Этюд самозванки и лжеца

2.5

В аудитории стояла неестественная тишина. Как в том переулке.

Я, не отрываясь, смотрела на профессора. Мыслей в голове было много, и все – бесполезные. ОН убьет меня? Посреди Академии? А тело как будет прятать? Неудобно же. Я прикусила щеку до крови, скидывая оцепенение. Переговоры или побег? Выбор был очевиден. Я рванула к выходу. Профессор щелкнул пальцами, и стена огня взметнулась перед дверью. Я резко отшатнулась, подвернув ногу. На мгновенье пронзительная боль ослепила и тут же отступила.

Все-таки переговоры.

Я повернулась.

Профессора Шлимана моя мимолетная попытка побега не взволновала. Он был спокоен. Будто не признался в преступлении, будто не угрожал сжечь меня заживо.

— Приятно видеть, что советы моей лекции вы приняли близко к сердцу, — он застегнул портфель и протянул руку, не смотря на меня. — Бумаги, мисс Ленорман.

Я не была знакома с тонкой наукой переговоров. Но не нужно быть гроссмейстером, чтобы расставить фигуры в нашей ситуации. Мне был известен секрет профессора Шлимана, за который ему грозила казнь. И была жива лишь потому, что владела бумагами, его интересовавшими.

Отдам бумаги, потеряю жизнь.

Я ухватилась за стол, перенося вес с больной ноги. Выпрямилась. Получилось не очень-то угрожающе.

— Мое поступление подписал лично император. Его весьма интересует мой дар. Скрыть мое убийство вам будет не так уж и просто.

Надеюсь. Потому что если у профессора есть какой-то волшебный способ прятать тела невинных свидетелей, то следующий этап в моем плане упасть на колени, и, рыдая взахлеб, умолять пощадить мою жизнь.

— Убийство? — профессор Шлиман имел наглость выглядеть удивленным. — К чему такие сложности, мисс Ленорман? Избавиться от вас можно куда проще. Документы. — Он нетерпеливо махнул рукой. Я покачнулась, надежнее ухватившись за стол. Способ все-таки был? — Мы с вами все еще обручены, мисс Ленорман. Люди найдут объяснение, почему вы, потрепанная, вышли из моего кабинета. У меня есть способы разрушить вашу жизнь, не запачкав руки вашей кровью.

— Слухи о репутации девушки из деревни или история о том, что в центре столицы действует ритуалист. Интересно, что захватит умы скучающей столичной знати сильнее?

Губы профессора Шлимана дернулись в непрошенной улыбке, которую он тут же спрятал. В глазах его плясали отблески огня, что жег мне спину, не опаляя форму.

— Другие на вашем месте уже отдали бы бумаги и молили ужасного ритуалиста о пощаде.

— А вы пощадите?

— Мне нужны лишь бумаги.

И вправду. Все ритуалисты – лжецы.

— И мое молчание.

— Я рассчитывал, что ваш страх и мое влияние на ваше благополучие заставят вас молчать. Но теперь вижу, что ошибся. Мне жаль, что вы оказались вовлечены в это дело. Но отступить я не имею права.

Я едва заметила выпад профессора. Блеснул кинжал. Я отшатнулась закричав. Дотронулась до лица, но не обнаружила рану. В руках профессора оказался локон моих волос. Я тяжело дышала, привалившись к парте. От страха ноги стали ватными и не держали меня. Если эта беседа продлится еще немного, я позорно потеряю сознание.

— Говорят, у вас есть сестра-близнец? Покинутое богами дитя. Бедное создание. Будет жаль, если она станет жертвой ритуала какого-то мерзавца. Для них ведь так немного надо. Волосы родственника, например.

Он спрятал мой локон во внутренний карман профессорской робы.

— Вы не посмеете, — едва слышно выговорила я.

— Я не буду тратить на это силы, если вы меня не вынудите. Ритуалы, знаете ли, непростое занятие. Мне нужно лишь ваше молчание и бумаги.

Шантаж и угрозы, конечно, низко. Но разве не мог он силой забрать и бумаги, и мою жизнь? Могла ли я ему верить?

— Как я могу быть уверена, что вы не причините вреда другим студентам?

— Вам придется полагаться на мое слово.

Я не могла сбежать, не могла пригрозить карой богов – он и так от них отвернулся.

Я вытащила из сумки бумаги и спешно отдала не глядя.

— Благодарю. А теперь забудем об этом недоразумении. Чего же вы замерли, мисс Ленорман? Вы так на следующее занятие опоздаете.

Я несколько раз сглотнула, прежде чем смогла найти слова.

— Стена из огня немного мешает, господин профессор.

— Ох, мисс Ленорман? — он прошел сквозь огонь не моргнув. — Это иллюзия. Я бы не стал рисковать безопасностью Академии и жизнью студентки. Это же неподобающе для профессора поведение. Давайте впредь соблюдать полагающуюся дистанцию и не тревожить друг друга.

Профессор ушел, а я так и осталась стоять в пустом кабинете, собираясь с мыслями. Все еще жива. Рассказать кому-то? А как же сестра? Из ступора меня вывел удар в колокол, означающий начало нового занятия.

Я поспешила в следующую аудиторию, но неудачно наступила на ногу, и та вновь отозвалась резкой болью. Я бы упала, но Аманда, ждавшая меня, помогла, вовремя поддержав.

— Что с твоей ногой? Зачем двери закрыли? Неужто эти жуткие слухи о профессоре Шлимане — правда?

Я развернулась так резко, что в шее что-то хрустнуло. Аманда знала?