Этого хочет бог

28.2

Во всю длинную и высокую стену раскинулась фреска с изображением карты Шадесса. Значительную часть самого крупного острова, расположенного ближе всех к материку, занимала академия магии с огромной синей башней – источник почти неиссякаемой славы Шадесса. На востоке снизу пролегал длинный и прямой канал – Рука Себела, которая отделяла Академический остров от соседей. Ее так назвали, потому что, по легенде, сюда упала рука низвергнутого Четой бога моря. Были у нее и «пальцы» – пять каналов, которые разграничивали несколько более мелких островов.

Скопление мелких клочков земли, разрезанных паутиной каналов, «скобами» стягивали мосты. Некоторые из них были гигантскими – в тысячу шагов, и строили эти махины с помощью колдовства. На карте этого, конечно же, видно не было. Трин знала это из собственного опыта, когда пять лет назад гуляла по Шадессу и восхищалась удивительным городом, который по всем правилам должен был зачахнуть сразу после войны богов, но выжил и превратился в сильную морскую державу.

Однако многие острова были оторваны от общей сети, поскольку располагались слишком далеко от главного скопления. Их, разумеется, была не тысяча, зато почти все из них были обитаемы. Шадессцы не позволяли пропасть ни единой горсти земли, которая находилась в пределах Шадесской стены. Она начиналась от самого материка и окружала город неровной линией, которая утолщалась на севере. С той стороны острова подвергались набегам морских демонов – диких тварей, которых было невозможно полностью истребить, так как они обитали где-то в океанских пучинах. Слава богам, эти существа не были разумными настолько, чтобы стать для города серьезной угрозой, но торговля от них временами страдала.

Самые близкие к стене островки, как правило, пустовали. Шадессцы не селились на них, опасаясь демонов, да и находились они далековато от скопления, сердцем которого был Академический остров. Зачастую у этих островков даже не было имен. Поэтому Трин и не нашла в Императорской библиотеке нужного названия. Она лишь могла показать на карте место, следуя указаниям голоса в голове.

– Куда бы вы хотели отправиться, госпожа? – вежливо поинтересовался Хараний.

– Сюда, – Трин коснулась пальцем маленькой точки вблизи стены, на самом севере Шадесса.

– Чумной остров? – удивился посол. – Но там сейчас ничего нет.

– А что было? – спросил Далл.

– Лечебница Ордена милосердных сестер Богини-Матери, куда отвозили заразных больных. Морские демоны прорвались через стену и устроили резню. Остров пустует уже много десятков лет, я и не знаю в точности сколько. Во всяком случае, это произошло задолго до моего приезда.

– Мне надо попасть в эту лечебницу, – повторила Трин. – Вернее, под нее. В книгах из дядиной библиотеки упоминалось, что госпиталь построен над храмом старого бога морей Себела.

На миг она поймала на себе острый взгляд Далла. Любовник в свободное от тренировок время помогал ей с книгами и наверняка заметил, что ничего подобного в них не было. Но сказать ему о голосе…

Нет. Еще рано. Она до сих пор не была уверена в том, что хочет воспользоваться силой, которая привела ее родителей к смерти. И потом, дядя отменил непреложный закон, по которому следующим императором может стать только маг. Если все сложится хорошо, ей удастся занять трон без всего… этого. А голос – если он когда-нибудь исчезнет, устав сулить невероятные перспективы, ей будет только легче.

«А ведь я тебе помог, неблагодарная ты девчонка», – сразу же отреагировал он.

«Это еще неизвестно. Посмотрим, что я найду под лечебницей».

Голос фыркнул и, как обычно, замолчал.

– Да-да, я слышал об этом, – задумался Хараний. – Поразительно, что в Шадессе об этом заговорили всего три-четыре месяца назад. Вроде бы как об этом раньше тоже знали, но никто не придавал этому значения. А теперь туда почти постоянно течет струйка паломников-староверов, и даже призраки чумных, обитающие на острове, их не пугают…

– Извините, староверы – это кто? – перебил Арн.

– Люди, которые не перестали верить в старых богов, – посол позволил себе слабую усмешку. – Шадессцы славятся своим упрямством, иногда доходящим до ослиного. На наше счастье, обычно они упираются в наиглупейших вещах.

– Их вера может оказаться не настолько неоправданной, насколько вам кажется, – заметила сзади Тэниру.

Харантий рассеянно оглянулся, но промолчал, то ли сочтя ответ служанке-простолюдинке недостойным себя, то ли попросту не поняв, кому принадлежал этот слабый голосок.

– Логично предположить, что староверы враждебно настроены против тех, кто верит в Чету, – заключила Трин. – Как вы считаете, посол, нам угрожает что-нибудь на Чумном острове?

– Полгода назад я бы твердо ответил, что нет. Однако сейчас… – шарообразный человечек достал из кармана шелковый платок и промокнул вспотевший лоб. – Несколько месяцев назад весьма вялое, я бы даже сказал, тухлое, как прошлогоднее рыбина, движение староверов всколыхнулось. У них появился то ли новый предводитель, то ли пророк, который весьма однозначно настроен по отношению к нашей великой и достославной империи. Если раньше представители веры в Чету и святую семерку чувствовали себя спокойно, то сейчас, к моему преогромнейшему сожалению, поручиться нельзя ни за что. Самые отъявленные буяны принялись задирать не только элантийцев, но и коренных жителей Шадесса, которые посещают храмы Четы или семерки.