Этого хочет бог

38.2

Брок подтолкнул женщину к комнате мага, и вся шайка заулюлюкала. Решив, очевидно, что Дэйн будет в ближайшее время занят, они со смехом развернулись и побрели праздновать дальше.

Райк взглянул сначала на женщину, потом на мага.

– Я пойду, пожалуй. Завтра поговорим.

– Подожди, – сказал тот. – Я недолго.

Он завел женщину внутрь и прикрыл за собой дверь. Как только он это сделал, нортенка с ужасом отшатнулась от него к стене и прижалась к ней лопатками. Наверное, если бы она могла, то вдавилась бы туда всем телом.

Дэйн задумчиво посмотрел на руку, которой только что к ней притронулся.

Ах да, левая.

– Я тебя не трону, – сказал он. – Посиди до утра здесь, потом решим, что с тобой делать.

Женщина не ответила, продолжая таращиться на него полными ужаса глазами. Маг помедлил, сомневаясь, стоит ли добиваться от нее ответа.

Наверное, лучше оставить ее в покое. Она за сегодняшний день явно пережила слишком многое. Да и в любом случае Дэйн не знал, что сказать и как ее успокоить. Мастером слов в их семье всегда был Эйд, теперь обреченный на молчание.

Так ничего и не придумав, маг просто вышел из комнаты и запер за собой дверь. Райк послушно ждал снаружи, наблюдая из бойницы, как гаснет свет – солнце укатывалось за горизонт.

– Ты хотел поговорить о Ниртале? – спросил Дэйн. – Из меня вообще-то плохой проповедник…

– Не надо проповедей, – телохранитель Галена пожал плечами. – Нам не это интересно.

Ага, отметил маг, вместо «я» уже появились «мы».

– Кому это – нам?

– Мне и кое-кому из моих друзей, – уклончиво ответил Райк. – Колт повсюду ходит и твердит, что вы с братом поклоняетесь самозванцу, фальшивому богу. Но фальшивый бог не может дать такую силу, чтобы разрушить стены зачарованной крепости. Среди нас…

Он запнулся, пожевал губу и наконец продолжил:

– Среди нас – тех, кого нанял лорд Гален, – тоже есть маги. Они говорят, что магия в последние годы стала слабее, заклинания срабатывают через одно, поддержки от Четы и святой семерки не дождаться.

Дэйн склонил голову набок, вспомнив, как легко Райк во время их поездки к заброшенному замку управлялся с лошадьми.

– Ты присягнул Лесному лорду, – утвердительно произнес он.

– Не присягнул, – телохранитель отвел глаза. – Мне с детства твердили, что у меня огромный талант и что я смогу попасть хоть в саму Корсулу, как только получу силы. Но голос Лесного лорда я так и не услышал, сколько ни пытался входить в транс. Чего я только ни делал – и к жрецам в Линдер ездил, и богатые жертвы приносил… Ничего. Когда я устал нести деньги в храмы, жрецы попросту объявили, что я недостоин. Если это так, тогда зачем надо было мне давать такую большую силу?

– У меня нет ответа, – признался Дэйн. – Лорд-стоик тоже меня подвел. Всегда стабильные заклинания не подействовали, из-за этого убили Эйда и чуть не убили меня.

– А Ниртал?..

– Он еще не подводил ни разу. И я видел его своими глазами. Он есть, он живой, он нас слышит – в этом могу поклясться чем угодно.

Райк помолчал.

– Расскажи о нем нам всем, – наконец попросил он. – Мои друзья – те, кто свободен от службы, – будут рады послушать.

– А я буду рад поделиться всем, что знаю, – кивнул Дэйн. – Идем.

***

Он вернулся в комнату лишь к рассвету. Стоило выйти, как оказалось, что дел невпроворот. Кроме друзей Райка, внимания советника по магии требовала толпа, собравшаяся на пирушке и жаждавшая чествовать одного из главных героев взятия Родверка. Потом пришлось долго общаться с Галеном, который раздумывал, как защитить крепость, чтобы она тут же не перешла обратно к имперцам. Потом другое, потом третье…

К утру Дэйн жалел, что в таком состоянии, как сейчас, алкоголь не оказывает на него никакого воздействия. Даже вкуса вина было не почувствовать – привкус пепла на языке перебивал все остальное.

Поэтому лишь завидев впереди свою дверь, маг вспомнил, что внутри его должны ждать. В мыслях сразу замелькали, стремительно сменяя один другой, планы того, как вывезти из Родверка неудачливую вдову. Отправить подальше с каким-нибудь бесполезным посланием и намекнуть, что пусть бежит при первой же возможности, или взять с собой, а там уже отпустить в ближайшем городе, или найти надежных людей, которые ее спрячут…

…Все идеи оборвались, когда Дэйн вошел в комнату.

Женщина висела на собственном поясе, привязанном к изножью кровати. Удавилась сама – окостеневшие пальцы все сжимались на узле. В смерти от ее красоты не осталось ни капли. Остекленевшие глаза были вытаращены, кожа посинела, язык вывалился, а вонь шла такая, что на миг перебила даже собственный гнилостный запах Дэйна.

Маг устало привалился к косяку.

Его не трогало то, что сегодня возле Родверка появился еще один курган – в основном из мертвых защитников крепости и тех имперцев, что пытались исподтишка напасть на лагерь. Сердце не вздрагивало от того, что перед воротами Гален выставил головы лорда Кальвира и его ближайших соратников, а также тех, кто не пожелал сложить оружие и примкнуть к мятежу.