Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви.

Глава 3

Опираясь двумя руками на прилавок, я считала про себя сначала до пяти, потом до десяти. Передо мной сиротливо лежала пачка гречневой крупы. И всё... А этот сморчок философствовал на тему здорового питания. Объяснял мне, дремучей, что с благородным мясом перепелов подают фруктовое вино и никак иначе. 

Поджав губы, с тоской выглянула в окно на газельку. Да лучше ещё две такие разгрузить, чем впаривать гречку этой нудной сволочи, которая не понимает, что мой рабочий день уже закончен и я очень хочу домой.

Ну что я многого прошу, что ли?

— Слушайте, ответьте мне просто, вам курицу целиком? — этот блаженный рыжий достал до печёнок. — Понимаете, нет у нас ничего, кроме бедра, крыла, грудки ну и тушки курицы. Ни перепелов, ни куропаток, ни утки, ни диких лесных голубей... Только курица, и всё! 

Я тяжело вздохнула и покосилась на большие часы, висящие на входе.

Девять!

Живот жалобно заурчал, намекая, что ну очень желает отужинать, да и ноги ныли. 

Домой хотелось страшно. Но нет...

Вместо того чтобы ответить, эта зараза пробежалась взглядом по холодильникам.

— А рыба морская есть?

"А-а-а" — взревела мысленно и оскалилась в ну очень "доброй" улыбке.

— Есть. Селёдка! Прибыла к нам из Тихого океана. Родилась и выросла точно там. Зуб даю.

— Селёдка? — его лицо вытянулось. — Что за рыба такая? Под каким соусом её подают к столу?

— Да по-разному, — я развела руками, — но чаще под подсолнечным маслом на подушке из варёного картофеля.

Мой живот взвыл, а перед глазами пронеслась картошечка да в мундире и сковородочка с жареным лучком. Боже, я буквально ощущала запах вкуснейшей селёдки... 

Сволочь! Гад рыжий! Чтобы ты провалился на этом месте...

— Ну, брать будете?

— Я не слышал о такой рыбе. Да и земляной клубень — пища простолюдинов. А белуга, тунец...

— Может вам ещё осётр русский подать?

— Конечно, что же вы стоите! — он как-то оживился, взгляд узких глазок заметался по витринам.

— Издеваетесь, да? — моё лицо приобрело просто зверское выражение. — Оглянитесь, посмотрите вокруг. Это маленький магазинчик в типовой пятиэтажке. Наши покупатели обычные люди среднего достатка. Так вот, они ни калуги, ни белуги не едят, разве что только по большим праздникам. Или берите селёдку, или идите без рыбы.

— Да я уже смекнул, что магазин у вас для простолюдинов, — он понимающе закивал. — Ну селёдка, так селёдка. Может, с каким вином и зайдёт.

"У-у-у, блин, аристократия" — у меня внутри всё кипело.

— А вы откуда к нам пожаловали, уважаемый? — не выдержала я, любопытство вылезло наружу.

— Шаливар, но вы не знаете, — он отмахнулся столь пренебрежительно, будто у меня два класса образования, и я на палочках едва умею считать.

Нет, ну, глянь на него. Ай, какой франт да в нашу деревню.

— И действительно, не имею никакого понятия. Наверное, захолустье какое-нибудь, — съязвила я.

Он открыл было рот, но ничего сказать не успел. Дверь в магазин громко хлопнула, и появилась моя напарница.

— Аля, что у тебя здесь? Куда пропала? Там ещё десять коробок и минералка в плёнке, а у меня спина не разгибается.

— Тут покупатель очень важный. Белугой интересуется. Перепелами, — я указала на рыжего. — Пётр Иванович сказал обслужить. Ты не знаешь, у нас курица благородная?

— А как же, — хрюкнула тётя Нюра. — Фабрика ещё при царе батюшке строилась. Считай, вся птица голубых кровей.

— Значит, курицу? — я снова «доброжелательно» улыбнулась своему важному покупателю. — Берёте?

— Да, — мужчина снисходительно кивнул. — Мне также нужен белоснежный длиннозерный рис, чай непременно сорта «Эрл грей». Рыба... Ой, ну, главное, чтобы морская. Селёдку подавайте свою. Можно каких-нибудь гадов...

— Вот чего нет, того нет! — снова завелась я. — С гадами совсем напряжёнка. Не подвезли ещё... 

— А кальмары, креветки...

— И мидий тоже нет. Уважаемый, мы простой магазин! —  кажется, у меня глаз дёрнулся в этот момент. — У нас хлеб, яйца да килька. Макароны, тушёнка и горох... Какие гады? Здесь только один...

— Аля! — резко оборвала меня тётя Нюра. — Гадов нет. Сегодня уже не будет. 

Рыжий усатый таракан поморщился.

— Тётя Нюра, а давайте вы отпустите, а я за коробками, — меня тихо трясло.

Я была настолько уставшая, злая и голодная, что легко ненароком и голову откусить могла некоторым здесь присутствующим.

Это вообще было странно, но меня сам вид этого мужика приводил в бешенство. Причём бесило в нём всё. От цвета волос до прыща над верхней губой. Голос, глаза эти зелёные... 

— Аль, ты что такая взвинченная? — напарница верно оценила моё состояние. — Иди уж, разгружай машинку. Там уже водила ворчит.

 Окрылённая, я выскочила из-за прилавка.

— Девушка, постойте, — рыжий грубо поймал меня за запястье и вздрогнул.

Я могла поклясться, что в зелёных странно ярких глазах полыхнул огонёк. Я наблюдала это странное свечение, неспособная дышать. 
Злоба нарастала с неистовой силой...

И только когда он моргнул, я пришла в себя и испуганно отшатнулась. 

— Нет, не смейте уходить! Сейчас же помогите мне выбрать продукты.

— Меня ждёт работа, вам помогут, — процедила сквозь зубы, дёргая руку. 

Он неприязненно покосился на тётю Нюру. Но свою ладонь разжал.
Выскочив на улицу, я натолкнулась на недовольного директора, стоящего у машины. 

Он кивком головы указал на товар.

Надрываясь под тяжестью очередной коробки, вернулась в магазин. На прилавке лежали макароны, дорогая тушёнка, баночка икры, салат зелёных водорослей...

Вот так да. То полчаса не мог на курицу решиться, а тут за пять минут всё скупил.

Миновав мужчину, что лишь сдвинулся, пропуская меня, кряхтя, преодолела последнюю дистанцию.

— Давай сюда, — меня выручила тётя Нюра, отобрав ящик и унеся его за ширму.