Факультет боевой магии. Сложные отношения (издание)

Глава 3

Корбин Рихтер

Подцепив последний бутерброд, Корбин задумчиво взглянул на него и, одобрительно кивнув самому себе, отправил его следом за остальными двумя. Не оставлять же несчастного страдать в одиночестве?

Софи ушла решать какой-то вопрос с деканом, оставив его в полном одиночестве. Те преподаватели, кто задержался в кабинете после пар, увидев алхимика, довольно быстро свалили. Особенно весело улепётывал хорошенький лермиец. Рихтер кривовато улыбнулся, вспомнив реакцию этого Моретти. Что ж, обычные люди всегда презабавно реагируют на его глаза.

Корбин растянулся на довольно неудобном кресле, закинув ноги на чей-то стол, лениво обвёл преподавательскую взглядом. Взгляд зацепился за огромный ридикюль Софи, так неосторожно оставленный в комнате. Интересно, что она с собой носит? Наверное, кучу артефактов, а ещё, может быть, всякие женские штучки, хотя он никогда не видел, чтобы она красилась. Вероятно, у неё есть и портретик мужа с собой. Обычно довольно прагматичная Софи относилась к Мартину и всему, что было с ним связано, с необыкновенным... как бы это сказать... трепетом?

Это раздражало. Мартин Шефнер точно не был тем человеком, которым кто-то мог восторгаться. Особенно Софи. Он явно не заслужил такую любовь жены к себе.

Вот только почему его самого так всё это задевало? Слишком сильно. Если это результат магического договора, то вообще удивляло, как учителя в итоге отпускали своих учеников на свободу, а не привязывали их к себе на веки вечные. Хотя, может, это он такой ущербный, раз цепляется за свою ученицу.

В последнее время Корбин часто размышлял о той связи, что возникла между ним и Софией Вернер. Вначале ему было так интересно почувствовать себя в роли наставника... а потом всё резко усложнилось. И дело не только в том, что Софи вышла замуж за занудного Шефнера, будто ему назло. Всё началось раньше. Какие-то неправильные мысли. И совершенно неправильные и неуместные чувства.

Это не была влюблённость, и уж тем более не было эротическим желанием, вызванным красивой, но недоступной по определённым причинам женщиной. Но и отеческих чувств к своей ученице алхимик не испытывал, тут он мог согласиться с Софи. Дружба? Может быть, хотя дружить с симпатичными женщинами казалось Корбину чем-то противоестественным.
Если он не разберётся с этим вопросом в ближайшее время, то его голова точно треснет.

В кабинет зашёл старикашка в очках, напевая себе что-то под нос. Заметив Рихтера, он остановился, осуждающе окинув его взглядом.

— Это, между прочим, мой стол.

— Прошу прощения.

Рихтер поднялся и пересел за стол Софи.

— Ну и кто вы такой будете, молодой человек?

— Корбин Рихтер, алхимик, — удивлённо ответил маг. — Буду вести факультатив по криминалистике. И ещё я наставник и друг Софи. А вы кто?

— Ларс Муниг, профессор истории. А супруг фрау Шефнер знает о вашей дружбе с его женой? — строго спросил старичок, бросив испытующий взгляд поверх очков.

— Да у бедняги уже все зубы стёрлись от скрежета. А сделать ничего не может, — с плохо скрываемым злорадством ответил Рихтер. — И если что, когда я говорю о дружбе, то имею в виду только дружбу и ничего больше.
Софи точно его убьёт, если из-за его неосторожных слов по университету поползут слухи об их любовной связи. Как-то плохо у неё в этом месте с чувством юмора, совсем как у Марти.

— Не сомневаюсь. Фрау Шефнер производит впечатление пусть и легкомысленной, но довольно порядочной женщины.

Софи всё не возвращалась, и Корбин совсем заскучал. Он задумчиво посмотрел на неспешно собирающегося профессора и, подкравшись к нему со спины, спросил:

— Вы разбираетесь в истории магии или только военную знаете?

Старичок вздрогнул и, неуверенно покосившись на мага, ответил:

— Всю жизнь преподавал у магов. То у целителей, то у менталистов... в последнее время всё как-то больше с боевыми магами приходится иметь дело. Так что пришлось разбираться.

Корбин расстегнул запонку, закатал рукав на правой руке и протянул ладонь профессору.

— А вот что это такое, знаете?

Муниг задумчиво пожевал нижнюю губу, разглядывая тонкую полоску шрама, а затем нахмурился.

— Я видел что-то подобное на левой ладони фрау Шефнер, но не придал значения.

Получается, когда вы говорили о наставничестве, вы имели в виду магический договор?

— Вы действительно в теме, — обрадовался Корбин. — И что думаете?

— А что я должен думать? — пожал плечами историк. — Подобная магия вещь сложная и рискованная, о которой не принято говорить вслух, не говоря уже о ведении каких-либо записей. Вам должно быть виднее, господин маг.

Корбин почувствовал разочарование. Ну и где мудрый совет от старца, когда он ему так нужен?

В дверях появилась Софи, кинула весьма красноречивый взгляд на алхимика — дескать, хватит докапываться до несчастного профессора, и вопросы о магическом договоре пришлось отложить. Схватив свою сумку, чародейка, не дожидаясь наставника, вышла из кабинета.

— Я к вам потом подойду. Будет замечательно, если вы для меня что-то найдёте, — сказал Корбин не слишком-то доброжелательному старичку. — Рассчитываю на вас, профессор.

Не обращая внимания на дикий взгляд ошарашенного такой наглостью Мунига, Корбин выскочил вслед за Софи. Нагнал её за пару шагов, легкомысленно спросил:

— Ты куда сейчас? Поедешь домой?