#фальшиваяпара

Публичный Крах

Соа не пошла домой. Она почти бегом направилась в пустой компьютерный класс. Сердце колотилось, руки дрожали так, что она едва могла удержать телефон. Дрожащими пальцами она достала из сумки сильно помятый, затертый по сгибам листок в клеточку – тот самый контракт.

Сфокусировала камеру, крупным планом запечатлев ключевые пункты: о «публичных выходах», «строгом лимите контакта» и «секретности». Каждая строчка казалась ей теперь унизительной насмешкой.

Затем открыла главный школьный чат в KakaoTalk. Пальцы замерли над экраном на мгновение. Боль от предательства клокотала внутри, смешиваясь с ледяной, всепоглощающей яростью и жаждой мести. Она нажала "отправить". Фото их позорного контракта улетело в чат, как бомба. Следом – лаконичный текст, набранный с ледяной точностью:

– Всем привет. Поздравляю с финалом самого абсурдного реалити-шоу в истории нашей школы. Надеюсь, вам понравилось наблюдать за "любовью века". #가짜였어 #Это_было_фейк #КонтрактНасмешка" (#Gajjayeosseo #It_Was_Fake #ContractMockery).

Эффект был мгновенным и сокрушительным. Сперва – мертвая, звенящая тишина в чате.

Потом – информационный взрыв. Сообщения посыпались градом, сменяя друг друга с бешеной скоростью:

– ЧТООООО????

– НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!!!

– ВОТ ЭТО ПОВОРОТ!!!!

– Кан Тэ и Ха Соа... ФЕЙК???

– Наын была ПРАВА!

– Они ВСЕХ одурачили!

– Бедная Соа...

– Да она сама согласилась! 🤷

– Кан Тэ – ПОДЛЕЦ!

– А тот поцелуй??? Актерская игра???

– Целый семестр СПЕКТАКЛЯ???

Скандал достиг вселенских масштабов за минуты. На следующий день в коридорах перешептывания переросли в открытые пересуды, осуждающие взгляды, откровенные насмешки в спину Кан Тэ.

Имя Кан Тэ, его золотой имидж, репутация – все было растоптано в грязи, смешано с грязью. Тренер и педагоги вызвали его на разговоры – холодные, разочарованные.

Они смотрели с нескрываемым презрением и брезгливостью:

– Ты ставил под удар всю команду своими дурацкими играми? К тому же запятнал репутацию учебного учреждения… Ты понимаешь, что ты наделал?

Даже его немногочисленные настоящие друзья, вроде Минхо, молчали, не зная, что сказать, их взгляды были полны недоумения и упрека.

Кан Тэ осознал ужас своей ошибки с пугающей, леденящей ясностью. Он пытался объясниться, слал отчаянные сообщения в черную пустоту ее заблокированного номера:

– Соа, это не так! Я сказал глупость! Ты не поняла контекст! Это была бравада!

– Я не лгал в PC! Клянусь! То, что я чувствую сейчас... это не по контракту! Это настоящее!

– Пожалуйста, поговори со мной. Хоть слово.

Звонки. Десятки звонков. Глухая стена молчания. Автоответчик. Сообщения уходили в бездонную пустоту. Последняя, отчаянная попытка:

– Я солгал только Минхо! Чтобы не выглядеть слабым! Не тебе! Не ТЕБЕ, Соа! – наконец получила ответ. Холодный. Окончательный:

– Ты солгал в PC. Ты солгал мне в лицо, когда я открылась. Ты использовал мою боль для своей игры. Не пиши больше.

Контракт расторгнут. Штраф: Публичное признание в тщеславии и глупости считаю исполненным. Прощай.

И – окончательная, бесповоротная блокировка. Тире. Точка.