Этот безумный мир

Круг замкнулся

-Молодец, – похвалил меня Иван Павлович. – Хороший материал. Ну, ведь можешь, когда не ленишься. Пора тебя в штат переводить. Ты как? – поинтересовался Иван Павлович.

-Я с благодарностью приму любую должность.

Да, я готова работать в редакции. Пора уже выбираться из «берлоги», социум зовёт!

Домой я прибежала окрылённая. Так хочется поделиться радостной новостью со всем миром. Позвонила родителям, потом Ксюше – они, конечно, рады за меня. И хоть меня пока не взяли в штат, а только намекнули – я счастлива, потому что меня заметили. Оказывается это очень важно быть нужной. С появлением Даниила моя жизнь поменяла краски – из серых в пурпурную акварель. Так и есть. Если бы я не встретила Даниила ничего путёвого из меня бы не вышло. Теперь мне в помощь вера, нет, не вера, а уверенность, что всё, о чём я пишу чистая, правда. То есть, теперь я посредством литературы делюсь с читателями всем тем, о чём сама узнаю.

К вечеру меня навестила Ксюша. Она пришла не одна, привела с собой коллегу по работе Алёнку. Не очень приятно, потому что выглядела я не лучшим образом, а для точности, по-домашнему. Ксюша меня не смутила бы, а вот Алёнка, да. Раньше мы с Ксюшей почти каждый день виделись, жить не могли друг без дружки. Познакомились в университете и теперь подруги на всю жизнь, я думаю. Так бывает, когда дружба перерастает в нечто большее – почти родственные отношения. Хоть и видимся теперь реже – работа, заботы, личная жизнь и лень присущая девушкам, которым перевалило за двадцать пять. Вечеринки нас уже не особо впечатляют и если ты всё ещё не замужем, то вероятно, так и останешься одна, потому что, попросту нигде не бываешь. Остаются два варианта – служебный роман или друг бой-френда подруги. В нашем случае сработал вариант номер два – «друг бой-френда подруги». Ксения пару лет назад познакомилась с Павлом, а у меня в результате её судьбоносной встречи, появился Кирилл, друг Павла. Но я никогда не рассматривала Кирилла, как потенциального жениха. А уж теперь, когда он оставил меня одну в лесу, даже думать о нём не желаю. И вообще, он не в моём вкусе – скромный, тихий, не брутальный.

-Мы тут мимо пробегали, решили заглянуть к тебе, – сообщила Ксения и я почувствовала укол ревности. Значит, мимо пробегали? И куда, интересно, торопились? То есть, я для Ксюши теперь «мимоходом». – Как всегда дома сидишь?

-Почему же? – несколько задиристо возразила я. – На прошлой неделе ездила в Смолкино.

-Что ты там делала? – удивилась Ксюша.

-Историю одну записала.

-Никак не успокоишься?

-Иван Павлович потребовал свежий материал для альманаха.

Ксюша недоверчиво покосилась.

-Ты хоть помнишь, что я печатаюсь в «Губернских байках»?

-Помню, – буркнула Ксения. – И читаю, между прочим, весь бред, которым ты потчуешь местных читателей.

-Бред? Да если бы ты только знала…

Я осеклась. Ещё не хватало, чтобы Ксюша забила тревогу, услышав мои откровения.

-А еда у тебя в холодильнике есть?

Мне повезло, что Ксюша пропустила мимо ушей, попытку навязать ей мою точку зрения на «бред», как она выразилась. Ксюша по-хозяйски прошла на кухню и заглянула в холодильник: продуктов у меня всегда предостаточно.

-Ну, слава богу, с продуктами порядок. – Успокоилась и тут же переключилась на мою личность. – Посмотри, в кого ты превратилась? – Она положила руки на мои плечи и насильно подвела меня к зеркалу. – Смотреть страшно.

-Так не смотри, – покосившись на молчаливую до сих пор Алёнку, с обидой ответила я подруге. Но выводы сделала. А ведь она права. Тёмные круги под глазами, бледная кожа, взгляд какой-то тусклый. Засиделась я дома. Мне бы скорей на работу устроиться – к людям поближе. Стихийный заработок удовлетворяет материальную сторону, но морально я истощена. Как говорила бабушка, человек не должен открываться от социума, иначе зачерствеет, как отломленная краюха хлеба.

А вот Ксюша, как всегда в форме, что называется. Она яркая девушка, высокая, стройная с копной рыжих волос и выразительным взглядом миндалевидных карих глаз. А я… глаза серые и только перед грозой они темнеют. Ростом я тоже не вышла, хоть и не маленькая, но рядом с Ксюшей я гномик. Многие считают, что я слишком худая, но я так

не считаю, скорее хрупкая, но не худышка. Во мне пятьдесят семь килограммов при росте метр шестьдесят пять.

-Ты что не рада нам? – возмутилась Ксения, выдернув меня из мыслей. Мы так и стоим перед зеркалом – я, а за мной Ксюша возвышается, словно Эйфелева башня.

-Ксюша, я очень рада, – успокоила я подругу. – Я реально скучала. Просто у меня работы много накопилось.

-Если бы я тебя не знала так хорошо, подумала бы, что ты безнадёжно влюбилась.

-Ксения, – одёрнула я её.

Мы не одни и мне не хочется обсуждать мою личную жизнь в присутствии Алёнки. Мне не нравится эта девушка. Она не одна, живёт с мужчиной лет сорока, зовут его Олег, и он забавный, но я не уверена, что Алёнка любит его. Пару раз Ксюша приглашала Алёнку с Олегом на вечеринки по случаю, и я насмотрелась на эту пару – Олег хвастается молодостью своей спутницы, а Алёнка его деньгами.

-Не пойму, что с тобой не так? – стала тормошить меня Ксения.

-После болезни ещё не оклемалась, – ответила я, потому что делиться своими секретами при посторонних я не намерена.

Эта Алёнка выводит меня из себя. Сидит в кресле и наблюдает за нами «хлопая ресницами». Они у неё длинные и густо накрашенные синей тушью. Волосы аккуратно собраны в «гульку» на макушке. Кожа лица без единого изъяна – симпатичная девушка, но холодная. Не всякий мужчина накинется на такое «ледяное» счастье, только если постарше, как Олег.