Этот папа нам подходит!

Глава 8

Просто секс без каких-либо обязательств. Именно так изначально обозначила их отношения Казакова. И это полностью устраивало их обоих. Ну Макса по крайней мере, точно – иметь возможность в любой момент расслабиться, иногда даже не покидая пределов телестудии. Какой же дурак от такого откажется? Тем более если этот вариант предлагает тебе красивая, сексуальная девушка.

Единственным условием Казаковой было – отсутствие каких-либо романов на работе прямо у неё перед носом.

- У меня нет желания следить за тобой, с кем ты там кувыркаешься в свободное время, - сухо заметила Альбина, застав его однажды в студии флиртующим с девочкой-статисткой. – Но на работе изволь проявлять уважение!

Вполне резонное условие, которое для Макса не составило никакого труда безукоризненно исполнять, с учётом его плотного рабочего графика. А вот сама Казакова с каждым днём, всё меньше придерживалась позиции «у нас с тобой нет ничего серьёзного». И всё чаще, в её действиях и разговорах стали прослеживаться намёки на что-то большее, чем просто секс.

Но в целом с Альбиной было хорошо и удобно. Макса даже не особо напрягали её холодность и постоянный самоконтроль в моменты близости. Если и он, и она по итогу получали долгожданную разрядку, то, к чему вся эта ненужная рефлексия? Хотя порой Семёнов ловил себя на мысли, что было бы интересно увидеть её полностью отдавшуюся моменту, чувственную и страстную. Настоящую. С тех пор как он пришёл работать на телеканал, ему вообще казалось, что он перестал видеть «настоящих» людей, видеть открытость и искренность. Все как будто играли отведённые им роли. Словно магия телевидения, которая царила за кадром, проникла под кожу и работникам канала. Превращая их в бездушных кукол, единственной целью которых было продвинуться вверх по карьерной лестнице, обогнав своих менее удачливых коллег, и заработать как можно больше бабла.

Да, чего-то настоящего, искреннего Максу очень не хватало в своей жизни, которая в последние годы была наполнена бесконечной работой.

Может быть, поэтому он с таким воодушевлением отыгрывал поздравительную программу для маленького мальчика. Несмотря на свой костюм вымышленного героя, Макс чувствовал, что там в этой маленькой, старой квартирке всё было по-настоящему. Горящий взгляд детских глаз, в которых отражался восторг и ожидание чуда. Тёплая, искренняя улыбка матери, которая светилась безграничной любовью, когда она смотрела на своего ребёнка. Когда ты попадаешь в эту атмосферу любви и тепла, то и в тебе самом начинает пробуждаться внутри всё самое хорошее и светлое, вера в настоящее чудо. То, чему не было места во взрослой жизни. То, что растворялось в бесконечной суете сменяющих друг друга дней и постоянной погоне за деньгами и популярностью.

Макс ведь правда не хотел никуда уходить из этой квартиры. И если уж говорить откровенно, то и уходить от неё – Вероники, девушки с самой солнечной и тёплой улыбкой, которую он когда-либо видел. Поэтому он с удовольствием остался и почитал мальчишке несколько его любимых историй. Макс уже сам был готов напроситься на чай, чтобы продолжить знакомство вне рамок поздравительно программы. И наверное, так бы и сделал, не предложи Вероника ему поужинать.

Семёнов не помнил, когда в последний раз кто-то из женщин, за исключением его матери, предлагал его накормить. Альбинка испытывала к готовке абсолютную антипатию. Верхом её кулинарных умений считался сносно приготовленный кофе. Другие девушки, которые захаживали к нему домой, предпочитали, чтобы он сам накормил их: предварительно сводив в ресторан или заказав доставку еды. А вот чтобы предложить ему что-то домашнее, приготовленное собственными руками... Нет, сколько бы Макс ни перетряхивал свою память, но ничего подобного он вспомнить так и не смог.

Ника была настоящая – искренняя, живая, с лучезарной улыбкой, от которой у него замирало сердце и поднималось внутри давно позабытое юношеское волнение. А ещё невероятно красивая и при этом совершенно не осознающая своей красоты – сочетание ну просто контрольный выстрел в голову! Судя по тому, как вела себя девушка во время записи специального новогоднего выпуска с Сёмой, она, правда, не догадывалась, какое производит впечатление на находящихся рядом с ней мужчин. Не один Макс то и дело оборачивался на неё во время программы. Стас, их световик, тоже постоянно бросал на неё заинтересованные взгляды. Но Ника ничего не замечала, всё её внимание было целиком и полностью сосредоточено на сыне.

«Всё-таки надо было взять у неё номер», - с тяжёлым вздохом подумал Макс, поднимаясь с кресла.

Как-то он очень самонадеянно сказал ей на прощание про их скорую встречу. То, что они живут в соседних дворах и, вероятно, ходят в одни и те же продуктовые магазины, ничего не значит. Некоторые люди годами живут в одном подъезде, не замечая друг друга и даже не здороваясь при встрече.

Сколько он уже живёт в своей новой квартире? Месяца два или больше? Что-то он не помнил, чтобы хоть раз натыкался в округе на девушку хоть отдалённо похожую на Нику, а глазомер на красивых девушек у него был настроен, как надо.

Впрочем, вселенная решила проявить свою благосклонность и подарила Семёнову ещё один шанс. Именно об этом подумал Макс, падая носом об лёд, когда его неожиданно сбила с ног огромная детская ватрушка. Из которой раздался уже знакомый ему испуганный голосок:

- Мам! Мам, смотри! Мы, кажется, дядю убили!!