Ежевичная книга

2 ГЛАВА

Содрогаясь от ужаса и ночного, пробирающего до костей холода, шли мы мимо чёрных, уродливых деревьев, один вид которых наводил непонятные тоску и трепет. Шли, пока не увидели того, кого столь долго и упорно искали - Кузьму, невозмутимо сидящего на старом полусгнившем пеньке и проводящего стрим. Судя по его сияющему счастьем лицу и горящим возбуждением глазам, трансляция проходила невероятно успешно и лайки сыпались как звёзды с небес в августовскую ночь.

- Эй! - довольно грубо окликнул его Глеб, надвигаясь на Кузю со столь угрожающим видом, что сердце моё тревожно заколотилось от страха за моего единственного друга.

- Погоди-погоди, не мешай! - сделав вид, что не заметил угрозы в его голосе, досадливо отмахнулся от Глеба Кузьма.

- Может, ну его? Пусть сидит, - робко предложила Алинка.

- Ну уж нет, он должен мне ответить! Этот клоун с фиолетовыми волосами всё знал изначально! И на Сенную площадь нас потащил, зная, какая чертовщина здесь творится после полуночи! - почти рычал её брат.

- Глеб, прекрати, - опасаясь за здоровье Кузьмы, вмешалась уже я, - Откуда он мог знать, что всё это правда? Кузя просто хотел рассказать нам страшилку - и всё…

- Заткнись, дура! - оборвал меня Глеб, сверкнув бешено очами, - Ты либо такая же клоунесса, как и он, либо тоже ведьма, как все рыжие девки! Хотя одно другого не исключает! Если с моей сестрой что-то случится…

Кузьма будто не слышал его слов, не обращая внимания на сыпавшиеся оскорбления Глеба в мой адрес, и оттого стало мне вдруг невыразимо горько…

- Короче, фокусник. Окончились твои фокусы, - подходя к нему и бесцеремонно вырывая у него из рук смартфон, рявкнул Глеб, - Сейчас мы разделимся по двое, и я, так как не особо тебе доверяю, иду с Алинкой. Ты же со своей рыжей ведьмой иди куда хочешь, хоть к Лешему в гости! Нас это больше не касается, ясно?

Из-за сорванного стрима Кузьма был, очевидно, так зол на парня, что не удостоил его даже ответом, лишь полыхнул в ответ яростным блеском изумрудных глаз и кивнул порывисто.

Когда Глеб и Алинка удалились, он вновь возобновил трансляцию и теперь бегал от дерева к дереву, самозабвенно, взахлёб пересказывая легенду о Змеином лесе - слово в слово так же, как рассказывал нам. Я же шла, шарахаясь в испуге от каждого уродливого дерева, от каждого звука из тех, что обыкновенно слышны в лесу по ночам…

Где-то с диким хохотом ухала сова, перелетая с ветки на ветку, мерцая в сгустившемся вокруг тумане золотистым пожаром круглых совиных глаз. От каждого её безумного вскрика я вздрагивала и тоже как безумная бешено оглядывалась по сторонам - меня ужасала одна мысль увидеть в черноте ночи глаза уродливых лесных духов.

Напуганная, я сама не заметила, как приблизилась к странному весьма дереву - огромному вековому дубу, растущему корнями вверх. Из всех чёрных, одинаковых деревьев Змеиного леса выделялся он каким-то необыкновенным благородством, что ли. Не был он ни изогнут, ни уродлив - напротив, зелёной вуалью украшал его ствол бархатистый мягкий мох.

Не заметила я и то, как подходя к нему, ненароком переступила через невидимую в чернильной тьме границу из грибов и камушков - и очутилась в тот же миг совсем в ином лесу…

Я подняла голову, и в тот же миг бездна ночного неба ошеломила меня - бесконечное число необычайно ярких звёзд, глядевших так нежно, так ласково…Чуть слышно позванивая, точно крошечные хрустальные колокольчики, собирались они в незнакомые мне созвездия, не прекращая странный свой ночной танец.

В этом лесу царило небывалое обилие запахов: пахла ночной росистой свежестью трава, нестерпимо прекрасным запахом благоухал нежно-розовый цвет яблонь и ещё каких-то невообразимых голубоватых цветов, растущих у корней столетних деревьев, названия которых я не знала.

Почти сразу пришла в голову тревожная мысль о параллельном мире, но я отмела её с беспечностью: пусть! Таким волшебным, добрым и сказочным был этот ночной весенний лес, что не хотелось совершенно думать о каких-то там опасностях.

Только идти бы по его озарённым яркой полной луною тропкам - идти целую вечность, наслаждаясь юными ароматами весны и ловя свет стремительно пролетавших мимо светлячков.

«Должно быть, это «Матрёшка», - размышляла я, задумчиво ступая по душистому молодому мху, - Где-то, в какой-то фантастической книге я читала о подобных вещах, когда один параллельный мир как бы находится в другом»

Из задумчивости вывел меня звук охотничьего рога, раздавшийся неподалёку и, что странно, не удививший меня совершенно. Это же параллельное измерение, в конце концов!

У меня было стойкое ощущение, что я нахожусь в какой-то волшебной сказке, когда прямо передо мной показался из-за цветущих диких яблонь всадник на великолепном вороном коне. И только когда он подъехал немного ближе, стала заметна мне его невероятная, неземная красота…

При ближайшем рассмотрении он оказался всего-то на два-три года старше меня. У всадника были длинные светло-рыжие волосы, блестящие и мягкие на вид как шёлк; белоснежная, без единого изъяна кожа на абсолютно совершенном, почти божественном лице с идеальными чертами. Но самым удивительным было то, что своими ясными жемчужно-серыми глазами этот юноша смотрел на меня с таким нескрываемым восхищением, будто не видел никогда никого прекраснее!

- Здравствуй, рыжик, - улыбнулся он мне, подъезжая на гарцующем жеребце, чёрная шерсть которого блестела в нежном сиянии полной луны, - Почему я не видел тебя здесь раньше? Кто ты и как тебя зовут?