по-настоящему не надо будет, хватит запустить в замок этого Голоса бога, чтоб его демоны драли! А в замке сотни людей, не только стража – прислуга, их семьи. Горбонос бросил не только свой пост, он бросил всех их умирать. Если не пошевелишься, то эти смерти будут и на твоей совести!

Говоря, он плащом Горбоноса вытирал кровь с рук. Если заявиться к замковым воротам в таком виде, стража подумает что угодно, но только не то, что перед ними посланник наместника.

Слава богам, с Берана уже сошла оторопь. Он наконец-то встал: медленно, пошатываясь. Лицо у мальчишки было белее, чем молочная поверхность плывущей над ними луны.

На миг Арну стало его жаль. Он же невинен как младенец. Что только Беран умудрился такого учудить в Линдере, что его понадобилось прятать? Девиц не соблазнял, от вида крови чуть не в обморок падает и оружие в руках держать не умеет – значит, ни с кем не подрался и тем более никого не убил. Разве что какого-нибудь обидчивого сановника в ученом диспуте переспорил?

Сидеть бы ему и сидеть дома, под материнским крылышком. Он сейчас, наверное, успел тысячу раз пожалеть, что не остался в кровати греться под дополнительным одеялом.

– Возвращайся, – хрипло сказал ему Арн. – Беги на постоялый двор и не вылезай оттуда. Если со мной что-то случится, забирай вещи и скачи к Магнасу.

Но мальчишка снова его удивил.

– Не буду, – ответил он. У него почти получилось произнести это твердо. – Я пойду с вами. Голос бога – вы же ничего о нем не знаете. А я знаю. Вдруг смогу чем-то помочь?

– В первую очередь ты мог бы помочь, оставшись в живых, – с досадой сказал нюхач. – Если хочешь подставлять шею вместе со мной – готовься быстро бежать по заиндевелой грязи к замку.

Беран кивнул и первым выскочил на улицу, трусцой направившись к крепостным стенам, которые нависали над городом. Арн, задержавшись на миг и последний раз осмотрев переулок, припустил следом.

Все-таки этот мальчишка – кладезь чудес. С такой силой воли он пойдет невероятно далеко.

Если только выживет.