Фагоцит разбушевался

Главы 25 и 26

Глава 25

- По-моему, тут чем-то пахнет, - заявил Гагарин, вплывая в бытовой отсек «Салюта» и подняв стекло шлема легкого скафандра.

- Поливинилхлоридом, - уточнил я, проделав то же самое. – Проводку монтировали прямо с завода, вот она и ароматизирует помаленьку. Ничего, если бы воняло диметилгидразином, было бы гораздо хуже.

- Раздеваемся и приступаем к работе, - подытожил Гагарин. – Может, хоть сейчас расскажешь, что за сверхсекретные эксперименты ты тут собрался проводить? Я все-таки командир корабля. Правда, Шелепин сказал, что это на твое усмотрение.

- Сейчас.

В невесомости не требовалось ни прилечь, ни присесть, ни расслабиться. Я прикрыл глаза, потом открыл их и увидел давно знакомую квартиру Антонова.

- С прибытием! – приветствовал меня духовный брат. – А ну-ка пройдись.

Я прошелся.

- А ничего, тебя совсем не качает.

- Так сколько той невесомости было-то? Всего ничего. Ладно, готовь посылки, я пока отключаюсь.

Антонов возился в двадцать первом веке часов пять, потом он пообедал, и мы с ним мысленно перенеслись на орбитальную станцию, став Скворцовым.

Я раскрыл ладонь и убедился, что кристаллик соли, который Антонов зажал в кулаке перед отбытием, на месте. Впрочем, и без того чувствовалось, что все наши способности работают, причем как бы не лучше, чем в нормальных условиях.

- Буду испытывать приемопередатчик межпространственной трансгрессии, - объяснил я. – То есть устройство, способное мгновенно принимать предметы, отправленные сюда из камеры передатчика. А потом наоборот, это устройство обратимое.

- Серьезно? – удивился Юрий.

- Еще как, вот проверю электронику и, глядишь, часа через три-четыре начнем. На Земле получалось очень плохо, но есть основания считать, что здесь будет по-другому.

- А оно не е…т?

- Да вроде не должно.

Похоже, Юра мне не очень поверил, но специально убеждать его в мои планы не входило. Просто надо было выяснить, как на наших с Антоновых способностях скажется нахождение Скворцова на орбите. А делать это незаметно для напарника и командира вряд ли получится – в «Салюте» все на виду. Это, кстати, одна из тех трудностей, которую должны преодолевать космонавты. Мне проще – я уже привык жить как за стеклом, от Антонова что-либо скрыть если и возможно, то очень трудно.

Время для эксперимента настало часов через пять после прибытия на станцию, когда все ее системы были проверены и мы убедились, что жить тут можно. Роль «приемопередатчика» исполнял текстолитовый ящик с размерами, примерно вдвое превышающими максимально возможные для переброса. Сбоку у него имелось два разъема – один большой ШР для подключения к бортсети станции, чтоб, значит, светодиодам было от чего моргать, и маленький ДБ-9, этот уже чисто для красоты. К нему был подключен пульт дистанционного управления, в свое время сделанный для «Комсомольца», но оказавшийся неудачным. Однако он весил всего полтораста грамм, так что станцию не перегрузил. И, значит, светодиоды помигали, а мы вскоре стали обладателями аж четырех банок черной икры. И это невзирая на то, что с момента предыдущего сеанса прошло всего пять часов! На Земле нам с духовным братом подобные подвиги как-то не очень удавались. Для того, чтобы переслать груз, близкий к максимально возможному по размерам и массе, требовалось не меньше трех суток полного неиспользования паранормальных способностей. Правда, в сумме, то есть время здесь плюс время там, но сейчас и у меня, и у Антонова пауза была существенно короче.

- А это не фокус? - на всякий случай уточнил Гагарин.

- Все новое поначалу часто воспринимается или как фокус, или даже как чудо. Можешь заказать следующий объект для переноса, но и по размерам, и по массе не превышающий эти банки.

- Кстати, неужели нельзя было выбрать что-нибудь более полезное?

- Так ведь не последний же у нас день на станции, успеем еще. В общем, заказывай.

- Ты в шахматы играешь?

- Так себе, ни на какой разряд не тяну, даже на юношеский, если они есть в шахматах.

- Я примерно так же, поэтому давай попробуем исправить эту недоделку, ведь никаких игр на станции нет. Шахматы нужны с фигурками на магнитах, естественно.

- Попробую завтра, но не уверен, что получится. Но послезавтра – почти наверняка. А пока, раз уж у нас по расписанию все равно отдых, давай потренируемся голосовать.

- Неужели это так трудно? – не понял Юрий.

- Не знаю и не уверен, что у меня сразу получится в невесомости попасть бюллетенем в щель нашей избирательной урны. А действо будет проходить в прямом эфире и поэтому должно смотреться безукоризненно. Кстати, лично у тебя сколько времени отнимало исполнение обязанностей депутата?

- Четыре часа в месяц, в сессию больше. А ты за кого голосуешь, если не секрет?

- Понятия не имею. Спасибо, что напомнил, надо посмотреть, а то, действительно, может получится неудобно. Вдруг кто спросит, мало ли.