Факультет сбора и трансформации - 2

3

– А я говорил, что у нас наконец-то нормальная ведьма родилась! – Вянка едва различала очертания, всё-таки яркий дневной свет не был для могильщиков комфортной средой, но Антона Ярычевского всё-таки узнала. – Хотя я уже приготовился уйти окончательно, были такие риски. Да сядь ты!

– Какой Вы активный, как для покойника-то, – не задумываясь о сохранности штанов, девушка рухнула прямо на землю. – И слово “ведьма” сейчас считается ругательным.

– Я просто самый молодой. Единственный, у кого ещё остались собственные силы и личность. Ну, не считая старух в доме…

Последнюю фразу дух произнёс вполголоса, косясь на окна дома, как мальчишка, боящийся, что мать или бабушка застанут его за курением. Вянка от этого сравнения только усмехнулась. Будь помимо Антона в относительно здравом рассудке ещё кто-то из правильно захороненных предков, ей и раскалённого от силы накопителя бы не хватило. Но он был один, да и в каком-то смысле они уже были знакомы.

– Вы бы аккуратнее с такими громкими заявлениями…

– Да перестань мне уже “выкать”! Я был на три года старше тебя, когда сгорел, – следов огня на лице мага не было видно, либо тот их скрывал, прозрачная фигура не позволяла рассмотреть его детальнее. – Давно я тут не был… А вот ты сейчас должна очнуться, а то без подготовки отдашь мне всё. Просыпайся!

Её толкнули в плечо, короткое ощущение падения – и Вянка распахивает глаза, обнаруживая себя на площадке между склепами. Сколько вообще времени прошло и действительно ли она видела здесь могильщика или это было лишь видение – большой вопрос. Всё-таки недаром работа с такими тонкими материями считалась опасной для разума, многие и с ума сходили. Даже в ОМУ хоть преподавали у чернушников те, кто оказался достаточно крепок разумом, и педагоги иногда теряли рассудок. Алексей ей как-то во время практики рассказывал, что работа с мёртвыми, с проклятиями и прочими такими вещами изначально была исключительно семейной, там-то уже знали и тревожные звоночки, и как справляться с потерей контроля.

В голову свернувшейся на земле магички пришла Идея. И откладывать её исполнение Ярычевская не собиралась, чем быстрее, тем лучше. Только перед выходом с территории дома сжала ладонь, чтобы отправить наверняка ещё спящему Алексею сообщение – светлячок тут же сорвался к получателю – и парой бытовых заклинаний привела одежду в порядок. Её путь лежал на кладбище. За пределами Кровяника имелось одно, туда свозили и урны с прахом из других городов, здесь была определённым образом заговорённая земля, не дающая всё ещё имеющимся, пусть и весьма редким, магам смерти воспользоваться покойниками. Похожие свойства были и старых семейных склепов, но далеко не у всех такие имелись.

Стандартный городской портал, предназначенный для перемещения между районами выплюнул девушку за пару сотен метров от могильника. На похоронах прабабушки Вянка не была, её не пустила мать, посчитав слишком юной для такого мероприятия. Даже номер захоронения не сказала. А сейчас девушка была совершеннолетней, да и после подтверждения родства имела полное право на то, что она задумала. В конце концов, разобралась же она с доставшимся ей по наследству имуществом, даже пару раз со старшими дальними родственниками списывалась по вопросам управления. Немного неуверенная в намерениях родственников, показала некоторые ответы Ирине Тана и собственному куратору, к огромному облегчению магички, подтвердившим благие намерения. Ну да, в этой ситуации сживать Вянку со свету у них причины не было.

– Добрый день? – неуверенно протянула магичка, заглядывая к смотрителю кладбища, удивительно улыбчивой девушке с холодными, цепкими глазами.

– Добрый. Редко к нам живые заходят в таком… нескорбном настроении, так что действительно добрый. Я могу чем-то помочь?

– Да, я, – Вянка усилием воли заставила себя выпрямить спину, – ищу прабабушку. Ярычевскую Викторию Велимировну.

– О! Сейчас поищем! – она встаёт из-за стола, позволяя посетительнице увидеть протез вместо одной ноги.

Кстати, очень подходящий обстановке – у смотрительницы кладбища будто костяная нога. Да и в целом тянет от неё чем-то… холодным и будто бы сырой землёй. Не со всеми отделениями ОМУ Вянка пересекалась, работающие со смертью и вовсе жили и учились обособленно, в подвальных помещениях, но одного такого девушка видела. И пахло примерно также. Да и от могильщиков в лесу шёл похожий аромат. Пусть для всех живых существ страх перед смертью был чем-то естественным, но всё равно этот земляной дух странно успокаивал.

Вянка прошлась глазами по скромной обстановке, самым примечательным которой был ряд ящиков с каталогами. С места магички прекрасно было видно, что левая сторона отсортирована по дате захоронения, а правая – по фамилиям. Сегмент между ними содержал перечень захоронений по номерам.

– Вот! Нашла! Пойдёмте, я Вас провожу, здесь с непривычки легко можно заблудиться. Да и у нас всё-таки здесь захоронены урны, а не индивидуальные могилы, отличительных знаков нет.

– Я хотела узнать… что нужно для изъятия?

– Хотите перенести в семейный склеп? Похвальное решение, – всё так же, одними губами, улыбнулась смотрительница. – Если кладбище даст извлечь урну, подтверждая родство, то сможете забрать уже сейчас. Всё-таки магические отпечатки – вещь надёжная. Почти всегда

– Ну да, – кивнула Вянка, не горя желанием дальше развивать эту тему.

Вообще – не совсем в склеп. Семейные дома предполагали ещё один вариант захоронения родственников. Под порогом, чтобы те не просто лежали в родной земле, а охраняли жилище и его обитателей. Правда, если она правильно помнила, в этом доме под порог никого не подкапывали уже давно, полагаясь на прочие охранные плетения. Девушке же почему-то такой вариант казался более правильным, в конце концов, соседствовать с отвернувшейся от неё роднёй бабушка вряд ли бы хотела, а вот стать частью дома, где живёт Вянка… казалось, что этот вариант был идеальным. И правильным. В первую очередь правильным.