Фальшивая адептка или как избежать замужества

Глава 2.

Мы прибыли в шумную столицу и обосновались в просторном городском особняке, доставшемся моей покойной матушке в качестве приданого. За время нашего переезда я заметила явное преобладание материнского имущества. Дед, не имевший сыновей, очевидно, очень любил свою единственную дочь. После смерти моей матери, о которой в семье предпочитают не вспоминать, сэр Артур, мой отец, получил неограниченное право распоряжаться всем имуществом, что шло приданным моей матушки. Часть имущества он продал, а значительную часть переоформил на моего младшего брата после его рождения.

Сама смерть матери окутана мрачной тайной. Официальная версия гласит о внезапном самовыгорании. Якобы магический резерв матери был исчерпан настолько, что она умерла в течение пары дней. Но что именно заставило её прибегнуть к столь опасной и разрушительной магии, остаётся загадкой. Эта тема была под строжайшим запретом, любое упоминание о ней каралось молчанием и строгим запретом на дальнейшие расспросы. Я перерыла всю библиотеку, чтобы найти аналогичные случаи, но, естественно, не нашла.

В столице меня окружали заботой и вниманием, но это внимание скорее напоминало осторожную опеку, чем искреннюю любовь. Я чувствовала, что за каждым жестом скрывается что-то большее. И это "большее" вызывало во мне серьезное беспокойство. В воздухе витала опасность, источник которой я пока не могла определить. Мачеха, женщина с холодными глазами и лживой улыбкой, плела свои интриги, и я интуитивно чувствовала, что она замышляет нечто ужасное. Её план заключался в насильственном замужестве, лишающем меня права выбора. Но как она собирается это осуществить?

Возможность скомпрометировать меня казалась наиболее вероятной. Если бы меня застали в пикантной ситуации с каким-либо мужчиной, то любой, даже самый невыгодный брак с этим мужчиной стал бы единственным выходом из положения. Этот мужчина, естественно, "спасающий" меня от позора, был бы идеальным инструментом для мачехи в достижении ее целей. Она могла бы выбрать для меня подходящего жениха – влиятельного, богатого, но, вероятно, безнравственного человека, готового на подобную сделку. Таким образом, мачеха не только избавилась бы от меня, но и значительно укрепила бы свое положение в обществе и получила бы возможность распоряжаться наследством. Был там какой-то пункт, связанный с моим замужеством, если оно произойдет раньше моего совершеннолетия. Дед не хотел, чтобы я торопилась с выбором спутника жизни, предполагая, что юность – не лучший советчик. Поэтому он сделал небольшое условие, о котором я узнала совершенно случайно, подслушав разговор отца и мачехи. Оказывается, если я выйду замуж до достижения двадцати пяти лет, я получу лишь очень скромную часть наследства деда. То, что пойдет в счет приданого, а остальное останется под управлением моего отца, сэра Артура, которое он после рождения у меня ребенка должен будет передать ему, когда тот вырастет. Полагаю, отец не собирался так долго ждать и продал бы по надуманным обстоятельствам все, что смог бы, как только получит. Полагаю, что у него крупные финансовые проблемы, и потому так остро встал вопрос с моим замужеством.

Однако был и другой вариант, как меня могут отправить замуж против моей воли. Возможно, мачеха планирует использовать какие-то магические ритуалы, опираясь на знания о моей наследственной магии, чтобы подчинить меня своей воле. Магии-то у меня сейчас нет, и я даже сопротивляться не смогу.

Я чувствую, что должна быть бдительна. Каждая встреча, каждое слово, каждый взгляд могут таить в себе скрытую угрозу. Я должна собрать как можно больше информации, узнать больше о прошлом моей матери, о ее магических способностях и о причинах ее смерти. Возможно, в этих тайнах кроется ключ к пониманию планов мачехи и к моей собственной защите. Я должна найти крестную. Почему-то мне кажется, что она мне точно поможет. Но пока что меня охраняют, как самого отпетого государственного преступника. А мне нужны люди, которым я могу доверять. Потому что леди Анна сильно ошибается, полагая, что меня так легко можно заставить сделать что-то против моей воли. Я буду бороться, пусть и борьба будет нелегкой.

Мне предоставили просторную комнату в старинном родовом особняке, но с категорическим запретом покидать его пределы. Свобода передвижения внутри дома, однако, была неограниченной, и я решила использовать это единственное доступное мне развлечение по максимуму. Мне казалось, что если я осмотрю дом, то сразу найду лазейку, как его тайком покинуть. А если мне повезет, то вдруг наткнусь на какую-то вещицу, которая расскажет мне о матери Нинель.

Моя экскурсия началась в грандиозном холле – сердце этого загадочного места. Высокие потолки, украшенные лепниной в стиле позднего барокко, казались бесконечными. Старинные зеркала в тяжелых позолоченных рамах отражали мягкий рассеянный свет, проникающий сквозь витражи с изображением мифических существ и цветочных орнаментов. Свет, проходящий сквозь цветное стекло, создавал причудливую игру теней, оживляя холл. Казалось, даже пыль в воздухе, оседая на роскошной мебели, сияла, подчеркивая великолепие обстановки. Но сразу бросалось в глаза, что с мебели только сняли чехлы, а уборку как следует не произвели. Спешка была видна во всем. В этом доме постоянно жили лишь экономка, дворецкий и кухарка. И именно на их плечах лежало все, что касалось обустройства нас по прибытии. Леди Анна сказала, что наймет мне горничную, так как моя осталась в поместье. Свою служанку она привезла с собой, и на первое время она мне будет помогать с одеждой.

Произведения искусства на стенах – масляная живопись, акварели и пастели, – казались невероятно живыми, словно за ними скрывались глаза, наблюдающие за каждым моим шагом. Я, кстати, не исключала, что в какой-нибудь из них был прорезан глазок, чтобы беспрепятственно подсматривать за тем, что происходит в комнате. Я остановилась перед одной из картин – картина маслом, изображающая бушующее море под хмурым небом. Мрачный пейзаж контрастировал с мирной картиной, находившейся рядом: спокойная гавань с рыбацкими лодками, преисполненная безмятежным спокойствием. Этот контраст заинтриговал меня. Я словно чувствовала противоборство стихий, отображение внутреннего конфликта самого художника.