Факультет иномирства

Глава 12

В таких размышлениях я и оказалась в личном кабинете… Хм… Кабинете ли? Стол, пара стульев, кресло, кровать, тумбочка, платяной шкаф, полки с вездесущими книгами. Помещение явно для этого не предназначено — небольшое и окошко всего одно, да и то крохотное. Но ведь ему выделена комната в преподавательском жилом корпусе.

— Вы живете здесь? — удивленно произнесла я.

— Переехал, — коротко отозвался старик, суетясь в уголке, где располагался невысокий зачарованный холодильный шкафчик.

На холодильнике стояла магическая плитка, на которой можно было вскипятить воду или что-то приготовить. Над всем этим нависали полки с какими-то травами, крупами, специями, на полочках чуть выше имелись пара кастрюлек и небольшая сковорода.

— Мне много не надо. А здесь спокойно. Тихо, — позвякивая кружками, ворчал маэстро.

С этим не поспоришь. Тихо. И соседей ни над головой, ни за стеной нет. Я тоже так жить хотела бы, но, увы, я всего лишь адептка.

— Предстоит пополнение преподавательского состава, каждая комната в общежитии на счету. Вот и решил перебраться сюда. Так всем будет лучше. А ты присаживайся, присаживайся, в ногах правды нет.

Прикинула куда бы присесть? Колченогие стулья не прельщали, неширокая, но явно мягкая, кровать — это нечто слишком личное, а вот кресло, с брошенным на него пледом, казалось таким уютным. В него и уселась.

— Не ладишь с заклятой сестричкой, — не столько спросил, насколько констатировал маэстро Леордино.

— Сестричкой? — переспросила.

— Так вы же как две капли воды похожи. Только что цвет глаз разный, — пожал плечами старик. — А что не ладите, то за милю видать.

Что тут скажешь? Лишь неопределенно плечами повела, словно ежилась. И очень точно подмечено — именно что заклятой.

— Если не ладите, зачем поселились вместе?

— Поселилась она ко мне, — вздохнула я. — Не из любви или дружбы, просто не хотела жить с незнакомыми.

— Допустим. Но ты не обязана везде таскаться вместе с ней. Чай не маленькая, сама со всем справиться может.

— Увы, баронесса Дейра Лейнель велела помочь Лере с адаптацией в нашем мире.

— А она тебе кто?

— Кто — «кто»? — переспросила, потому что вопрос библиотекаря совершенно сбил меня с толку.

— Баронесса тебе родственница?

— Ах это! Нет, — я даже головой замотала. — Я вообще сирота деревенская. У меня никого из родных нету.

— Поверь, девочка, не всегда родня — это счастье, — тяжко вздохнул старик, обнимая ладонями кружку. — Это еще и боль, и разочарование. А иногда оказывается, что у человека есть то, о чем он и не догадывается.

Что-то у него в семье явно не складывается, коль так говорит. Да и чему удивляться, если в преклонном возрасте вместо того чтобы дома у печи теплой сидеть, он приехал к нам работать и живет в каморке при библиотеке.

— А с этими двумя тебя что связывает?

Это он о ком?

— С теми, что заперлись с тобой в закрытом фонде сегодня, — пояснил старик.

Да уж, я тут из себя саму тактичность строю, а он что удумал тем временем? Что я с Джереми и Лерни там какими-то непотребствами занималась?! Он считает я такая же как Лера? Да я… Да он…

— Мы друзья! — возмущенно воскликнула я, со стуком отставляя кружку на стол и порываясь встать.

Тело вновь меня не послушалось.

Нет, ну это уже наглость!

— Друзья… Я не обвиняю тебя. Ты молодая, свободная, они тоже… — попытался смягчить ранее сказанные слова маэстро. — И все это меня не касается, да. Но став свидетелем той сцены в столовой… А затем этот твой порыв. Ты не пошла к себе, а рванула сюда, к книгам. Поняв что закрыто, решила куда-то улететь в такую стужу. Куда? Дома и родных у тебя нет, сама сказала. Вывод: вы не просто друзья, тебе нравится граф.

Я аж закипела вся. То есть в прелюбодеяниях он меня не обвиняет, зато хладнокровно режет на куски душу, выворачивая наизнанку то, в чем я сама себе признаться не смею.

— То, что ты злишься, лишний раз подтверждает мою правоту, — припечатал старик. И пока я открывала и закрывала рот, не зная что ему ответить, тот добавил: — Наверное, я не самый лучший отец, но понимаю и вижу многое. После смерти жены сам растил близняшек, сына и дочь. Я барон. Земли мои не богаты. Баловать детей не мог, но любил, учил, утешал, когда им было плохо.

Мне почему-то сразу стало стыдно за собственную реакцию на его слова.

— А где они? — отбросив навязываемую Дейрой тактичность, спросила я.

— Сын с женой и детьми живут в поместье. С невесткой отношения у нас не заладились. Я уехал, чтобы жизнь молодым не портить. Дочь… — маэстро умолк, его и без того сутулые плечи совсем поникли. — Ее больше нет. Сгорела вместе со всей своей семьей.

— Простите… — пробормотала я, осознав, что всколыхнула не самые приятные воспоминания.

— Ты очень на мою Сайлину похожа…

От звуков этого имени я невольно вздрогнула. Почти так же звали мою маму. Маму, которую я совершенно не помнила, только имя и слышала — Сайли. Но мои родители жили в деревне и ничем особым не выделялись, чего нельзя сказать о явно образованной дочери барона.