Этот безумный мир

Алевтина на пороге

Мне нужен Даниил, но он уже больше недели игнорирует меня. А между тем, в моей жизни произошли приятные события, и я бы хотела поделиться с ним своей радостью. Как-то Даниил, провожая меня на встречу с редактором, сказал, что меня ждёт судьбоносная встреча – так и случилось. Только не в тот день, а чуть позже. Иван Павлович сдержал своё обещание и принял меня в штат. Теперь я литературный редактор. Хотя… Даниил не принимает наш мир и часто не лестно отзывается о наших стремлениях и целях. А после последней встречи я вообще отчаялась снова увидеть его – он всем видом показал мне, что я ему безразлична: на вечеринке не в счёт, он там играл на публику.

Откуда в нём столько ненависти к нашему миру? Да, нас трудно понять, но и мне нелегко принять условности принятые соблюдать в Мирне. Даниил говорит, что Мидгард мир страха, а я бы сказала иначе – Мидгард мир веселья и радости. И пошлости, конечно, хватает, но как без неё – люди в большинстве своём невежественные, но мы такие и нас это устраивает. Пока. Мы потеряли страх, а, значит, потеряна вера. Вот раньше люди отчаянно верили в бога, в силу природы, потому и жили в гармонии с окружающим миром. К природе с уважением относились. Просили прощения у дерева, если приходилось срубить его. Не поблагодарив бога, к еде не прикасались. Но в какой-то момент вера пошатнулась. Человечество нашло объяснение многим некогда непостижимым вещам. Жить стало проще, без веры. А что есть вера? Наверное, это своего рода мироощущение, или природная духовность, присущая душе человека изначально. Вера — это способ жить в гармонии с окружающим миром. Смысл веры, жить в ладу с природой и со своей совестью. А кому хочется жить в гармонии с совестью? Разве только блаженным. Но зато отчаянно ищем истину – это теперь модно. Я, как и прочие пытаюсь найти её. А, может она заключается, в вере? Мы ищем истину и не находим, потому что нам не выгодно её найти. Вера предполагает объективные отношения людей с окружающим миром, отношение людей к действительности. Миряне остались верными идеалам предков, поэтому считают себя «совершенным» обществом. Никакие технологии не заменят наследия предков. Истина развития не в созидании, а в разуме самого человека. И Даниил приблизительно так ответил, когда я поинтересовалась, к чему стремятся миряне. Но недостатки в «совершенном» обществе мирян всё же имеются, к примеру, отречение от чувств. Безусловно, чувства у них есть, но почему-то миряне тщательно скрывают их.

Никак не удаётся уснуть. Мысли, мысли ... Привыкла засиживаться допоздна, а ведь мне с утра на работу. Мне даже страшно подумать, что я согласилась принять должность литературного редактора. Огромная ответственность легла на мои плечи. Наталья ушла из альманаха. Иван Павлович вызвал меня и сказал, чтобы я шла в отдел кадров, оформлять документы. И вот, завтра мой первый рабочий день. Как всё пройдёт? Как меня примут в редакции? Наталья общительный человек и, наверное, меня будут сравнивать с ней.

Лучше не травить себя мыслями, и постараться уснуть. Всё лучшее со мной случится завтра.

-Дрожишь?

В голове полный кавардак. Всё как будто перемешалось и катится в тартарары.

Ах, да, это сон. Даниил не настоящий – он мне снится.

-Ты видение и меня это огорчает, – говорю я, не открывая глаз.

-Эй, проснись. С ума сошла? Будильник прозвенел, а она дрыхнет без задних ног.

-Что? – От удивления я поднялась, и села на постели. – Это что-то новенькое.

-Фразеологизмы.

-Понятно. Обживаешься в Мидгарде? – улыбнувшись, заметила я.

-Кстати, почему ты решил, что я боюсь?

-Первый рабочий день. Не знаю, что принято говорить в таких случаях.

-Можешь просто пожелать удачи. Странно, что ты всё знаешь обо мне.

-Мне всё о тебе известно. И то, что ты не спала до утра. Глаза красные и лицо помятое, – без стеснения заметил Даниил. – Вставай, опаздывать нельзя.

-Встаю.

Открыла глаза, а в комнате никого нет. Значит, это было видение. Обидно, но ничего не поделать, Даниил близко и далеко одновременно. Так было и так будет.

В девять тридцать утра я в редакции.

-Наталья согласилась прийти сегодня, чтобы ввести тебя в курс дела, – встретив меня у входа, сообщила Любаша. Ох, какая удача. Я шла и не представляла с чего начинать. – А сейчас зайди к Ивану Павловичу, он ждёт тебя.

-Гонорар за работу, – сказал Иван Павлович и вручил мне конверт.

-Спасибо, – кивнула я благодарственно. А конверт-то солидный с виду, толстый.

-Я-то тут причём? – удивился Иван Павлович. – Глеба Илларионова благодари, за щедрость.

Выхожу из кабинета и заглядываю в конверт. Ух ты, а сумма кругленькая. Глеб Илларионов действительно щедрый человек. Что ж, некоторое время я не буду нуждаться в деньгах. Приглашу сегодня Ксению на ланч.

Наталья быстро ввела меня в курс дела и спешно удалилась. Не знаю, почему. Может, ей нелегко расставаться с прежним местом, а может реально торопилась куда-то. Но мне она помогла разобраться, что к чему. В принципе ничего сложного. Читаю, сортирую, пишу рецензии, и если Иван Павлович утверждает, передаю рукопись в технический отдел для вёрстки.

Ближе к обеду я позвонила Ксении и предложила пообедать вместе. В час я в центре в кафе «Vegas».

Сижу, пью кофе в ожидании подруги. Мне нравится чувствовать себя свободной и немножко богатой. К сожалению только деньги определяют, кто ты в этой жизни. Это ужасно, но если нет иного выхода, я принимаю такие правила игры. С детства нас учили, что деньги не главное, что есть иные ценности. Ну, и…? Покажите мне эти «иные