Эзайто – тайна двух миров

Глава 16.   *НЕВИДИМАЯ СВЯЗЬ*

Тишина ночного парка после исчезновения портала казалась оглушительной. Лунный свет, пробивающийся сквозь ветви деревьев, слабо освещал наши лица, бледные от пережитого. Кай и Эрен, шатаясь, опирались друг на друга, пытаясь прийти в себя после заточения в каменной статуе. Я же, несмотря на дрожь в коленях и ноющую боль в обожженной руке, чувствовала странную смесь облегчения и глубокой задумчивости. Мы были спасены, но вопросов стало еще больше, чем ответов.

– Что… что это было? – хрипло спросил Эрен, оглядываясь по сторонам, словно ожидая, что розовые деревья Эзайто вновь появятся из ниоткуда. Его голос дрожал, выдавая пережитый ужас.

Кай молчал, его взгляд был устремлен на то место, где секунду назад возвышалась зловещая статуя. В его глазах читалось потрясение, но в глубине таилось что-то еще… что-то похожее на смутное узнавание.

Я глубоко вздохнула, пытаясь подобрать слова. Как объяснить им то, что сама едва осознавала?

– Это… это было место из моих снов, – наконец произнесла я тихо. – Мир, который я видела с детства. Он называется Эзайто. И каким-то образом вы оказались внутри той статуи, которая там стояла.

Братья переглянулись в полном недоумении.

– Твоих снов? – переспросил Эрен, нахмурив брови. – Что за бред? Как мы могли оказаться в твоих снах?

Кай наконец оторвал взгляд от пустого пространства и посмотрел на меня. В его обычно колючем взгляде сейчас читалось лишь замешательство, но промелькнула и какая-то странная, почти болезненная нотка.

– Ты… ты спасла нас? – спросил он, его голос звучал непривычно мягко, словно он боялся разрушить какую-то хрупкую иллюзию.

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком.

– Я не знаю, как вы туда попали, – призналась я. – Но я видела эту статую раньше, в своих снах. И сегодня ночью я вспомнила… вспомнила, что видела рядом с ней какой-то камень, какой-то символ. Интуиция подсказала мне, что это может быть ключом.

Я рассказала им о странном камне, о символе на постаменте, о том, как портал открылся, когда я соединила их. Рассказала о розовом лесе, о светящихся кристаллах и о том голосе, который звучал в моей голове.

Кай и Эрен слушали меня, не перебивая, их лица становились все более серьезными и задумчивыми. Когда я закончила свой рассказ, повисла долгая, напряженная тишина.

– Это… это невозможно, – наконец прошептал Эрен, покачав головой. – Мир из снов? Каменная статуя, которая нас поглотила? Это звучит как какой-то сумасшедший кошмар.

– Но это случилось, Эрен, – возразил Кай, его голос был твердым, хотя в нем все еще чувствовалась усталость. – Мы оба это чувствовали. Эта холодная тьма… эта слабость, которая нас сковывала… И потом этот зеленоватый свет…

Он замолчал, словно не в силах подобрать слова, чтобы описать пережитый ужас. Но в его глазах мелькнуло что-то странное, словно он пытался сопоставить мои слова с какими-то собственными, давно забытыми ощущениями.

– Я… я помню, как будто засыпал, – продолжил он после паузы, его взгляд был устремлен куда-то внутрь себя. – Все вокруг стало каким-то размытым, а потом… холод. Камень вокруг меня. Я пытался кричать, двигаться, но не мог. Было такое ощущение, будто вся моя жизненная сила утекает куда-то… Но еще… еще мне казалось, что я уже был в этом месте раньше. Этот розовый свет… эти странные деревья…

Эрен вздрогнул и потер руки, словно пытаясь согреться, хотя ночь была довольно теплой.

– У меня было то же самое, – прошептал он. – Только я еще видел какие-то странные тени… и слышал тихий, печальный шепот. Будто кто-то рядом страдал.

Мои слова о запертой душе в статуе эхом отозвались в моей голове. Неужели братья чувствовали ее присутствие? Но слова Кая о том, что место казалось ему знакомым, заставили меня насторожиться.

– Этот голос… который говорил со мной в Эзайто, – произнесла я задумчиво. – Он звучал очень печально, даже… болезненно. Он сказал, что я не должна там быть.

– Может быть, это и была та самая душа? – предположил Эрен, нахмурив брови. – Которая была заточена в статуе. И мы каким-то образом оказались связаны с ней.

– Но как? – воскликнул Эрен в отчаянии. – Почему мы? Почему эта статуя? Почему твои сны, Сарина? Ничего не имеет смысла!

Я чувствовала себя так же потерянной, как и они. Но слова Кая посеяли во мне зерно сомнения. Неужели я была единственной, кто видел Эзайто?

– Кай, ты сказал, что место казалось тебе знакомым, – осторожно спросила я. – Ты… ты когда-нибудь видел его раньше? Во сне, может быть?

Кай нахмурился, пытаясь что-то вспомнить.

– Бывало… иногда мне снились странные сны, – признался он после долгой паузы. – Розовый свет… необычные деревья… но я никогда не придавал этому значения. Думал, просто странные сновидения. И еще… мне иногда снилась девочка. Маленькая девочка со светлыми волосами. Мы… мы играли вместе в этом розовом лесу.

Мое сердце бешено заколотилось. Маленькая девочка со светлыми волосами, так ещё и в Эзайто… это могла быть только я.

– Ты… ты помнишь, как она выглядела? – с замиранием сердца спросила я.

Кай наморщил лоб, пытаясь восстановить в памяти ускользающие образы.

– Смутно… помню ее улыбку… и еще… у нее всегда был с собой маленький, потертый плюшевый медвежонок.

Я судорожно вздохнула. Это точно была я. Мой старый медвежонок, с которым я никогда не расставалась в детстве, его подарил Марк…

– Кай… – прошептала я, чувствуя, как по щекам начинают катиться слезы. – Это была я. Ты видел меня в своих снах. В Эзайто.

Эрен удивленно переводил взгляд с меня на Кая и обратно, не понимая, что происходит. Кай же смотрел на меня с потрясением, словно пытаясь сложить два невозможных пазла в одну картину.

– Это… это правда? – пробормотал он, его голос дрожал от волнения. – Но как… как такое возможно?